Чтение онлайн

Матвей поднимает ребёнка, и они, шепчась о чём-то, уходят в сторону кухни. Я остаюсь в центре комнаты. Плачу и смотрю на эту мужскую идиллию. За собственными проблемами даже не заметила, как сильно Марк нуждается в отце. И как сильно он привязался к Гризли.

— Маркуша? — кричит из детской баба Вера, выводя меня из ступора. Выходит к нам и, всплеснув руками, головой качает: — Уснула, а он через меня перелез.

— Да, он так делает, — хихикаю я. — Вы отдыхайте, я его сама уложу.

— Ох, какой аромат стоит. А цветы какие красивые. Вот умеют же некоторые мужчины, не то что мой покойный муж. Принесёт три несчастных ириса и светится как начищенный самовар. Подвиг совершил — с огорода цветы сорвал, — беззлобно ворчит женщина, направляясь к дивану.

С улыбкой слушаю её и раскладываю диван. Тайсона выгоняю, освобождая место.

У Викинга нет такого количества ваз. Поэтому временно все букеты складываю в ведра и в ванну. Марк расставаться с Матвеем не хочет, поэтому тот предлагает сам его уложить, а мне даёт возможность отдохнуть.

Перецеловав моих мужчин, ухожу в спальню. Снимаю платье и, покопавшись в чемодане, достаю шелковое ажурное бельё жемчужного цвета. Остатки былой роскоши.

Из душа выхожу, облачившись в эту красоту. Матвей стоит вполоборота возле шкафа, вешает костюм на вешалку и расстёгивает рубашку.

Услышав, оборачивается и с жадностью разглядывает моё тело, закованное в бельё.

— Мы, кажется, из графика выбились, — лепечу, кусая нижнюю губу.

— Сейчас исправим этот недочёт, — шагает ко мне Гризли. — Заменим «выпороть» на «зацеловать».

— Бабушка, мы пришли! — кричит сын, выпрыгивая из машины.

— Ну, наконец-то! Мы вас ждали с самого утра, — всплеснув руками, на крыльцо выходит моя мама. Ловит Марка в свои объятья и целует в макушку. — Саша! Дети приехали, бросай свою дрель.

— А что вы строите? — хмурится ребенок.

— Твоему деду дай только что-то посверлить. Мы поэтому в частный дом переехали, соседи не выдержали нашего вечного ремонта, — хмыкает мама, отпуская Марка.

Помогаю жене выбраться из машины. Таня с тёплой улыбкой наблюдает за взаимодействием сына и животик беременный наглаживает. Мы на седьмом месяце, готовимся к встрече с ещё одним сыном. Особенно сильно готовится к появлению братика Марк.

— Иди в дом, — уворачиваюсь от рук жены.

— Давай хотя бы Чипсика возьму, — предлагает, активно протискиваясь в салон.

— Он не Чипсик, а Мейвезер, — усмехаюсь и пристёгиваю поводок к щенку.

— Я не выговорю эту кличку, — хихикает Зеленоглазка, забирая поводок.

Щенок вертится у наших ног, подпрыгивает, хвостом виляет. Узрев маленького хозяина, бежит к Марку. Таня за ним уходит.

— Чего вы так долго? — слышу ворчание отца.

— Соня капризничала, — сдаёт сестрёнку ребенок.

Усмехаюсь и, отстегнув ремни, поднимаю заснувшую малышку. Она морщит курносый носик, но не просыпается. Устраиваю её на руке и, перехватив переноску с Тайсоном, иду к родным.

— Как добрались? Как там Медведев-младший? — басит отец, обнимая мою жену.

— Всё хорошо, пинается во всю, — отвечает Зеленоглазка. — Соня приболела немного, поэтому задержались.

Отдаю в руки папы спящего ребёнка, выпускаю Тайсона и возвращаюсь к машине. Выгружаю остальные вещи. Ко мне бежит Марк, помогает.

— Пап, а когда мы на речку пойдём? — спрашивает сын, раскладывая свой самокат.

— Сначала пообедаем и сразу же пойдём. Мы вроде брали твои нарукавники. Надо у мамы спросить, — вешаю на предплечье розовый с блёстками рюкзачок дочери и закрываю, наконец. машину.

— Я без них буду, — семенит за мной Марк. — Я ведь уже взрослый. А нарукавники пусть Соня носит.

— Нет, на речке опасно, лучше не рисковать. Вот покажешь, как ты плаваешь, тогда будешь без страховки, — качаю головой, пропуская ребенка вперёд.

Марк не расстраивается. Быстро разувается и, отложив вещи, бежит к взрослым.

— Пап! Пап! Пап! — подпрыгивает проснувшаяся двухлетка, стоит мне зайти в столовую.

— Садитесь скорее, уже всё остыло, — сетует мама, подставляя щёку для поцелуя.

Мы располагаемся за большим столом. Соня тут же перебирается ко мне на колени. Марк увлечённо рассказывает деду про планеты и звёзды. С недавних пор он увлёкся астрономией. Любит перечислять все планеты и их спутники.

Таня с мамой на одной волне. С улыбкой рассказывает последние новости. Внимательно слушает, хихикает и бросает влюблённые взгляды. Ведьма моя.

Четыре года прошло, а она всё также смотрит на меня. С нежностью, теплотой и любовью. Всё также безоговорочно и искренне вверяет себя в мои руки. Не знаю, за какие заслуги я получил эту женщину, но, чёрт возьми, она — лучшее, что есть в моей жизни. Она и наши дети.

Марку уже девять. Он вытянулся, набрал массы, а то худой был совсем. В третьем классе учится, на бокс ходит и на шахматы. Вот такой он у нас разносторонний.

Соне совсем недавно два года исполнилось. Моя принцесса взяла всё лучше от нас. Рыженькая зеленоглазая прелесть. Будущая ведьмочка.

— Я наелся, пошли купаться! — активизируется сын.

— Бери плавки и полотенце, — встаёт батя.

— И нарукавники обязательно, — подсказывает Таня. — Они в боковом кармашке, Марк.

— Хорошо, хорошо. Пап, ты скоро? — подпрыгивает мальчишка.

— Я вас догоню.

Ребенок уходит с дедом. Я с женской компанией остаюсь. Слушаю вполуха разговоры, Соне помогаю поесть. Она у нас привереда, мясо не ест, да и овощи некоторые откладывает. Точнее, мне скармливает.

— Как мама, Танюш? — меняет тему родительница.

— Не знаю, — пожимает плечами Зеленоглазка. — Вот в последний раз Матвей помог с операцией, палату и реабилитацию оплатил. В ответ мы выслушали очередные гадости. И я решила, что с меня хватит. Надо было ещё в день нашей свадьбы точку поставить и больше не общаться. Отчего-то тянула, всё надеялась, что она увидит и поймёт. У меня есть вы, мам. Мне этого достаточно.

Да, в день нашей свадьбы, довольно скромной и тихой, тёща решила опозорить Таню. И только себя выставила в ужасном свете. Мои друзья очень оперативно вывели семейство из зала. Я посчитал, жена больше не будет с ними общаться, но нет, Таня всё твердила, что, какой бы ни была, она её мама. Её крест и прочая вбитая в её правильную голову мораль. Я не отговаривал, да и общались мы не так часто. Раз в пару месяцев. Ездили и то реже. А полгода назад сестрёнка жены позвонила: мама упала, сломала шейку бедра.