Чтение онлайн

— А зачем злиться? — улыбаясь заметила Бельгин. — Ну, ты же понимаешь, что взрослый мужчина с теми достоинствами, которые Мелек с придыханием перечислила, не станет просто так, от нечего делать писать молоденькой девушке. От тебя не убудет, если ты проявишь немного интереса к нему, хотя бы из вежливости. А вдруг это знакомство изменит твою жизнь?

— С какой стати? Господин Ипликчи, наверняка, не страдает от недостатка женского внимания, ведь на рынке потенциальных мужей для девушек из хорошего общества он такая выгодная партия. — ехидно возразила Дефне, и на лице проступило хорошо знакомое всем, кто её знал, упрямое выражение. — Ты же слышала Мелек, я никогда не поднимусь выше круга, в котором родилась и выросла. Да я и не стремлюсь к этому. Меня окружают родные, знакомые лица, и не хочу я видеть насмешки и косые взгляды людей уровня Мелек или господина Ипликчи, осуждающих меня за то, что я не знаю их правил поведения. — она говорила с каким-то ожесточением и холодным блеском в глазах. — И вообще, знаешь, как говорят: «Прежде чем влюбиться с первого взгляда, проверь зрение».

Бельгин внимательно взглянула на подругу, в её словах ей послышалось отчаяние.

— Я не совсем поняла, ты кого сейчас имела ввиду, себя или его?

— Обоих… — буркнула Дефне и углубилось в чтение, давая понять, что разговор исчерпан.

В долгожданное, запланированное путешествие по городам Италии Дефне поехать не смогла по семейным обстоятельствам, за два дня до даты предполагаемого отъезда позвонил Сердар и без предисловий огорошил неприятной новостью, рассказав о сердечном приступе Тюркан.

— Я, конечно, сожалею, сестрёнка, о твоем несостоявшемся путешествии, но будет лучше, если ты сейчас вернешься домой.

— Прямо сейчас не могу, до окончания учёбы еще два дня. Я должна сдать проект и получить сертификат. — её голос звучал расстроенно. — А почему она дома, а не в больнице? Как это случилось?

— Я работал, когда мне позвонила испуганная Пчёлка, и сказала, что бабушка лежит, стонет и рукой за грудь держится. — ответил он.

— Но ведь она знает, где лежат лекарства, и что следует давать в таких случаях. — напомнила девушка. — Зная о возможных приступах, я её инструктировала перед отъездом. Как же так?

— Не знаю, Дефне. То ли она растерялась, то ли бабушка куда-то лекарство переложила, но она ничего не нашла. Позвонила мне, с работы меня, к счастью, отпустили, по дороге домой я нашёл Исо, и мы договорились встретиться у нас. — он помолчал, ожидая её реакции. — Когда приехал, нашёл лекарство и дал ей, через полчаса бабушке стало лучше и мы отвезли её к врачу, хотя она упиралась руками и ногами. Там ей сделали кардиограмму и взяли какие-то анализы.

Дефне перебила его.

— Какие анализы? Ты с врачом говорил?

— Да, он толком ничего не объяснил. — на её вопрос Сердар отреагировал раздражённо. — Оставили её на ночь в больнице, а утром ни свет ни заря, бабушка звонит мне и говорит, чтобы мы её забрали. Отпрашиваться снова я не стал, начальник и в первый раз недоволен был, отпустил только, когда я сказал о приступе.

Сердар долго испытывал терпение семьи, он то исправно ходил на работу и приносил бабушке деньги, то увольнялся каждый раз под одним и тем же предлогом - «это не моё» и сидел на шею у женщин, пролёживая день за днем их старенький диванчик или впутываясь в сомнительные аферы с такими же безработными, как он сам. Полтора года назад, пытаясь провернуть «выгодное дельце», погорел, наделал долгов, которые семья с трудом погасила, попросив помощи отца. Метин взял кредит в банке на своё имя, так как ни Дефне, ни бабушке его просто не дали бы, но деньги банку выплачивали именно они, живя около года в режиме жесткой экономии. После работы в кафе девушка приходила домой и садилась за шитьё, выполняя заказы, за которые получала неплохие деньги, а учитывая, что при этом она продолжала ходить в университет, именно на неё легла самая большая нагрузка по вытягиванию семьи из финансовой банковской кабалы. Такое перенапряжение сказалось на здоровье, Дефне начала катастрофически худеть и внезапно слегла с пневмонией.

Отец понял, что наступило время вмешаться, приехав в Стамбул, он долго о чём-то говорил с сыном, сначала на повышенных тонах, потом страсти улеглись, через час они вышли из комнаты и ушли куда-то вдвоём, вернулись только к вечеру, и Сердар сообщил, что с завтрашнего дня выходит на работу. О чём говорили отец и сын осталось секретом, на вопросы Тюркан Метин не отвечал, сказав только, что она слишком избаловала внука, заставив ни в чём не повинную Дефне расплачиваться за последствия его поступков, Сердар тоже отмалчивался, но бурный разговор с отцом дал положительные результаты: брат начал работать и стал серьёзнее.

— Я уже поняла, что кто-то, скорее всего Исо, привез её домой. Меня интересует, что сказал доктор? — она пыталась говорить спокойно, но инфантильная беспечность брата начинала раздражать, он словно беспомощный ребенок перекладывал решение любого вопроса на кого-то другого, и, чаще всего, крайней оказывалась она.

— Да, вроде ничего. — уклончиво ответил Сердар. — Ведь не я же её забирал… Исо передал, что нужно соблюдать постельный режим, не поднимать тяжести, регулярно измерять давление и что-то там ещё… Ах, да он выписал лекарства, но знаешь, сейчас у меня с деньгами туго, а страховка не всё покрывает, так что… — он не закончил фразу, но и без того всё было ясно.

— Если ты целые дни на работе, кто же за ней присматривает?

— Утром я даю ей лекарства, Пчёлка дежурит днем, забегают также Исо и Нихан, она кое-что готовит, а вечером - снова я. Дефне, поверь, мне очень жаль, что твои каникулы заканчиваются раньше положенного срока, но так сложились обстоятельства, и нам без тебя никак не обойтись. — и так как она молчала, он продолжил говорить. — А деньги за несостоявшуюся поездку ты сможешь вернуть?

— Билеты поменять могу. Касательно бронирования в городах, мы брали размещение в хостелах и кампусах, надо звонить и узнавать, смогут ли они без штрафа снять бронь. Но, совершенно очевидно, что какую-то часть средств я все равно потеряю. — девушка вздохнула. — Хорошо бы вернуть хотя бы половину.

— Так мало? — Сердар не менялся, ему даже разочарования в голосе скрыть не удалось, правда, он и не стремился.

Дефне стало совершенно очевидно, что он рассчитывал на деньги от сорванной поездки и планировал их использовать на покупку лекарств, она и без намёков сама сделала бы это, но такая позиция брата обидела. Девушка удивилась тому, что Нихан ничего не сказала о случившемся, пусть не часто, но они перезванивались, и хотя она говорила с ней два дня назад, подруга и словом не обмолвилась о состоянии Тюркан. Поступить так она могла только в одном случае.

— Ты запретил Нихан говорить мне о болезни бабушки? — брат молчал, однако она и не нуждалась в подтверждении своей догадки.

— Да… Её это не касается, я сам планировал поставить тебя в известность. К тому же мы знали, когда заканчивается твоя учеба, раньше этого срока ты всё равно не смогла бы выехать, так что смысла не имело тебе об этом говорить, да и бабушка ни за что не соглашалась, чтобы ты прервала свои каникулы и вернулась домой.

Обижаться было не на что, поступки Сердара казались вполне логичными, вот только ей совсем не нравилось его отношение к Нихан.

— Нихан не твоя собственность и не наша родственница, а ты обращаешься с ней бесцеремонно. Вменяешь ей в обязанность ухаживать за бабушкой, запрещаешь говорить мне важные новости. Женись сначала и командуй, если жена тебе позволит. — Дефне догадывалась, что брат всё-таки знал о чувствах её подруги к нему, тем более после того, как ему об этом прямым текстом сказала Пчёлка, и полагала, что он начал ими злоупотреблять.

— Не начинай. — коротко ответил Сердар. — Я её ни к чему не принуждал, она сама вызвалась.