Всё началось с поцелуя
Шрифт:
— У него свой дом, но я там ни разу не была. — поспешила ответить Гюль.
— Вот и отлично. И для ребенка место найдётся. — удовлетворённо кивнула мать и, услышав приближающиеся мужской и детский голоса, что-то оживлённо обсуждавшие, прошептала. — Давай отцу пока ничего говорить не будем, а то он потребует твоего друга сюда и учинит ему форменный допрос. А мне думается, это преждевременно.
Они понимающе улыбнулись друг другу и взглянули на вошедших.
Продолжая свою учёбу, Дефне совершенно не подозревала о том, что планы многих людей выстраиваются так или иначе, вокруг неё. В середине ноября совершенно неожиданно и без предупреждений приехал Омер, вылетев самым ранним субботним рейсом из Стамбула, в полдень он был уже в Пуатье, а в час дня постучался в дверь её комнаты. Накануне девушка поздно легла спать, засидевшись над заданиями для стамбульского университета, и в этот час едва успела проснуться, она ещё наслаждалась блаженной дрёмой, когда настойчивый стук заставил её подняться, сердясь на незваного гостя, заспанная Дефне чуть приоткрыла дверь и оторопела, увидев на пороге Омера.
Он всю дорогу представлял их встречу, оставив девушку одну в Пуатье, мужчина лишился покоя, дела на работе ещё как-то отвлекали от мыслей о ней, но стоило ему оказаться дома, как ни о чём другом он думать не мог. Конечно, они общались по интернету, переписывались и перезванивались, но тоски по ней это не утоляло, его любовь к Дефне после тех упоительных, страстных ночей окрасилась сильными чувственными нотками. Стоило ему прикрыть глаза, как в памяти всплывали гладкость кожи, запах волос, её частое, прерывистое дыхание и тихие стоны, которые она издавала во время их любовных игр. Это выводило из себя, а если подобные мысли застигали перед сном, ночного отдыха он лишался. Ни рисование, ни спорт, ни поездки в домик матери, ни иные отвлекающие занятия не могли развеять его беспокойства, желание ощущать её нарастало, и когда он почувствовал, что теряет способность здраво мыслить - оказался на пороге её комнаты.
— Ты? — ошеломлённо спросила она, в приоткрытую щель двери.
— Разрешишь войти?
Дефне тут же распахнула дверь.
— Ой… Извини… Конечно, проходи.
Не отрывая взгляда, мужчина шагнул в комнату и тут же притянул девушку к себе, она была такой тёплой, так умиротворяюще пахла сном, что он пару минут стоял, дыша этим сладким запахом его любимой. Её славная детская пижамка уступила место коротенькой сорочке на лямочках, он просунул под неё руки, голое тело обожгло, Омер спустил бретельки, и сорочка мягким комочком упала на пол у её ног, она порозовела, но не стала ему мешать и смотрела на него особенным, но уже знакомым ему взглядом, ожидая продолжения.
— Жемчужина моя, как я скучал по тебе. — прошептал он, прижав к себе её обнажённое тело.
— Мне нужно в ванную комнату, а ты располагайся. Я сейчас вернусь. — Дефне подобрала сорочку, но одевать не стала, положила её на стул и, чувствуя его взгляд на своём теле, прошла в ванную.
Встав у умывальника, скрестила руки на груди, сердце бешено колотилось, радость, казалось, затопила каждую клеточку тела, и только одна мысль пульсировала в голове: «Он приехал, приехал, сейчас всё начнётся сначала». Она прикрыла глаза, неосознанно наслаждаясь моментом ожидания, потом, словно опомнившись, быстро причесала волосы, почистила зубы и хотя запаха пота не чувствовала, на всякий случай тщательно протёрла тело влажными салфетками.
Обнажённый, он ждал у рабочего стола, разглядывая учебники и книги, которые так и остались открытыми перед сном, почувствовав её в комнате, обернулся, окинул взглядом с головы до ног, и не прикрываясь и не скрывая своего желания, шагнул к ней, Дефне сделала пару шагов ему навстречу, и они оба замерли, соприкоснувшись телами. Омер положил руки ей на плечи и, скользя по телу, нежно очертил его линии.
— Ты великолепна. — пробормотал он. — Такая желанная… Твоя нежная, прозрачная кожа сводит меня с ума. Люблю тебя, нет никого дороже тебя. — наклонился и поцеловал.
Мягкие вначале, губы мужчины вдруг стали твёрдыми и требовательными, они захватили в плен её язык и, нежно подсасывая, углубляли поцелуй. Под их натиском она начала задыхаться, и желание, дрожавшее в ней вначале небольшим угольком, вдруг быстро выросло в пламя. Оно опаляло… Девушка вцепилась в крепкие плечи, чуть прогнувшись назад, потёрлась о него бёдрами и прошептала:
— Хочу тебя… Всего…
Не выпуская её из рук, мужчина двинулся к кровати, она чуть задержалась у выдвижного ящика стола и, вынув оттуда маленький квадратный пакетик, молча протянула ему, улыбаясь, он кивнул и сел на край постели. Дефне стояла перед ним, белея телом под его жадным взглядом, неуверенно придвинулась и положила руки ему на плечи, погладила их, задерживаясь на мышцах. Потом внезапно наклонилась, потёрлась лицом о татуировку, осторожно прихватывая кожу зубами, прикрыв глаза и явно наслаждаясь этим. Он ткнулся лицом ей в живот и зеркально повторил её действия, потёрся лицом, а его губы, целуя и чуть прихватывая кожу, спустились к лобку и ниже. Она глубоко вздохнула и задрожала, вцепилась ему в волосы, желая то ли оттолкнуть, то ли удержать в таком положении, но через пару минут вдруг застонала, вздрогнула всем телом и, обмякнув, склонилась к его плечу. Омер откинулся на кровать, приподнял одну из подушек, чтобы лучше видеть свою возлюбленную, и протянул к ней руки, она помедлила и, улыбнувшись, приняла его приглашение. Они соединились, она двигалась над ним, прогибаясь в пояснице, то наклонялась к нему, застывая и изучая его лицо, словно видела впервые, то вновь отклонялась назад, покачивала бёдрами, сжимая своё нутро, и, совершенно очевидно, получала наслаждение. Он с восхищением наблюдал за ней, раскрасневшаяся, с полуприкрытыми глазами и растрёпанными волосами, Дефне выглядела так соблазнительно и так удивительно двигалась, что сдерживать себя становилось всё труднее. Его ладонь скользнула к промежности, она приоткрыла глаза и закусила губу.
— Да… — низко выдохнула и ускорила ритм движения.
Это яростное соитие закончилось довольно быстро, она вскрикнула, всем телом подалась вперёд, надавив ему на плечи и оставив там полукружия от ногтей. Его ощущения были такими острыми, что он не смог сдержать короткого, рвущегося из самых глубин, почти животного рыка. Они долго молча лежали рядом, мужчина завладел узенькой ладошкой и периодически подносил её к губам,
— Твой последний звук был очень волнующим. — внезапно произнесла девушка. — Мне понравилось.
Просунув руку под плечи, он притянул её к себе.
— А я подумал, что могу напугать тебя. Но ты продолжаешь меня удивлять… Мне кажется, что я живу только тогда, когда я в тебе и чувствую, как ты вся трепещешь. — признался Омер.
Она улыбнулась и продолжила свою мысль.
— Тот звук показался мне таким естественным, даже возбуждающим. — повернувшись на бок, прильнула к нему, уютно устроившись под мышкой.
— Ну, тогда я должен признаться, что то, как ты чуть не сгрызла мое левое плечо, выглядело также очень эротично. — смеясь, заметил он.
— Прости, я не думала, что тебе так больно. — Дефне приподняла голову и виновато взглянула на него.
— Я пошутил, радость моя. Мне было приятно, неожиданно, да… Но я заметил, что тату на тебя действует особенно возбуждающе. — мужчина повернулся на бок, к ней лицом, погладил по голове и притянул вплотную к себе. — А вот на меня так действуешь вся ты.
Разговоры плавно перетекли в невинные ласки, быстро перешедшие в более смелые, и те закончились вполне ожидаемо. Так, то засыпая, то просыпаясь и лаская друг друга, они оставались в постели до позднего вечера. Пару раз она вспоминала, что катастрофически нарушала скрупулёзно составленный ею план подготовки к успешной сдаче зачётов, но жар его тела, и то, что они делали друг с другом, заставляли эти мысли быстро растворяться в туманной дали.
Именно Омер, проголодавшись, решил, что пора вставать и выехать в город поужинать, потому что в лучших традициях Дефне Топал её холодильник оказался девственно пуст. Они вышли из резиденции и отправились к машине, оставленной на стоянке.
— Неужели это та же, что была у тебя в первый раз? — удивилась она.
— Я и сам поразился этому факту, не исключено, что она встретит меня и в мой следующий приезд.
В этот раз они никуда не торопились, и хотя в «Макдо» толпилась, в основном, молодёжь и припозднившиеся туристы, они нашли спокойный уголок, где не спеша перекусили, нежно глядя друг на друга и улыбаясь каждый раз, когда их руки или ноги соприкасались.
— Ты уедешь завтра? — уточнила девушка и невольно вздохнула.
— В полдень. В этот раз вылетаю из Орли в четыре дня, а в половине десятого приземлюсь в Стамбуле. Жемчужина моя, — мужчина потянулся через стол и приподнял её лицо за подбородок, — не кисни. Увидимся в декабре, я приеду, скорее всего, в рождественские праздники, когда почти весь институт уходит на неделю каникул. А там и ты вернёшься. Уже определила день отъезда?
— Планирую на седьмое или восьмое января, правда, билеты пока не купила.