Чтение онлайн

Мы с Йоханом не контактировали пару месяцев, даже после того, как он вернулся в Паттайю. Он созвонился с Дейвом, чтобы найти меня; он искал меня во всех гоугоу и барах города. Дейв знал, что в этот момент я была с Джоном и хотела остаться с ним, поэтому он сказал Йохану, что не знает, где бы я могла находиться. Однажды я увидела Йохана на Сои Буакхау, но мы не пересеклись. Мне было стыдно, что я так долго не звонила ему. Я попросила Саи сказать ему, что скучаю по нему и хочу узнать, где он поселился. Я была в затруднении и не знала, что ему сказать. Я знала, что Йохан планировал быть в Паттайе около 2 месяцев, и решила сделать ему сюрприз. Он был очень рад видеть меня, и мы решили оставаться вместе до тех пор, пока он не вернется в Швецию. Он попросил приехать в Швецию на каникулы. Я сказала ему, что подумаю о его предложении.

Через некоторое время после отъезда Йохана, я познакомилась с Йюргеном. Мы провели вместе две недели; все было просто замечательно. Когда Йюрген приехал во второй раз в Паттайю, он сказал, что я могла бы зарабатывать очень хорошие деньги в его стране и что он смог бы устроить меня на работу в Германии. Он пообещал жениться на мне, если я вернусь с ним в Кельн. В Таиланде у меня не было особых планов, поэтому я согласилась. Я быстро приняла решение: Германия будет моим следующим домом. Йюрген заполнил документы на визу в немецком посольстве в Бангкоке.

Когда пришло время ехать в посольство, Дейв помог мне заполнить все документы. Это было намного сложнее, чем я ожидала. Мы сели на 6-часовой утренний автобус из Паттайи, чтобы приехать пораньше, но когда мы прибыли, уже была очередь, и нам пришлось ждать, стоя. Чтобы дойти до «красной линии», у нас ушел целый день. После нескольких часов в очереди, мы должны были уступить свое место, потому что у нас не было копии одной из форм. Было бы намного быстрее, если бы они сами сделали эту копию для нас, и я ждала именно этого, после любезных швейцаров. Но они отказали. Пришлось Дейву выйти из посольства и бежать в один из магазинов, чтобы сделать копию. Когда он вернулся, мы взяли новый номерок и начали снова. И только к концу дня мы сумели завершить этот нудный и выводящий из себя процесс.

Сначала мы поели, чтобы к нам вернулись силы, а затем мы отправились домой. Дорога заняла у нас два с половиной часа. К моему удивлению, Дейв заплатил за ланч. Он был взбешен из-за того, что подача документов заняла целый день, и что между работниками посольства нет сотрудничества. А мне, на самом деле, было все равно, так как я тратила деньги Пюргена. Беспокойство по поводу оформления бумаг поубавилось, и теперь я могла спокойно еще поработать в Паттайе. Я много думала о том, какой будет жизнь в Германии. На следующий день я позвонила Пюргену (за его деньги), чтобы сообщить, что все требуемые документы я предоставила в посольство в Бангкоке. Он был взволнован. Было понятно, почему он испытывал такую радость. На визу требовалось две недели. Когда это свершилось, я смогла расслабиться. Я опять ехала в Европу. Я знала, что эта поездка будет намного счастливее, чем мой первый опыт.

Заново нужно было покупать билет и готовиться уехать из Таиланда. У меня была 15-летняя сестра, которая опять должна была поехать в Убон. И также, как и в первый раз, она не хотела покидать Паттайю, тайский ответ Лас Вегасу, Голливуду, Новому Орлеану и Атлантик Сити. Саи была непреклонна, она хотела остаться в Паттайе со своими друзьями. Я боялась, что она может сбежать и начать жить своей собственной жизнью. Она дважды устраивалась на работу: первый раз в торговый центр операционистом на фотопринтере, второй раз в ночной ресторан рядом с домом официанткой. Свой доход она использовала, как карманные деньги. Я всегда заботилась обо всех счетах. Я беспокоилась, что она сбежит и захочет жить моей жизнью: спать с туристами за деньги. Я бы все отдала в своей жизни, чтобы быть уверенной, что она никогда не будет жить МОЕЙ жизнью. Это внушало мне самый большой страх и было темой моих периодических ночных кошмаров.

Саи отказалась возвращаться в Убон, предпочитая работать официанткой и остаться жить в квартире с одной из своих подружек. Я боялась, что она может сменить профессию. На нормальной работе в Таиланде зарабатываешь так мало денег, а работодатели известны своей жестокостью и несправедливостью. Именно из-за этого многие тайцы предпочитают работать на иностранных компаниях, горничные выбирают хозяев-иностранцев, а проститутки спят охотнее с фарангами. Мне было страшно, что вскоре она не захочет так усердно работать за такую маленькую зарплату. Мне было страшно, что она начнет заниматься моим ремеслом и зарабатывать хорошие деньги на туристах. Но я чувствовала, что должна переехать в Германию и покинуть Паттайю… одна.

Саи строит свои песочные замки на пляже Паттайи. Ей 14 лет.

Эти годы прошли быстро. Мои дни рождения от 14 до 19 лет, казалось, пролетели как один миг; я с трудом вспоминаю эти годы. Это было «одно большое пятно». Меня не было ночью дома, а по ночам я часто не видела ничего кроме закатов и рассветов. В Патпонге постоянное мерцание ослепляющих стробоскопических огней, рев компьютерной музыки опустошали меня: я терялась в вакууме их шума. Пять лет я жила как сова, редко видя солнечный свет. Моя жизнь не отличалась от жизни большинства танцовщиц, за исключением начала моей карьеры: тогда я была очень юной. Я взрослела и становилась эмоционально и психологически более зрелой и общалась с легкостью с другими танцовщицами. Я становилась уверенней в себе, когда знакомилась с мужчинами и не расстраивалась, если мне отказывали. Я видела, как другие 14-летние девушки со страхом втягивались в этот бизнес и вылетали из него.

Я надеялась, что ежемесячный перевод денег Саи из Германии убережет ее от моей профессии. Я надеялась на лучшее, когда собралась уезжать. Еще раз я прочитала мою последнюю молитву в аэропорту Таиланда. Я всегда буду думать, что моление в Таиланде отличается от моления в стране фарангов. У нас другие духи в нашем мире. Я не думаю, что духи услышат меня из Германии или ответят на мои просьбы. Я воспользовалась моим последним шансом, пока я была поблизости. Когда я летала в Швейцарию, я молилась за своего отца.

Наконец, я приехала в Германию. Снова я проделала длинный путь из дома. Я была здесь только по одной причине — зарабатывать деньги. Я была всегда честна с Йюргеном, с самого начала, я никогда не вводила его в заблуждение. Он хотел, чтобы я там работала и зарабатывала деньги. Мы полностью это согласовали. Я работала в массажном салоне в Германии и зарабатывала много денег, потому что мужчины думали, что я намного моложе своих лет. Именно из-за этого они покупали мои услуги. Я говорила им, что мне 16, тогда как мне было на самом деле 19. Поверив однажды, что мне 16 лет, они уже не смотрели на других женщин. Мы с Йюргеном делили мой доход пополам, и из его доли оплачивались аренда квартиры, коммунальные услуги, еда. Об этом мы договорились с Йюргеном на словах.

Наше непонимание возникло, когда я узнала, что Йюрген надеялся спать со мной за «просто так». Кроме секса с мужчинами из массажного салона и дележа моего дохода, он ожидал еще сексуальные услуги. Я готова была делить деньги 50/50, потому что в Германии я зарабатывала в пять раз больше, чем в Паттайе. Также у меня не было никаких финансовых обязательств не перед кем, кроме своей семьи. Но если он хотел секса со мной, он должен был платить. Еще раз: «секс не бывает бесплатным». Секс был единственным способом зарабатывания денег. У нас был серьезный конфликт, требующий незамедлительного решения.