Чтение онлайн

– У меня даже готовых лекарств есть немного. Сам не сделаешь, так никто не сделает, - ответил Иеремия, - Зачем тебе?

– Мы отчаливаем сегодня. Нам пригодится корабельный врач.

– Не-не-не, я не умею ни резать, ни сшивать. Этим занимался Симон.

– На один рейс. Не на боевой выход. Везем груз и пассажиров в Марсель. Фрахтователь запретил брать других пассажиров, но в команде у нас некомплект. Наймешься в оплату за проезд.

– Хорошо. А Симон? Он хороший парень, я его не брошу.

– Симон случайно не из матросов?

– Нет, он бывший военный хирург, из простых солдат, не моряк.

– Врача нам хватит одного. Что-нибудь еще делать умеет?

– Все умеет. Ремонт мебели, переплетное дело, свечи, уборка, готовка...

– Отлично. Кок нам тоже нужен.

– На весь экипаж? Не осилит.

– Что там осиливать? Пару раз суп сварит и уже приплыли. Далеко ли до Марселя?

– Спасибо. Но нам надо собраться и спрятать то, что нельзя унести.

– Собирайтесь и прячьте, - сказал Фредерик, - Значит, наш пока не побежденный враг это Габриэль Морской Кот?

– Да, - кивнул Бонакорси, - Все сходится. И сегодня на нас напали моряки. Только откуда он мог знать, что мы там?

– Он не знал, что там мы все, особенно что там буду я, - ответил Фредерик, - Наверняка он выяснил, куда повезли раненого сообщника Марты из дома на Сан-Донато. Не так уж это и сложно для местного.

– Что же они вечером не пришли?

– А может и пришли? Только нас не было, а Маэстро лежал без сознания.

– Давайте развяжем Симона, и мы начнем собираться, - поторопил Иеремия, - Габриэль может и сюда заявиться. То есть, он обязательно придет, чтобы поговорить с Виолеттой. Странно даже, что его до сих пор нет. Мы с Симоном должны как можно быстрее спрятать книги в тайник и бежать отсюда.

– А женщину ты с собой не возьмешь?
– спросил Бонакорси, - Кстати, кто она?

– Кого?
– не понял Иеремия.

– Кто живет у тебя на втором этаже в женской спальне.

– Вы ее вчера убили.

– Ух ты!
– обрадованно воскликнул Бонакорси, - Логово суккуба! Надо его обыскать, вдруг там есть что-то интересное.

Пока Иеремия, Книжник и Симон собирали книги, Бонакорси обыскал спальню суккуба. Поверхностный обыск принес золотые украшения и монеты. При повторном обыске бывший лейтенант городской стражи извлек из тайника под подоконником очень хороший кожаный мешок с лямками для ношения за плечами. В мешке лежали бумажные и пергаментные финансовые документы.

– Вот так!
– гордо сказал Бонакорси, - Не зря я в городской страже служил, помню еще, где люди прячут ценности и как воры их находят!

– Где люди в Ферроне прячут ценности, - уточнил Книжник.

– Так наша нечисть из Ферроны и есть. Она и не подумала, что тут будет копаться земляк, а не генуэзец.

– И что ты такого нашел?
– спросил Фредерик.

– Что-то ценное, но легкое. Потом посмотрим, - Бонакорси закинул мешок за спину.

Фредерик поднялся наверх и забрал снаряжение суккуба.

– Зачем?
– спросил Бонакорси, - Разве Вы хотите этим воспользоваться?

– Наоборот, не хочу, чтобы воспользовался кто-то другой.

Кокки, Горгонзола и Марта с лошадью и фургончиком под управлением Никколо смогли добраться до школы фехтования, не привлекая лишнего внимания.

Ранее школа фехтования Кокки упоминалась неоднократно, но ее расположение и архитектурные особенности не имели значения для происходивших там событий. Зато сейчас эти подробности станут несколько более актуальны. Автор, конечно, мог бы щегольнуть эрудицией и дать размеры в аутентичных единицах, но это бы просто затруднило восприятие без всякой пользы для сюжета.

Скромный трехэтажный дом на vico Carlano опирался на традиционные для 16 века несущие конструкции "четыре колонны квадратом и арочные перекрытия по диагоналям". Поскольку нагрузку несли колонны, то стены между ними собственники могли ставить и переносить на свое усмотрение. Хоть вообще наружную стену не ставить, не говоря уже о том, чтобы размещать в стенах окна и двери на свое усмотрение. Строители сделали квадраты со сторонами примерно четыре на четыре метра. Ширина дома составляла два квадрата, то есть, вдоль строения шло три ряда колонн. Первый этаж традиционно предназначался для коммерческих помещений, поэтому верхние точки сводов находились примерно в четырех с половиной метров от каменного пола.

Средний ряд колонн образовывал стену, которая разделяла первый этаж на два длинных зала, один зал окнами на улицу, другой окнами во двор. Со стороны улицы зал занимали несколько лавок, разделенных внутренними перегородками. Со стороны двора помещение имело меньшую коммерческую ценность, поэтому доход от школы фехтования позволял Кокки снимать целых три пролета.

Угловой пролет строители поделили по вертикали пополам деревянным потолком и сделали на получившейся антресоли жилое помещение, вполне достаточное для одинокого холостяка.

Солнечный свет попадал внутрь через среднего размера окна, по одному высоко расположеному окну в каждом пролете. В пролете с антресолью окно было еще выше и маленькое, а в углу под антресолью располагалась скромная входная дверь прямо в зал, без крыльца, тамбура, прихожей и прочих излишеств. На антресоль вела узкая деревянная лестница, прикрепленная к торцевой стене.

Упомянутый двор в данном случае не внутренний дворик, окруженный со всех сторон одним домовладением, а треугольное пустое место между тремя домами разных хозяев. Тележка с мулом туда влезала, даже могло бы влезть две, но на этом свободное место бы закончилось. От второго дома во двор выходила глухая стена, от третьего одна дверь и несколько окон на приличной высоте.

Сеньор Кокки с ранней юности весьма успешно зарабатывал на жизнь мечом. Когда он чудом дожил до среднего возраста и оценил свои сбережения, он решил перейти к более спокойному образу жизни, но довольно быстро понял, что душа не лежит ни к переходу в лавочники, ни в ремесленники, ни в менялы, ни даже в рантье. И вообще ни к чему кроме меча душа не лежит. Поэтому он зашел на весьма конкурентный рынок обучения искусству убивать, кое-кого там серьезно подвинул, а кое-кого и совсем задвинул.

Школа фехтования позволяла человеку без семьи жить безбедно, но не давала таких уж больших доходов, чтобы отказываться от выгодных предложений ради душевного спокойствия. Поэтому Кокки иногда отвлекался от зарабатывания денег мечом ради того, чтобы как в молодости заработать денег мечом. Вы же не думали, дорогие читатели, что в учителя фехтования пойдет лавочник или ремесленник? Мирный житель, который десять лет баловался фехтованием как фитнесом? Нет, друзья, это шестнадцатый век. Не восемнадцатый. Здесь фехтование не досуг, а жизненно важный навык, и преподают его люди, у которых свое кладбище.

В зале под антресолью стоял большой стол, рядом с ним лавка и несколько разных стульев, все с пятнами от вина, еды и свечного воска. По-видимому, учитель и ученики отмечали праздники прямо здесь, чтобы при наличии своего просторного помещения не толпиться в тесных кабаках.

Де Вьенн лежал на полу у стены. Макс и Кокки не потащили его вверх на кровать, да Макс на одной ноге и не смог бы. Поэтому они просто передвинули раненого на сложенное пополам шерстяное одеяло и положили под голову подушку. Марта присела рядом и приложила ухо к груди. Дышит. Штаны не мокрые, тоже хороший знак при ранении в голову.