Чтение онлайн

– Вы что-нибудь нашли в его портфеле? – вежливо спросил Горский.

Баба Надя хотела было разразиться возмущенной тирадой, но осеклась под его взглядом, прытко сбегала в свою комнату и принесла браслет, изъятый у «следователя». Она гордо представила трофей на всеобщее обозрение:

– Вот, полюбуйтесь! Я не дам себе в кашу наплевать!

– Позвольте… – Горский взял у нее браслет и поднес к свету. – Потрясающе.

Браслет был теплым на ощупь, как флорентийский медальон. На обратной стороне его виднелся Знак, а чуть ниже латинскими буквами было выбито: E L I N A.

Элина побледнела. Она не сводила глаз с браслета.

– Это мое… – сказала девушка и протянула руку.

Все повернулись в ее сторону.

– Откуда у ворюги твой браслет? – ехидно поинтересовалась баба Надя. – Может, вы с ним заодно? Ты ему про иконы рассказала, а он обещал с тобой поделиться?

– Это мой браслет, – радостно повторила Элина, не обращая никакого внимания на слова бабы Нади. – Он нашелся! Как я сразу не догадалась?

Позвали Никиту.

– Смотри. – Сергей показал ему браслет. – Знак, точно как на моей подвеске, – квадрат, круг и вписанный в него треугольник…

Перед сном Никита постучался в комнату Элины.

Девушка сидела у окна, глядя в темноту. На ее столике лежала незаконченная вышивка, разноцветные шелковые нитки…

– Завтра полнолуние, – сказала она, не удивляясь визиту гостя. – Я знала, что ты придешь. Ты думал об этом за столом.

– Правда, – подтвердил он. – Умеешь читать мысли?

– Иногда…

– Почему ты грустишь? – спросил он, садясь на сундук, покрытый домотканым ковриком. – Тебя что-то тревожит?

Элина дотронулась до браслета на запястье.

– Какой он теплый… Я думала, что он не вернется ко мне. – Она вздохнула. – Мне снятся печальные сны: легкий белый туман, который стелется над водами… За этим туманом – таинственная земля Аваллон… Там, в вечнозеленых садах, растут волшебные яблоки, а в хрустальных дворцах не смолкают переливы арф. Там всегда весна и люди молоды и счастливы…

– Туда уплыла ладья с раненым королем Артуром…

– Откуда ты знаешь?

– Многим известна легенда о короле Артуре, рыцарях Круглого стола, великом Мерлине и острове блаженных Аваллоне…

– Мне это близко, – призналась девушка. – Не знаю почему…

– Браслет оттуда, из тех времен?

– Мне кажется, что да…

Элина замолчала. Язычок свечи на подоконнике отражался в стеклах, за которыми чернела зимняя ночь.

– Валерия ревнует тебя ко мне, – вдруг сказала она. – Сильно ревнует. Я чувствую ее мысли… Иди к ней.

Никита подумал, что ослышался. Валерия и ревность? Несовместимо.

– И ты не веришь!.. – Элина грустно улыбнулась. – Она сама скажет тебе об этом, тогда ты убедишься, что я права…

– Валерия? – Горский подошел к двери и тихонько постучал. – Можно войти?

– Входи.

Она не вытирала слез, которые текли по ее щекам. Шторы были плотно задернуты. В комнате пахло сладкими духами и можжевельником, которым баба Надя накануне окуривала дом.

Валерия, в светлом пушистом свитере и лосинах, сидела на кровати, поджав ноги.

– Печи натоплены, а я мерзну, – пожаловалась она. – Присаживайся…

Горский осторожно сел на стул у комода. Он волновался перед экспериментом, который они с Никитой назначили на сегодняшнюю ночь полнолуния. Встреча с Лидой получилась не такой, как он представлял себе. Между ними возникли взаимные подозрения и невысказанные упреки. Лиде хотелось, чтобы Сергей говорил о том, как тосковал по ней… Он же воображал иное – как Лида, сияя от любви и счастья, кинется к нему на шею, обнимет, как они убегут от всех в укромный уголок и будут целоваться… Ничего такого не произошло. Ночью они спали в одной постели как чужие, повернувшись в разные стороны. Собственно, можно ли назвать сном ту тревожную дремоту, в которую они время от времени погружались?..

– А где Никита? – недовольным тоном спросила Валерия. – Куда он побежал? Успокаивать страждущих?

Сергей не понял, что она имеет в виду, но уловил ее раздражение. У них с Никитой тоже разлад.

– Страждущих? Бабу Надю, что ли? – улыбнулся он. – Так она в утешениях не нуждается. Давным-давно крепко спит.

– Не вижу повода для веселья! Вот и Никита улыбается, а я чувствую его притворство… Он больше не любит меня. Осталась только страсть, жажда ласк! Это не то, что я всегда хотела… Совсем не то… Я болею, а мужчины этого не любят. Им нужны здоровые, веселые и энергичные спутницы жизни, которые вкусно готовят и с удовольствием рожают детей.

– Я думаю…

– И ты такой же! – перебила его Валерия. – Небось во Франции о Лиде не вспоминал…

– Вспоминал, – возразил Горский, понимая, что с женщинами спорить бесполезно.

Их нужно выслушивать, целовать и извиняться. Виноват не виноват – какая разница? Женщины не ищут логики, они ищут бесконечных подтверждений любви…

Валерия говорила не с ним, а сама с собой или с Никитой. Возможно, она изливала свое тоскливое недовольство кому-то невидимому. Тому, кто не спорит, не возражает, не доказывает, а просто слушает…

– Он, наверное, побежал к Элине! – выпалила Валерия. – Она же такая несчастная… Обожаю несчастных женщин! С ними все возятся, им все сочувствуют…

В ее голосе звучал неприкрытый сарказм, и Горский вдруг понял, что Валерия просто ревнует. Элина отвлекала внимание Никиты, которое должно принадлежать только Валерии. Наверное, и Лида злится на него именно поэтому. Не из-за Лили и каких-то выдуманных ею самой девиц, с которыми Сергей якобы проводил время. А из-за Франции, из-за поездки. Из-за всего, что отнимает у нее мужчину, который должен быть с ней.

– Спасибо. – Горский вскочил, обнял Валерию и поцеловал ее в мокрую от слез щеку. – Ты чудо! Теперь мне все ясно!

– Что? Что тебе ясно?

Валерия с недоумением посмотрела вслед Сергею, который поспешно выскочил из комнаты. Выражение лица у него было такое, будто он только что открыл закон земного притяжения. Мужчины как дети…

…Я называю Имена Духов Тьмы – одно за другим! Пусть время остановится, а Древо Жизни покроется огненными цветами. От начала и до конца я хочу увидеть все, что было, есть и будет. Увидеть Великий Замысел… смысл за пределами смысла…

Пусть все четыре Стороны Света придут мне на помощь!

Облаченная в черное фигура склонилась над огромной чашей, полной воды, пристально всматриваясь в ее поверхность…

– Я разрываю Круг Вечности на четыре части. Делю неделимое… – прошептала фигура, поднимая вверх зеленую свечу. – Запад! – провозгласила она. – Пусть мое священное место родится в водах Запада! Ундины [8] , русалки и все водные создания, придите ко мне!