Чтение онлайн

— Ах, сынок, ах… Ну что ты натворил? Давай подумаем, как это можно исправить.

Одинокая слеза застыла в уголке глаза, через пять минут он спал, в комнату сквозь незадернутые шторы заглядывала большая жёлтая луна, и призрачный образ женщины стоял у его изголовья. Омер проснулся уже во второй половине дня, когда комнату вовсю заливал солнечный свет, сел на кровати и подумал, что сейчас самое время сделать пробежку, прочистить легкие и наполнить их чистым лесным воздухом. Футболка и шорты всегда лежали в его багажнике, переодевшись, он вышел из дома, и чем дальше по тропинке продвигался в глубь леса, тем быстрее уходили мрачные мысли вчерашнего дня. Ничего ещё не потеряно, он сплоховал, но оставалась надежда поправить ситуацию, в конце концов, до Франции два часа лёту, а отпуск он так и не использовал. Сейчас главное не делать резких движений, завтра на работе он поговорит с Моник, выяснит некоторые детали, если нужно, позвонит в университет, потом свяжется с Дефне и сообщит ей, что планирует приехать на католические рождественские каникулы, чтобы побыть вдвоём и, возможно, проехаться по маршруту замков Луары, включая и тот самый Шенонсо.

Накануне мужчина даже не подумал о том, чтобы захватить с собой что-нибудь поесть, поскольку поехал сюда спонтанно, ведомый каким-то детским желанием оказаться ближе к матери в эту нелёгкую для него минуту. Но в шкафчике нашёл кофе, не спеша, заварил и, стоя на крыльце, выпил чашку, прикидывая, чем бы мог ещё заняться, рисовать настроения не было, он закрыл дом и поехал в Стамбул.

Вечером, когда Синан сидел перед телевизором, раздумывая не позвонить ли Омеру, чтобы пригласить его немного развеяться и пропустить по стаканчику в баре, в дверь позвонили. Надеясь, что друг ответил на его молчаливый призыв, он, улыбаясь, открыл - на пороге стояла Ясемин.

— Не ожидал? — отреагировала она на его ошарашенный вид. — Привет, дорогой. — поцеловав в щёку, прошла в гостиную, села на диван и, обернувшись к мужчине, попросила. — Налей мне что-нибудь выпить, я так устала.

Синан, не спеша, прошёл за ней в гостиную.

— Выпить? У меня только виски.

— Ну, нет… — женщина сделала разочарованную мину. — Разве ты не знаешь, что я пью вино. — она картинно вздохнула. — Ну, тогда я выпью чашку чая.

Мужчина снисходительно улыбнулся и прошёл на кухню, недоумевая, почему раньше её манера вести себя казалась чрезвычайно милой, сейчас её бесцеремонность раздражала. Он молчал, пока Ясемин пила чай, она выглядела, как всегда, очень ярко и броско, умелый макияж, тщательно уложенные волосы, модная одежда создавали эффектный образ, так привлекавший внимание мужчин. Кольца на пальце не было.

— Ты не носишь его?

Она удивлённо посмотрела на Синана, не понимая о чём идет речь, проследила за взглядом и быстро ответила:

— Забыла дома. — и так как его реакции не последовало, продолжила говорить сама. — Ты не представляешь, как много сейчас приходиться работать. Фирма готовит новую коллекцию, а это означает массу несостыковок, проблем с поставщиками, с моделями. Все напряжены, нервы на пределе. Кошмар! Давно пора отдохнуть, но лишних денег на это нет. — она откинулась на спинку дивана и, чуть прикрыв глаза, бросила быстрый взгляд на мужчину. Он по-прежнему молчал. — А как у тебя дела?

— Хорошо. — коротко ответил он. — Как здоровье мамы?

— А что? — удивилась женщина.

— Ну, ты же говорила, что она серьёзно болела и нужно дорогостоящее лечение. — ему не удалось убрать из голоса иронию.

— Все обошлось, ей лучше. — Ясемин обворожительно улыбнулась. — Я могу остаться у тебя, если хочешь.

Синан глубоко вздохнул и твёрдо ответил:

— Нет, не хочу.

В растерянности она быстро заморгала глазами и глупо переспросила:

— Что значит - не хочешь?

— Разве есть другое толкование этой фразы. — усмехнулся он. — Полагаю, тебе стоит прекратить ломать комедию, дорогая. Ты не любишь меня и, вероятно, никогда не любила. Зачем согласилась на моё предложение и позволила одеть себе кольцо на палец осталось для меня загадкой, хотя, возможно, не такой уж и сложной. — с того момента, как он начал говорить, напряжение и страх, испытанные вначале, исчезли.

А вот лицо женщины ясно свидетельствовало о том, что эти слова застали её врасплох.

— Что вдруг на тебя нашло? Ты заболел? — женщина пересела ближе и положила ладонь на лоб, затем резко отдёрнула и подула на пальцы, пытаясь всё перевести в шутку.

— Напротив, я, кажется, выздоровел. — он легко рассмеялся. — Полагаешь, я не понимал, что ты держишь меня, как запасной вариант? Уверен, твои отношения с Транбой не прекращались ни на минуту и зависели только от его желания.

Ясемин прищурилась и положила руку на его колено.

— Хочешь сказать, что берёшь своё предложение назад?

И он отметил, что она не возразила на его слова о Транбе, и подтвердил:

— Да, я поторопился. Извини, если огорчил.

На глазах женщины показались слёзы, искренние или специально вызванные, он не знал, но его отзывчивое сердце начало таять.

— Если могу на прощание чем-то тебе помочь… — пробормотал Синан и, понимая, что снова загоняет себя в ловушку, сразу поправился. — Только предупреждаю сразу, речь не идет об неограниченном кредите.

Ясемин улыбнулась, даже, как-то по-доброму.

— А ты не такой простофиля, каким казался. — она встала и тщательно расправила юбку на бёдрах. — Вижу, сегодня ты пребываешь в странном состоянии духа, поэтому готова считать, что этот разговора не состоялся.

— Не обманывайся, Ясемин. — мужчина поднялся следом за ней. — Я ставлю точку в наших отношениях и считаю себя абсолютно свободным от каких-либо обязательств.

Она молча направилась к выходу, но в прихожей развернулась и оставила на его щеке лёгкий поцелуй.

— Я свяжусь с тобой, когда ты поправишься. — и, не давая ему возможности ответить что-либо, вышла, хлопнув дверью.

Дефне прилетела в страну изучаемого языка ранним утром, но аэропорт уже гудел, как пчелиный рой, и повсюду слышалась французская речь. Выйдя в зал прилёта, она остановилась оглушённая и испугалась, потому что совершенно не понимала говорящих вокруг неё людей, ухо выхватывало отдельные знакомые слова, но общий смысл фраз до девушки не доходил. «Ну, молодец… Четыре года учила язык и теперь стоишь, и ничего сказать не можешь», — оглядываясь, думала она про себя, как вдруг услышала своё имя. Решив, что от напряжения начались слуховые галлюцинации, двинулась к выходу из аэропорта, ориентируясь по указателям, но кто-то схватил её за руку, Дефне оглянулась и замерла, улыбаясь во весь рот, Даниэль стоял рядом с ней.

— Вот это да… — пробормотала она. — А ты что здесь делаешь? Встречаешь кого-то?

Он рассмеялся её ошарашенному виду.

— Тебя… Мама просила показать тебе город, а потом проводить на вокзал. Думала, ты можешь растеряться и, судя по выражению твоего лица, оказалась, как всегда, права.

Дефне нарочито шумно выдохнула и помахала ладошками на своё зарумянившееся лицо.

— Я расстроилась… Несколько лет учила ваш язык, а тут стою и ничего не понимаю.

— Это пройдёт. — он смотрел на неё с сочувствием. — У меня также было, когда я в Америку приехал. Английский учил с англичанином, а американский вариант языка всё-таки отличается. — парень взялся за длинную ручку чемодана. — Это все твои наряды? Ты же на три месяца приехала.

— Вообще-то, я собираюсь учиться, а не гулять. — они вместе двинулись к выходу. — А тебе на работу не надо?

— Взял пару дней в счёт отпуска. — пояснил Даниэль и покосился на девушку. — Должны же мы отблагодарить тебя за прекрасно организованную поездку.

— Это лишнее. Но, если говорить честно, твоё присутствие меня сразу успокоило. Спасибо Моник, что подумала об этом, а тебе, за то, что нашёл для меня время.

Он отвесил ей изящный поклон.

— Всегда пожалуйста.

Девушка рассмеялась.