Чтение онлайн

Его глаза довольно блеснули.

– Ты молодец!

– Тебя это не напрягает? – мгновение спустя спросила я.

– Что?

– Деньги.

Он посмотрел мне прямо в глаза.

– А меня должно напрягать, что у тебя они есть? Нет, мне всегда хотелось узнать, каково это – иметь богатенькую мамочку.

Я ухмыльнулась и поняла, что должна сказать ему кое-что еще, прежде чем мы окончательно закроем тему Кэдена.

– Такой счастливой, как сейчас, я была только в детстве. Я хочу, чтобы ты это знал, Тобиас. Я хочу быть здесь, ясно?

Он кивнул с торжественным видом.

– Я люблю тебя и люблю Эйма. Я просто… хочу быть здесь. С вами.

Роудс взял меня за подбородок.

– И ты будешь с нами. Вот уж никогда не думал, что кто-то, кроме Эйма, способен внушить мне такие чувства! Но с тобой это так. Как будто я готов ради вас на все – буквально на все. Когда злюсь, я даже смотреть на тебя не могу, потому что это невыносимо. – Он опустил лицо, и его губы оказались совсем рядом с моими. – В моей жизни не так много людей, которые мне дороги, и разбрасываться ими – не в моем характере. И – я говорю серьезно, Аврора, – твои блокноты, твое лицо и что-либо еще тут ни при чем. Все дело в твоем сердце. Это понятно?

Мы все прояснили. О чем я и сказала ему, обнимая.

Все стало ясно как никогда.

– Чувак, это было потрясающе!

Я хлопала и улюлюкала, сидя на своем любимом походном стуле.

Это было спустя неделю или две. Причем чудесных! А сколько их там было – одна или две – какая разница?

Эйм, как всегда, покраснел, держа последнюю ноту на гитаре, но, как только отпустил, досадливо фыркнул. К счастью, наши отношения пришли в норму. Скованность ощущалась еще пару дней, а после исчезла сама собой.

– Мне показалось, вначале я сбился.

Я положила ногу на ногу и чуть склонила голову.

– Ты взял чуть ниже. Я имею в виду чуть-чуть. И только один раз, когда переходил на припев. Думаю, ты просто нервничал! И, кстати, видно, что ты поработал над вибрато.

Он поставил гитару на стойку и кивнул, но вид у него был явно довольный.

– Это так, но я сделал то, что сказала Юки.

На днях, когда мы с Эймосом были на парковке у супермаркета, она позвонила по видеосвязи и поинтересовалась, как у него с нервишками.

– Нормально, – робко сказал он.

Она поняла, что парнишка кривит душой, и дала несколько советов. Я не стала говорить ему о том, что несколько часов спустя они прислала сообщение с просьбой прислать ей видео с его выступлением с предстоящего концерта.

– И я говорил себе, что здесь лишь вы, – продолжал он. – А вы сказали бы мне, если бы что-то было не так.

Мое сердце сжалось, и я кивнула. Мы с ним прошли большой путь, и его доверие было очень мне дорого.

– Как думаете, может, мне стоит больше двигаться?

– У тебя такой красивый голос! По-моему, пока лучше сосредоточиться на исполнении. Ты будешь нервничать. Так зачем устраивать себе дополнительный стресс? И потом, другой Леди Юки все равно не будет.

Он покосился на меня и спросил подчеркнуто небрежным голосом:

– А это вы помогали ей с «Помни меня»?

Естественно, я знала, о какой песне идет речь, и усмехнулась:

– Очень хорошая песня, да?

– Вы, да?! – крикнул он, но я не обиделась.

Ответить я не успела, потому что с подъездной дорожки послышался шорох шин. Я ожидала, что это доставили заказанные коврики для машины: те, что прилагались, не были предназначены для снега и слякоти. Но это был пикап. Он остановился на обычном месте. Я нахмурилась: пару часов назад Роудс отправил мне сообщение, предупреждая, что вернется домой около шести. А сейчас было всего четыре.

– А что это папа приехал?

Даже Эймос был озадачен.

– Не знаю, – ответила я.

Роудс вышел из машины и направился к нам. Его движения были настолько красивыми, а форма так идеально сидела на большой мускулистой фигуре, что я почти впала в транс. Прошлой ночью он пришел ко мне в гараж. Я спросила, какой предлог он придумал для Эйма, а Роудс рассмеялся и сказал, что я обещала показать ему свои старые фотоальбомы. Парнишка, судя по гадливому выражению лица, не поверил, но мы занимались именно этим.

Правда, закончилось все тем, что мы друг друга раздели и я, вся в поту, сидела, содрогаясь, у него на коленях.

Это была замечательная ночь!

Как и большинство ночей с того дня, когда они приехали за мной к Кларе. А в ту первую ночь, когда Эймос ушел спать, Роудс расспрашивал меня о Кэдене.

Как мы познакомились? Благодаря общей подруге во время первого семестра в колледже. Я собиралась получить степень в области образования, а он учился на вокалиста-исполнителя. Роудс сказал, что вполне представляет меня учителем. И, возможно, я стала бы им, но эта стезя больше меня не увлекала.

На каких условиях были выплачены деньги? Что я не стану через суд претендовать на авторские права и требовать роялти, потому что, не дай бог, просочится какая-нибудь информация об отступных.

У нас было столько тем для обсуждения, и мне не хотелось тратить время на эти разговоры. Но раз что-то не давало ему покоя, нужно было ответить.

Лишнее ушло в прошлое, и я очень надеялась, что мое будущее прямо сейчас идет мне навстречу.

– Привет! – крикнула я, не вставая с места.

Было девять градусов, но не ветрено, и мы сидели в гараже с открытой дверью. Когда я сказала тетушке, что последние несколько дней хожу в футболке, она решила, что я рехнулась. Но это невероятно приятно, даже когда земля покрыта снегом. Вот что значит жить в условиях низкой влажности!

– Привет! – отозвался он.

Голос звучал как-то странно. Или мне показалось? Но походка, когда он направлялся к нам, точно была скованной: руки то сжимались, то разжимались, а голова была опущена слишком низко.

Я покосилась на Эймоса: он тоже хмурился, глядя на отца.

– Все в порядке? – спросила я, когда Роудс вошел в гараж.

– В некотором смысле да, – произнес он странным напряженным голосом, который насторожил меня еще больше.

Я встала:

– Что случилось?

Он поднял голову. Морщинки, разбегавшиеся от уголков глаз, казались глубже, чем обычно.

– Аврора… Мне нужно с тобой поговорить.

Он не просто так обращался ко мне настолько официально.

– Ты меня пугаешь… Но ладно.