Чтение онлайн

И, чтобы уж совсем не осталось сомнения в его дерзости, поэт заверяет:

Осталось напомнить, что строки эти написаны двести лет назад, когда русская поэзия делала первые уверенные шаги.

Стихотворение было тотчас изъято из журнала, а после французских событий 1793 года приобрело зловещий для власти оттенок. А ведь поэт и не помышлял об уничтожении монархии! Но врождённое чувство достоинства, неприятие неправды в любом виде сделали своё.

Кто знает, как бы сложилась его жизнь дальше, но через три года Державин пишет оду «Фелица», посвящённую Екатерине Второй, и входит, что называется, в милость. Хотя целью его отнюдь не было петь дифирамбы царице. Державин хотел показать, каким должен быть монарх, причём «высокий» стиль здесь то и дело сменяется «низким», приближенным к будничным картинам жизни:

Однако многое в окружающей его действительности Державин не хотел принимать, не мог и молчать, и потому всё чаще его стихи наполняли намеки, иносказания, понятные современникам, но для будущих поколений они могли превратиться в ребусы. И не случайно близкие ему литераторы советовали издать примечания к своим произведениям. Гаврила Романович соглашался с этим и так объяснял свою манеру стихосложения: «Будучи поэт по вдохновению, я должен был говорить правду; политик или царедворец по служению моему при дворе, я принужден был закрывать истину иносказанием и намеками, из чего само по себе вышло, что в некоторых моих произведениях и поныне многие, что читают, того не понимают совершенно…»

Зато были и такие стихи, что дух захватывает при чтении от фантастической ясности и поэтической высоты. Речь идёт о стихотворении «Бог»:

Надо сказать, что диапазон его творчества был очень широк. К примеру, он написал либретто несколько опер и, хотя так и не дождался их постановки, но проложил дорогу другим, более успешным, например, Ивану Крылову («Илья-богатырь»). По иронии судьбы Державин ставил в своём творчестве на первое место именно драматургические произведения, а стихи считал – так, забавой.

Однако потомки рассудили иначе. Многие читатели с доброй улыбкой вспоминают его стихотворение «Евгению. Жизнь Званская», где поэт с упоительной радостью рассказывает о своём досуге в собственном имении «Званка». Стихи эти посвящались новому приятелю Державина – ученому монаху и литератору Евгению Болховитинову.

Какая откровенно-доверительная интонация, какие оттенки цветов, запахов, самого восторженного чувства! И далее в том же духе – о других удовольствиях и красотах деревенского досуга… Да это уже ода радости жизни – среди природы, среди близких людей, друзей-единомышленников, которые, зная великодушный характер хозяина, любили его навещать. Ничего не скажешь, за несколько лет до отставки по службе Гавриил Романович обеспечил себе очень неплохие «тылы». А если серьёзно, то и делал ощутимые шаги в развитии стихотворного языка.

В то же время Державин остро реагировал на главные события в стране. Когда Россия уже воевала с Наполеоном, Гаврила Романович создал целое представление «Пожарский, или Освобождение Москвы», в котором явлено его горячее чувство патриотизма.

Но вернёмся к биографии Державина, по-своему не менее красноречивой.

Вскоре после представления царице он становится губернатором в Олонецком крае, ныне Карелии. Неспокойная натура поэта, жаждущая правды, скоро отмечает злоупотребления властью наместника Тутолмина и входит с ним в конфликт. Тем же, по сути, кончилось и его «правление» в Тамбове. Щепетильность губернатора в делах, его неподкупность быстро окружали его недоброжелателями. Не желая терять своего «певца», Екатерина отзывает Державина в Петербург и назначает своим личным секретарём.

Г.Р. Державин.

Художник В.Л. Боровиковский

Однако даже за короткий срок поэт успел, к примеру, в Тамбове открыть народное училище, учредить типографию. Но горько было ему убеждаться, что законы не исполняются, что один он не в силах что-либо переменить. В Олонце «обнаружилось не токмо наглое своевольство и отступление наместника от законов, но сумасбродство и нелепица»…

А что уж говорить о Петербурге! И тут не смог он лицедействовать при дворце. Пришлось Екатерине освободиться от поэта. А он уже и не хотел воспевать тронных особ. Истинных героев нашёл Державин в лице Румянцева, Суворова и Потёмкина – доблестных русских полководцев. Для прославления их подвигов не скупится поэт на звонкий, яркий слог, не скрывает восхищения ратными их делами.

Однако слава поэта не давала покоя и взошедшему на престол Александру Первому, который в 1802 году назначил Державина министром юстиции. Но и тому не пришлась по вкусу независимость поэта, смелость в суждениях. И слава богу. Наконец-то, выйдя в отставку, Гаврила Романович полностью отдаётся литературе. Вскоре появляется в печати его сборник «Анакреонтические песни», ставший явлением в русской поэзии. «По любви к отечественному слову желал я показать его изобилие, гибкость, лёгкость и вообще способность к выражению самых нежнейших чувствований, каковые в других языках едва ли находятся». И, надо сказать, с задачей он справился блестяще, проложив дорогу Жуковскому и Пушкину. Сколько гармонии чувства и слова, к примеру, в стихотворении «Русские девушки»!

Александр Сергеевич Пушкин, в свою очередь рассказывая о первой встрече с Державиным на экзамене, заметил: «Я не в силах описать состояния души моей: когда дошел я до стиха, где упоминаю имя Державина, голос мой отроческий зазвенел, а сердце забилось с упоительным восторгом…» А как иначе, ведь сама фамилия – Державин – была частью его службы Отечеству и огромной любви к родной державе.

Надо сказать, что и в семейной жизни поэт проявил себя более чем достойно.

С точки зрения стабильности семьи (был женат дважды по воле судьбы), наш герой – примерный семьянин, хотя, учитывая его далеко не спокойный характер, видимо, заслугу эту надо разделить и с его спутницами жизни.

Первая жена Державина, Екатерина Яковлевна, дочь бывшего камердинера Петра III португальца Бастидона, была очень красивой и верной женой до своих 33 лет, когда скончалась от болезни.