Чтение онлайн

– Что здесь странного? Все так, как и должно быть. Конечно, если бы не все эти перемены, то дом бы обошелся нам гораздо дешевле. Есть же большая разница, одна семья или шесть.

– Семь, - поправил из-за его спины Сесуалий.
– Может передохнем?

– Хорошо бы, - вступился за предложение Сесуалия Тьямин. Мальчик видел, что критик устал и еще и голоден.

– С вами совсем пить бросишь, - пожаловался Сесуалий.

В открытые двери влетели два малыша. Одеты они были в уже привычные для столицы шаровары и рубашки с широкими рукавами.

– Нас направила Ники, - смущенно сообщил один из них.

Тьямин уставился на малышей.

– Ники это бабушка Вуня, - поспешил сообщить второй.

– А! Вуня!
– Альтарен уже все понял, а вот остальные пока нет.

– Мы будем с вами жить, - покраснел первый.

– Точно, - кивнул второй.
– У нас задание.

– Какое?
– забеспокоился Тьямин.

– Хорошо вас воспитать, - признался первый.

Второй его толкнул локтем в бок.

Сесуалий потерял дар речи.

– Как вас звать?
– вдохновился Тьямин. Ему казалось, что чем больше вокруг него неординарных личностей, тем лучше жить на белом свете.

– Филя, - кивнул один.

– Жруля, - представился второй.

– Необычные имена, - сквозь отчетливое хихиканье Тьямина согласился Сесуалий.

– Добро пожаловать!
– заявили Филя и Жруля.

Альтарен поперхнулся их словами. Тьямин уже откровенно хохотал, а Сесуалий подумал, что хорошо бы покушать. Альтарен расслышал шепот Тьямина, который пытался объяснить Сесуалию в чем здесь смех.

– Это же наш дом, а они говорят про добро пожаловать! Такие смешные и похожи на Вуня, - Тьямин все еще хихикал.

Сесуалию было все равно, кто и что говорит, ему хотелось есть и еще выпить.

– Филя, Жруля, - Альтарен поперхнулся на втором имени, но постарался все сгладить улыбкой, - а что вы умеете делать?

– Я готовить, - сообщил Филя.

Тьямин уже научился их отличать по манере речи, а еще он заметил, что у Фили более темные брови, длинные уши, короче челка и много колец на пальцах.

– А я есть, - гордо сказал Жруля.

– Это и понятно, - пробурчал Сесуалий и уже более громко заметил.
– Хорошо бы Филе приниматься за свои основные обязанности. Сготовил бы чего.

– Конечно, - энтузиазму Фили не было предела.

– А я?
– Жруля похоже обиделся. Личико скривилось и почти наметились слезы.

– Ты же не можешь ничего съесть, пока он не сготовит, правильно?
– апеллировал к разуму Сесуалий.

Тьямин опять хихикнул. Филя и Жруля понеслись по лестнице вверх. У них возникла целая череда дел, и первым из них значилось - проверить, что из съедобного есть в доме. Продолжить работу мужчины не успели. В дверях показались три человека.

– Маэстро Льяма!
– разом воскликнули Альтарен и Сесуалий.

Тьямин принялся пялиться на этого самого знаменитого маэстро. Тьямин тогда увидел маэстро невообразимо веселым, слегка озадаченным с характерным носом, в воображении Тьямина делающим его похожим на дикого кодра, и чуть надменным.

– Друзья мои!
– Маэстро радостно и очень экспрессивно всплеснул руками.
– Вы здесь? А мы смотрим, что кто-то заселяется, и еще с таким количеством книг.

– Маэстро!
– Альтарен обнял маэстро, затем Сесуалий обнял маэстро.

– А меня узнавать не будете?
– второй из вошедших раскрыл объятия.

Его густой голос Тьямин бы сравнил с медом.

– Швах!
– Сесуалий недоверчиво разглядывал знакомого.
– Ты ли это?

– Как видишь!
– Швах был знаменитым поэтом.
– Еще бы меня узнать. Когда мы виделись? Больше года назад? Я тогда ничего выговорить не мог.

Альтарен и Сесуалий переглянулись.

– Прости, - им не хотелось напоминать Шваху о прошедшем горе.

– Ничего, хоть Виша и умерла, зато я нашел свою любовь, - Швах отнюдь не расстроился.

– Да?
– Альтарен старался в таких разговорах быть осторожным.

– Конечно, - Швах стал рассказывать, как встретился с самой красивой женщиной королевства, и это оказалась его старая знакомая.
– Я теперь счастлив, - признался Швах.
– Только стихи больше не пишу.

Альтарен и Сесуалий опять переглянулись. Обоим было неясно, как можно жить без стихов. Швах прекрасно понял их перегляд и поспешил сообщить.

– Я теперь пишу роман в стихах.

Тьямин смотрел на этого мужчину с огромным вопросом в глазах, ему было не понятно, что значит "роман в стихах".

– Позвольте представить вам, - церемониальный поклон маэстро Льямы.
– Это Милагро.

Стильный мужчина в расшитом костюме поклонился.

– Вы новая звезда?
– Альтарен уже что-то слышал про Милагро.

На этом моменте Милагро прорвало.

– Я новая звезда? Я новое солнце для этого города!
– Милагро выпятил грудь вперед и еще больше задрал подбородок.
– Я так понимаю, что вы здесь обустраиваетесь? А что здесь будет?

Сесуалий коротко рассказал об их планах по организации лавки и библиотеки. Милагро кивал в такт, внимательно вслушиваясь и выспрашивая основные детали.

– Я думаю, что такие большие площади не будут вами сразу использованы. Да к тому же необходимо завлекать людей и другими вещами.

– Да?
– Альтарен вздернул бровь.

Тьямин перенес все внимание на этого нового знакомого. Если бы Тьямина спросили, то он бы сказал, что в этой тройке Льяма воплощал яркость, Швах - некоторое спокойствие, а вот Милагро - море личного обаяния и деловой хватки.

– У вас есть конкретное предложение?
– Сесуалий не стал выдерживать деловую паузу.

Альтарен нахмурился, ему подумалось, что нельзя допускать партнера до переговоров. Маэстро Льяма внимательно прислушивался, он уже привык, что Милагро это бездна неожиданностей.

– Есть, - Милагро даже понравился этот толстячок. Про себя он решил, что Сесуалий толстоват, лысоват и простоват, Альтарен слишком слащав, а вот мальчик еще не определился в этой жизни, то есть сплошное аморфное тело.

– Какое?
– Альтарен поспешил перехватить инициативу переговоров в свои руки.

– Мало людей читают книги, - степенно начал Милагро. Он говорил столь знающим тоном, что остальные не сомневались в его словах.
– У вас такой большой выбор книг, - здесь Милагро выдавал желаемое за действительное. Пока, что в башне можно было купить не более трех сотен книг.
– Вы верно придумали завлекать людей с помощью питейного заведения, и я думаю, что подавать вы будете не вино с наливкой, а чай и кофе. Все это хорошо, но привлечет лишь малую толику людей, а надо думать шире!