Чтение онлайн

— Да, — ответила та. Ни на кого не глядя, она побрела к выходу.

Спустя томительные минуты показался выход, снаружи темнело, воздух разом посвежел.

Всполохи лилового цвета прорезывали небо, последнее мелькало красноватыми тенями, отвечая. Облаков не было, и это было непривычно. В Ран-Тарре, солнца заходят за горизонт, оставляя яркие лучи угасать в разноцветной дали.

— Красиво, — неожиданно для себя произнесла роунгарри. За ней, ограждая ее от пещеры и всего того, с чем приходится иметь дело развоплощенному Лирну, стояли близнецы. Разгоряченные, они находились к ней очень близко, словно только лед северного роунгарра смог бы их остудить.

Сам Рэм инстинктивно отошел от них подальше, тут он впервые в жизни задумался о том, какие они на самом деле, эти южане. Стоять вблизи жерла вулкана было неприятно, но по рассказам своих товарищей, они были более чем комфортными в общении и походах. А тут, шедший от них сухой жар грозил спалить брови и лицо.

Да и в присутствии Эррнгрид он не мерз, ее руки обычно холодные, но пронизывающий холод и стужа только угадывались за движением бровей или плавной стати северянки, она никогда, по своей воле уж точно, не позволяла себе менять температуру.

Тугой комок мыслей, замерших в голове на время, распался на отдельные фрагменты. Выходят, они жёстко контролируют себя в присутствии других эльфов, не давая прорваться внутреннему пламени наружу. Интересно, каково это — все время сдерживаться?

Время любования закатными полосами прошло, пришел черед спускаться вниз. Туман с запахами поздней осени и увядающей природы тонкими живыми нитками тянулся из пещеры, нитки истончались и в какой-то миг исчезли вовсе.

Один из близнецов начал двигаться вниз, Рэм отметил, даже не пристегнувшись к страховке — так уверен в себе? Затем Эррнгрид, второй близнец кивнул ему:

— Раайэн Рамидар, теперь вы.

Рэм мотнул головой:

— Я задержусь, иди.

Роунгарр последовал за своими соплеменниками, а Рэм обернулся и смотрел, как в плоти серо-желтого тумана расцветают красные пионы, язвы постепенно сменились темным и синим. Скоро черный цвет будет преобладающим, а затем…

Им надо успеть зашить дыру до того, как малюсенький кусочек заразы проникнет в Аккелон.

(Заметки сделаны на полях дневника Рилинна невидимыми чернилами другим почерком с устаревшими нижними и верхними диакритическими знаками).

По всей видимости, дописывать его историю придется мне, обезьяне с косичками. Когда Рилинн подрастет… подрастет заново, и сумеет это прочесть, то я узнаю о себе много нового. (Рисунок грустного смайлика).

Мы с Колди нашли Рилинна в зарослях пожухлой травы и ядовитого плюща, проевшего брешь в кирпичной кладке стены заброшенного дома. На вид мальчику было не более пяти лет, и он не сразу меня признал.

Его сознание, несмотря на то, что отчаянно сопротивляется, не может противостоять физической оболочке, которая без защиты его клана слабеет, а шойкуне только усугубляет положение. Его винить не за что. Согласен с земными философами — физическое бытие определяет все: сознание, в первую очередь.

По-моему, он не мог вспомнить, как он сюда попал. Колди так вообще оторопел и долгое время думал, что это морок.

Я знаю, что мальчишка всегда нелестно обо мне отзывался, обезьяна с косичками — это еще даже не самое обидное прозвище, которое он мне дал, но мне всегда почему-то было жаль его. Потерять отца и мать, а затем утрачивать разум, превращаясь обратно в несмышленыша — такому не позавидуешь.

Либо леди Ри упустила этот момент, что маловероятно, либо просто не сочла это важным для себя, но парень явно что-то искал в шойкуне, я был прав, о чем выяснил много позднее.

Все по порядку.

Впервые в жизни мне доводится вести дневник, чужой тем более, и теперь, сидя в своем коттедже у леди Ри, глядя на косые плети дождя поздней осени, слушая потрескивание сырых поленьев и отпивая грог с южными пряностями, пахнущими теплом и солнцами, а их на Южной части Ран-Тарра целых три, я не знаю, с чего начать. И надо ли начинать вообще.

Должен ли я пересказать только факты или все-таки, получив в жизни такую возможность, высказаться открыто, зная, что это никто никогда не прочтет?

Вести ли линию Рилинна или свою — огненного элементаля по имени Джуно?

***

Я отчаянно и безнадежно влюблен, и это ясно всем, кроме нее. У ее окружения хватает ума и такта об этом не говорить, а то бы это осложнило и без того сложные отношения. Если бы можно было изменить условия сделки, но нет, между такими сущностями, как я, и живыми существами Ран-Тарра, сделки нерушимы. За ними наблюдают совсем-совсем другие… в общем, не здесь и не сейчас.

Вернемся к ее поручению — покопаться в ледяных останках зверя. Леди Ри права в своих сомнениях, это не возмущение среды, вызванное убийцами. Зверю приглянулась кровь дракона и теперь он почувствует неутолимую жажду к тягучей и большую часть времени красной жидкости.

Коэльдан, сын этого напыщенного наместника, который за все время нашего пребывания в Аккелоне обратил на меня внимания не больше, чем на соринку в углу, не сводя своих масляных глаз с роунгарри, оказался на редкость неплохим пареньком. По крайней мере, старательно делал вид.

Молчать с эльфами мне всегда нравилось, хорошо, уютно. Не то, что с людьми. Люди в моем молчаливом присутствии нервничают и напрягаются, начиная нести всякую чушь, лишь бы заполнить словами пространство между нами.

Им кажется, что обрушивая на меня сокровенное, они проявляют ко мне уважение и доверие. Но на самом деле, о чем бы они ни говорили, они говорят о себе, своих проблемах, знакомых, снова себе и своих проблемах.

Затем, умолкая на три минуты, переводят дух, многозначительно на тебя поглядывая, мол, твоя очередь заполнить вакуум.

— Моя так моя. Делюсь. (Наверное, представилась бы мне такая возможность — поделиться своими проблемами, начал бы со скитания в пустоте и одиночестве).

Никто из смертных не знает, каково это, жить лишь одним бесплотным духом, скитаясь в пустоте миров, ища себе временное пристанище, — начал бы я, а горько вздохнув, продолжил:

— Наш мир мы уничтожили сами, пробуя его на прочность, доводя себя и его — до цепочки термоядерных реакций — высшее экстатическое переживание любого огненного элементаля.