Всё началось с поцелуя
Шрифт:
— Вот видишь, осталось совсем недолго, а за учебными хлопотами и не заметишь, как пролетит время. — он вздохнул, выражение глаз изменилось, в чёрной глубине зажглись знакомые ей огоньки нарастающего желания. — У нас впереди вся ночь и целое утро. Если ты поела - пойдём, только я захвачу тебе что-нибудь на завтрашний день.
По пути они мало говорили, Омер уточнил только, понравился ли Нихан подарок, который передала Бельгин. Девушка рассеянно ответила, что получила от будущей родственницы короткое письмо с благодарностью за браслеты и особенно за деньги, перечисленные Сердару в качестве подарка на их свадьбу, назначенную на конец ноября. У общежития им встретилась Кристиана, несмотря на поздний час она направлялась куда-то с шумной компанией студентов.
— Вы к нам надолго? — спросила француженка у мужчины, приветливо с ним поздоровавшись.
— К сожалению, завтра уезжаю.
Она понимающе кивнула и взглянула на соседку.
— Кстати, минут двадцать назад тебя искал парень, симпатичный такой, вьющиеся волосы. Имени не назвал. — обронила Кристиана с улыбкой.
— Я ни с кем не договаривалась. — удивилась Дефне.
— Он француз, сказал из Биаритца, но по выговору - парижанин. — добавила студентка, потом вдруг её взгляд упал на Омера, и она заторопилась. — Ой, ладно, извините, что задержала… Просто он просил тебе передать, что заходил. — и быстрым шагом пошла к ожидавшим её приятелям.
Девушка внутренне застонала, подумав, что выяснений по поводу внезапного и для неё появления Даниэля не избежать.
— И часто он тебя навещает? — спросил мужчина, убирая съестное в холодильник.
Она подошла и прижалась к его спине.
— Я ни разу его не видела, если бы он приезжал меня навестить, я тебе тот час же сказала бы об этом.
Он вздохнул, прикидывая сказать ли ей о возможном приезде в Пуатье Моник с сыном.
— Ходят слухи о том, что госпожа Селен собралась посетить этот город в рождественские дни.
— Правда? — ей пришлось изобразить удивление, если бы она сейчас сказала ему, что Даниэль написал ей об этом, последовали бы новые вопросы, которые, вполне вероятно, закончились бы ссорой. — Она, наверное, к Ноэми приедет, они, как мне кажется очень хорошие знакомые.
— Возможно. — согласился Омер, хотя придерживался иной точки зрения. — Вот только парень-то здесь зачем?
— А что такого? Сын сопровождает мать, к тому же у него здесь тоже знакомые живут. — девушка пожала плечами и бросила взгляд на кровать. — М-м-м… Что будем делать?
— Разве у нас есть выбор? — пробормотал он, чуть наклонился и обхватил её лицо ладонями. — Дефне-е-е… — выдохнул он. — Ты моя, моя и меня просто бесит мысль, что кто-то другой может смотреть на тебя с… с непристойными желаниями.
— Да никто и не смотрит, с чего ты взял. Мне никто, кроме тебя не нужен. — она обняла его за шею и, приподнявшись на цыпочках, осыпала поцелуями лицо. — Вот, я везде расписалась, другие женщины должны знать, что место возле тебя занято.
— Они мне безразличны. — он потянул за край свитера наверх, освобождая её от одежды. — Твоё тело, — его руки скользнули по спине к ягодицам и сжали их, — твой запах, — наклонился к шее и, щекоча своим дыханием, прикоснулся ртом к её основанию, лизнув кожу, — твои губы, — обвёл их контур большим пальцем, — ты вся - это то, о чём я мечтаю и в чём нуждаюсь каждый день. Совсем скоро мы будем вместе. Может, нам приблизить дату свадьбы? Тогда ничто не сможет нас разлучить, и никто не посмеет претендовать на тебя.
Вжимаясь в его тело, Дефне задыхалась и таяла, если бы он предположил ей прямо сейчас узаконить отношения, она не задумываясь, согласилась бы.
— Как хочешь, — выдохнула она, — я согласна.
Не размыкая объятий, он двигал её в сторону кровати.
— Ты моя… — шептал Омер. — Я нашёл тебя и никому не отдам. Помни это…
Но девушка уже мало что слышала, желание горячило кровь, и так как он медлил, она сама начала раздевать его, стянув пуловер и футболку, тут же прильнула к нему, с упоением целуя обнажённое тело, её глаза блестели, дыхание стало частым и неровным. Мужчина погладил её растрепавшуюся рыжую гриву и прошептал:
— Да… Делай со мной, что хочешь, возьми, что тебе нужно. — и отдался её рукам и тому, что она делала с ним.
Продолжая исследовать его тело, Дефне расстегнула молнию на джинсах, его растущее желание было под её ладонью, она чуть сжала пальцы, услышала, как он с шумом втянул в себя воздух, и, взглянув ему в глаза, проговорила:
— Хочу… — но успела произнести только это.
Хорошо, что день отъезда Омера совпал с воскресеньем, заснуть им не удалось, осознание расставания, пусть и короткого, будоражило чувства, оба, словно бы пытались насытиться друг другом впрок, чтобы пережить разлуку до рождественских дней. Уезжая в прошлый раз, он запомнил её чудесной, восхитительной, но неопытной и немного зажатой в интимных отношениях девушкой, что было, впрочем, вполне объяснимо. Тем удивительнее оказалось обнаружить её месяц спустя, жадно ищущей его ласк и с охотой самой их дарящей, правда, в иные моменты он с тревогой спрашивал себя, что вызвало это изменение. Она не просто покорно следовала за ним в любовных играх, но сама инициировала их и стала смелее и настойчивее в выражении своих предпочтений. Возможно, такая быстрая «эволюция» объяснялась врождённой страстностью её натуры, о другом он не мог даже думать.
Прощаясь с ним в этот раз, Дефне держалась лучше, и хотя глаза были на мокром месте, слёзы отчаяния не лились.
— Я позвоню тебе сразу, как приеду и график нашего общения остаётся тот же. — мужчина притянул её к себе и с минуту стоял, впитывая неповторимый запах своей жемчужины. — Люблю тебя, все мысли мои о тебе. Хочу, чтобы во сне и наяву ты видела только меня. — шептал он ей в волосы.
— Но… Так и есть. — удивлённо подтвердила она. — Ты не имеешь права сомневаться во мне.
— Не имею. — согласился он. — Уверен, ты не станешь скрывать от меня, если Даниэль заглянет к тебе в гости.
— Оме-е-ер. — с укором протянула она. — Ну, я всё давно сказала, он только друг. Понимаешь? Друг…
— Уверен, что для тебя это так и есть, но для него…
Девушка прижалась к нему и, поднявшись на цыпочки, закрыла его рот поцелуем.
— Только ты, в моём сердце только ты… — с убеждением произнесла она, не отрывая от него влюблённого взгляда.
Черты его лица смягчились, мужчина улыбнулся, обнял её и, развернувшись, прижал к стене.
— Вот так, так я могу чувствовать всю тебя. — она озорно усмехнулась, обхватила его ягодицы и прижала к себе. В ответ он двинул бёдрами и застонал. — Коварная… — наклонился, нежно поцеловал и, глубоко вздохнув, быстро оторвался от неё, мгновение было видно, как он колеблется. — До встречи и до связи. — проговорил Омер, провёл большим пальцем по её припухшим губам и вышел.
Она осталась стоять у стены и тихонько заплакала, внезапно почувствовав себя одинокой.
В последние месяцы уходящего года время летело очень быстро и побуждало к активным действиям. Новость о том, что заместитель директора обручился со студенткой, проходившей у них стажировку, облетела институт в мгновение ока, к Чичек, больше всех общавшейся с девушками, потянулись жаждущие узнать детали, почти все сотрудники помнили Дефне и не могли понять, как ей удалось растопить сердце «ледяного совершенства» Ипликчи. Мужчины пожимали плечами и посмеивались, девушки злились, не находя в рыжеволосой студентке никаких особенных достоинств, и только Чичек неизменно пыталась урезонить злые языки.
— Ну, что вы пышете злобой? Зачем так говорить о Дефне, не зная её. — повторяла она из раза в раз. — Я общалась с ней довольно плотно в последнее время и скажу, что она очень милая, умная девушка, красивая, между прочим. И вообще, господину Ипликчи виднее, значит в ней есть такие достоинства, о которых вы представления не имеете. — она сказала это по простоте душевной, но лучше бы такая фраза не выходила из её уст, женская половина института тотчас же разнесла её, исказив и придав ей двусмысленность.