Чтение онлайн

— Дана… Ты тоже тут? – вспомнил её имя.

— Ты не забыл меня?

Я не мог забыть, никогда не забывал. Она была здесь, я снова подался вперед, но ближе она не стала. Я начал вспоминать что-то. Образы мелькали, я не мог понять, что это было.

— Я не виню тебя, знай это. Ты не виноват.

По щекам потекли слезы, так мне показалось, грудь сдавило от боли при виде девушки.

— Артур…. – еще один голос, теперь мужской.

Мужчина, взрослый, высокий, худой. Кажется, на его лице должны быть шрамы, но их не было. Он встал рядом с мамой и положил руку ей на плечо, на его груди висел сапфировый кулон. Тот самый, что я положил ему в могилу. Это мой брат. Я помню. Брат, с которым мне не удалось достаточно познакомиться. Без всех этих ожогов и отметин он был красив.

— Вы все… где мы?

Они не отвечали, лишь смотрели на меня и улыбались. Это призраки из моей головы. Они не стремились ко мне, но я стремился к ним.

— Я могу пойти с вами?

— Нет. Мы не здесь, брат. Ты еще не закончил свой путь.

Призраки встали в ряд, за ними скрывался еще один. Тот парень, Гектор. Он плакал. Не было никаких протезов. Его душа очистилась от скверны.

— Спасибо. Спасибо, что защищаешь её. Мне так жаль…

Белый резко сменился на черный. Я оказался в кромешной тьме, она давила, сжимала, разрывала на куски. Я больше не видел их, ни мать, ни Дану, ни Джозефа, ни даже Гектора. Тени поглощали, обретали очертания. Очертания всех тех, кто когда-то погиб по моей вине, чьи жизни я прервал. Они обволакивали меня, кричали, стонали. Это просто невыносимо.

Я отмахивал их от себя, бежал, падал, пропадал. Я тонул в зыбучих песках, гонимый кошмарами, я чувствовал боль, всепоглощающую боль и отчаяние. Я отчаялся. Я хотел назад, к ним, на свет. Я хочу снова видеть свет. Нет. Я устал. Я больше не хочу бороться. Это то, что я заслужил. Тени поглотят меня и я, наконец, смогу обрести свободу от жизни, от этого непонимания, кто я и для чего существую.

Я сдался. Позволил теням заполнить всего себя. Да, я не заслуживаю света. Поэтому они и не ждут меня там.

— Ты нарушил мой приказ, — хриплый и еще один знакомый женский голос. Это была Сильвия.

— Ты не можешь приказывать мне и ты это знаешь, — я вгляделся в омут зеленых глаз, что раз за разом прожигали меня насквозь. — Я больше не хочу жить.

— Подумай о тех, кто остался.

— Кто остался… я никому не нужен.

— Очнись, идиот!

От крика женщины тени отступили, сгорая алым пламенем. Я смог видеть. Что я видел?

— Себастьян, Офелия. Они борются за твою жизнь.

Да… Я видел. Офелия, эта юная, но такая упертая девчонка, плакала. Плакала из-за меня? Но мы ведь знакомы совсем недавно. Мой друг, мой старый добрый друг. Сколько всего мы прошли вместе.

— Посмотри на них Артур. Посмотри на тех, кому ты дорог. Посмотри на меня!

— Сильвия…

Мы остались одни. Тени ушли, образы тоже. Алый искрящийся цвет заливал всё вокруг. В этом цвете эти зеленые глаза, уже ставшие такими привычными, выглядели ненастоящими.

— Ты тоже умерла? Из-за клятвы?

— Я не умерла. И ты еще не умер. Ты сдался, а это худшее, что ты мог сделать.

— Даже в этом странном месте отчитываешь меня… Ты просто не хочешь умирать со мной?

Сильвия строго смотрела на меня, как на нашкодившего мальчишку.

— Ты неправильно понимаешь, как устроен клятвенный союз.

— Получается, ты и тут меня обманула? — меня это уже не огорчало, даже забавляло.

Столько недомолвок, столько ложных слов, столько обманчивых и невнятных чувств. Это то, что дала мне Сильвия.

— Раз моя смерть никак тебя не коснется, то просто уйди и дай мне уйти.

— Нет.

— Ты не можешь решать за меня, — я отвернулся, но её образ не исчез. Он следовал за мной, куда бы я ни смотрел. — Исчезни, Сильвия.

— Нет.

— Почему?! Зачем?! Что ты хочешь от меня?! – Мой крик заставил содрогнуться пространство, как по стеклу пошли трещины от места где я стоял. — Ответь мне хоть раз, Сильвия.

— Жизнь каждый день дарит шанс измениться. Мы можем ошибаться, мы можем понять, что сделали не так, мы можем влюбляться, быть счастливыми или переживать потери, грустить, страдать, рвать и метать. Это всё делает из нас людей.

— Любить… быть счастливым… Хочешь сказать, что любишь меня?

Сильвия дрогнула и поджала губы.

— Я не знаю, что чувствую к тебе. Я… Ты… Только ты смотришь на меня. Не на госпожу, не на хозяйку, ты видишь меня, а я вижу тебя. Я тебе не враг, пойми. Я хочу… чтобы ты жил.

Её слова манили, она так яростно призывала меня бороться, но при этом не дарила никакой надежды. Вся она… эти волосы, эта кожа, эти губы, руки, пальцы, глаза… Так близко и так далеко. Я хочу её, правда хочу. Всю без остатка. С её надменностью, уверенностью, тайнами, бог весть какими планами и целями.

Она стала ближе, я начал ощущать покалывание где-то в районе руки. Я смог коснуться щеки Сильвии, она была гладкая и теплая, провел большим пальцем до губ, чуть приоткрыл. Эта женщина достала даже мертвого.

— Я действительно вижу тебя, чувствую тебя. Ты то холодная, то горячая, но открываешься, то приходиться пробиваться сквозь возведенную тобой стену…

— Выживи, и мы обязательно это обсудим.

Я накрыл своими губами её, сладость потекла по телу, наполняя вены жизнью. Трещины стали всё сильнее, сквозь них пробивался яркий свет. Этот призрачный мир рушился, все мои прежние страхи отступали. Оставался только я и она.

Себастьян

— Боги, почему так много крови?! Я ничего не вижу! Пусть она остановится, пусть остановится!

Крик Офелии гудел в голове, она пыталась хоть как-то остановить неустанно льющуюся кровь из плеча. Ее и правда было слишком много. Наша одежда вся окрасилась красным.

— Давай сюда ремень!

— Я не могу прерваться, — я сидел верхом на Артуре и проводил сердечно-легочную реанимацию. Раз, два, три.

— Из-за того, что ты давишь на него, кровь только сильнее льется!

— Перестань на меня кричать, я делаю всё что могу! — я уже начинал злиться на неё.

Офелия сама сняла с меня ремень, приказала остановиться, чтобы она могла наложить жгут. Оторвав рукав от своей рубашки она прижимала её к ране со всей силы.

— Артур, паразит, очнись уже наконец! – воззвал я к другу, но тот видимо решил сдаться и покинуть этот бренный мир, совсем не думая о нас.

А потом меня осенило. Тинктура, она же всё время была со мной. Почему я забыл о ней? Оттого что все мои руки были по локоть в крови? Тогда, в покоях Императора, я уже пытался её использовать. “Сейчас тоже нужно попробовать!” Она не раз спасала меня и лечила раны, но у меня никогда не получалось лечить кого-то, но может сейчас. Может… я бегло глянул на Офелию. Может дать её ей. Нет-нет. Я до конца не понимаю цену, которую нужно заплатить за эти силы. Я не мог так рисковать Офелией.