Все дороги нового мира
Шрифт:
Два глотка и Хэсс стал способен сам держать чашку.
– Ох, руку то как больно, - пожаловался он.
Под очередным "горячим" взглядом Вуня в сторонку отодвинулся Милагро.
– Хэсс!
– мягко мысленно позвал Пупчай.
– Хэсс, нам пора на общий круг.
– Ох!
– Хэсс выбрался из кровати, разогнал домашних и стал переодеваться, сильно подозревая, что Эльнинь ему не рассказал обо всех методах и попытках его разбудить.
Круг начался при свете первых звезд. Хэсс успел и поесть, и подремать, и познакомиться с мужем Илисты. Мошталь - высокий красивый мужик с впалыми глазами произвел на него приятное впечатление. Они долго проговорили о поездке труппы, о кодрах, о малоросликах, об Илисте, о поездке Мошталя, о песнях. Оба ощутили, что это начало настоящей дружбы.
– Думаю, что тебе надо познакомиться с моими сыновьями, - предложил Мошталь.
– Вы близки по возрасту и, наверное, по интересам. Но в любом случае, я всегда буду рад тебя видеть в своем доме.
Хэсс подивился тому, что у него так быстро появился новый друг и старший товарищ. Хотя, если вдуматься, то с момента смерти Шаа Хэсс за короткий период оброс огромной семьей и кучей друзей, учителей и учеников.
Двумя днями позже к Хэссу в комнату зашел Эльнинь.
– Можно поговорить?
– Эльнинь начал издалека.
– Можно, конечно, - Хэсс сел, до этого он лежал на диване. Вор перехватил быстрый взгляд Эльниня на группу портретов на стене.
– Мне уже Вунь все пояснил, - признался Эльнинь.
– Отлично, - Хэсс в который раз убедился, что его жизнь это достояние всей общественности Эвари.
– Я поэтому и пришел, - Эльнинь мялся.
– Хорошо, - Хэсс подумал, что у ученика что-то тяжелое на душе, раз он так запинается.
– Ты после того ничего не того?
– сильно шифрованно выпалил Эльнинь.
Если про "после того", Хэсс понял, то про "ничего не того" не дошло.
– Ты про колодцы и Линая?
– уточнил вор.
Ученик кивнул.
– А что значит "ничего не того"?
– Хэсс внимательно смотрел на юношу.
– Понимаешь, мне дрянь всякая вещая снится, а потом еще я три дня назад ударил, а камень рассыпался в песок. А еще я в некоторые души могу заглянуть, а совсем недавно я пошел купаться, а воду не попадаю, я по ней хожу. Я тогда до средины реки дошел, а потом опомнился и в омут, еле выплыл.
– А еще что было?
– Хэсс облизал пересохшие губы.
– Я могу прыгнуть на самую верхушку дерева прямо с земли, - продолжил перечислять Эльнинь.
– А еще на мне все быстро заживает.
– Ну, на мне тоже, - признался Хэсс.
Эльнинь замолчал.
– Значит, и ты?
– Конечно, и я. Ты, что забыл, что я тоже надышался этой красной гадостью?
– Хэсс пожал плечами достаточно беспечно.
– И ты не боишься?
– восхитился и ужаснулся Эльнинь.
– Теперь то боятся поздно, - Хэсс зевнул.
– Ты, конечно, побольше там повисел, но ....
– Вот именно, что но..., - Эльнинь постарался на себя примерить Хэссовскую беззаботность.
– Так, что мне делать?
Хэссу опять почудилось, что жизнь с ним играет, всякую ситуацию выворачивает наизнанку.
– Живи себе спокойно, уж если ты это все получил, то зачем то это надо было, - в довольно мягкой форме Хэсс пересказал недавнее напутствие Шаа ему самому.
– А мир? А люди?
– Эльнинь спрашивал искренне, чем позабавил Хэсса.
– Да, чего ты к этому миру привязался? Ты думаешь, что этот большой мир не сумеет сам с тобой разобраться? Живи ты себе спокойно, только особо не распространяйся, конечно, иначе загремишь к товарищу Мортиросу.
– Ты думаешь?
– Эльнинь все еще переживал свое могущество.
– Я уверен, - Хэсс уже давно заметил, что это магическая фраза. И в этот раз она подействовала.
Помолчали, а потом Эльнинь, наконец, уселся в кресло напротив Хэсса.
– Хэсс, а я хотел тебя спросить, - Эльнинь приступил ко второй части визита.
– Спрашивай, - вор зевнул еще раз.
– А можно мы...я с тобой схожу и чего-нибудь украду, - выложил свою гениальную идею ученик.
Хэссу очень хотелось спросить: "С какой стати к Эльниню пришла подобная идея?", но он удержался. Вместо этого вор постарался изобразить улыбку.
– А что конкретно ты хочешь украсть?
– Что-нибудь, но вместе с тобой, - определился Эльнинь.
– Хорошо, дня через три, ладно? А то я очень занят, - определился Хэсс.
– Хорошо, - воссиял аки солнышко Эльнинь.
За дверью эту часть разговора слышал Вунь. Его подобная покладистость личного духа слегка возмутила, но потом Вунь решил, что даже к лучшему. Раз личный дух вернулся к своему занятию, то не будет его ругать за краденные подарки. Следующим утром Вунь собрал Совет малоросликов, куда пригласил Нуэву и Милагро. На собрании Вунь выступил очень патетично, оправдав все свои действия за ранее, и получил одобрение Совета. По его же предложению дело поручили совершить ему, Милагро, Нуэве и Ахрону.
– Ты бы толком объяснил, что это будет и в честь чего?
– после собрания потребовал ответа придирчивый Нуэва.
Вунь с состраданием посмотрел на орка, но, приняв во внимание, что тот умственно неполноценный, сжалился и принялся объяснить все еще раз.
– У нас есть личный дух, - начал Вунь.
Нуэва его перебил:
– Хэсс?
– Хэсс, конечно. Так вот, по обычаю, который надо обязательно соблюдать, личный дух получает раз в год подарки от своих опекаемых.
– То есть от вас?
– опять уточнил Нуэва.
– Он вроде нас и опекает, - подтвердил Вунь. Милагро непонятно глянул на Вуня, а потом скрыл свой взгляд под ресницами. Вунь в избытке чувств поднял руки вверх и пару раз звонко хлопнул в ладоши.
– Каждый из нас должен подарить личному духу мешок золота. Понятно, что мешки должны быть размером с нас, а не с него.
– Вы же их не утащите, - согласился орк.
– У нас проблема, где взять столько золота, - перешел к самому главному Вунь.
– А у вас нету?
– пожалел его орк.
– У нас столько, конечно, нету, - Вунь тоже себя пожалел.
– Но можно его найти.
– А где?
– Нуэва действительно не знал, где можно найти столько золота.
– Там, где его держат, - не удержался от комментариев Милагро.
– В сокровищнице.
– О!
– Нуэва чуть растерялся, и пока еще не понимал о чем идет речь.
– В королевской сокровищнице, - подсказал Вунь.
– А!
– до Нуэвы дошел весь замысел Вунь.
– Мы их ограбим?
– Ну, не в займы же возьмем, - фыркнул Милагро.
– В принципе, это очень даже хорошо.