Чтение онлайн

Подобная тактика скоро возымела действие, и натиск противника заметно стал ослабевать и вскорости совсем прекратился. В его рядах возникла паника и ужас. По-видимому, в планы нападавших не входила подобная "дружеская" встреча, и оказанный им прием поверг их в шок. Ко всему прочему, проводимые испытания тактических ракет, наконец-то, стали давать положительные результаты. Ракеты перестали улетать за горы и крушить ни кому не нужные горные породы, а стали заниматься своим непосредственным делом - поражать живую силу противника. Пять или шесть попаданий, в самую гущу атакующих решили исход сражения, уменьшив численность в несколько раз. Когда рассеялся дым, и улеглась поднятая мощными взрывами пыль, а с неба перестали сыпаться перья, лемзяне увидели бегущих в панике с места сражения оставшихся в живых исчадий Ада. Взревели надрывно моторы, и пробуксовывая в размокшей от крови земле и объезжая особенно большие кучи трупов, танки и самоходные артиллерийские установки устремились вслед за убегающим противником, без устали ведя по ним огонь. Настигая и безжалостно утюжа гусеницами раненых тварей, бронетехника в считанные минуты рассеяла остатки бывшей когда-то грозной армии преисподней, по соседним горам расстреляв к этому времени весь свой боезапас.

К этому времени Армия Сопротивления приобрела и полное господство в воздухе. Помимо того, что зенитная артиллерия своим огнем уничтожила основную часть противника, к моему удивлению, в воздух поднялось свыше десятка боевых вертолетов, и, осваивая в боевых условиях технику пилотажа, вертолетчики довершили разгром летающей нечисти. Практически все гигантские птицы, представляющие собой благодаря своим размерам и неповоротливостью прекрасные мишени, были уничтожены. В некоторой степени повезло бербалангам. Многие их них, выкручивая замысловатые виражи, удалось затеряться среди гор и ущелий. Но они уже не представляли никакой опасности, и поэтому в целях экономии топлива и боеприпасов было решено оставить их в покое.

За ходом сражения вся наша кампания наблюдала с крыши двухэтажного дома, принадлежащего Клою, на которой бойцы сопротивления соорудили небольшую деревянную вышку для наблюдения. Несмотря на наши горячие просьбы поучаствовать в сражении и немного пострелять нас, как малых котят, без лишних разговоров привезли к Клою, всунули каждому в руки по полевому биноклю и, указав на торчащую домом вышку, кратко объяснили, что если мы тихо будем здесь сидеть, то тем самым окажем им неоценимую услугу. А дабы мы не измыслили куда-нибудь убежать отсюда, поставили вокруг дома плотное кольцо охраны.

Да мы собственно никуда и не собирались убегать, нам и здесь было не плохо. Жорж высказал мысль, что неплохо бы, пользуясь благоприятной международной обстановкой, вздремнуть часок другой, и растянулся на диване в одной из комнат. Мы с Березкой, взобравшись на наспех сколоченную вышку, в бинокли следили за исходом сражения, иногда обмениваясь репликами и замечаниями по поводу увиденного. Майкл тоже решил не терять времени даром, а использовать его с пользой для дела. Когда-то еще очень давно, в те безмятежные и счастливые времена, когда мы жили в Захмыреновске, Майкл где-то приобрел, как он сказал за бешеные деньги, шикарный трехтомник "Основы самогоноварения. Рецепты народной мудрости". Эта книга была второй, которую он прочел после букваря, и, по всей видимости, последней в его оставшейся жизни. Она стала для него словно Библия для фанатика их христианской ортодоксальной секты. Он читал ее день и ночь и, в конечном итоге, выучил чуть ли не наизусть. Готов поспорить, что любой из римских пап знал Библию намного хуже, чем Майкл эту книгу.

Сейчас же наш друг решил испробовать один рецепт скоростного изготовления самогона.

– Для этого нам понадобится стиральная машина. Самая обычная стиральная машинка. Интересно есть ли она у них?
– размышлял он, прохаживаясь по комнате.

– Что ты задумал?
– Раздался из соседней комнаты голос Жоржа.

– Пока не скажу, а то сглазишь. Я сейчас, - хлопнула дверь, и Майкл исчез.

Примерно через полчаса меня отвлек от наблюдения за ходом сражения какой-то шум внизу. Глянув вниз, я увидел гордо вышагивающего по двору Майкла с каким-то тазиком на плече и нескольких охранников, груженных полными мешками.

– Сейчас вы станете свидетелями уникального научного эксперимента, важно заявил Майкл.
– За этот научный эксперимент меня наградят, по меньшей мере, тремя Нобелевскими премиями, а когда я перейду в мир иной, тело мое мумифицируют и возложат в мраморном мавзолее, дабы благодарные потомки смогли прийти и выразить свою благодарность за это историческое открытие.

Не нужно было обладать уж очень большой проницательностью, дабы догадаться, в чем будет заключаться упомянутое Майклом научное открытие.

– Желаю удачи!
– крикнул я ему и помахал рукой.
– Как только эксперимент даст первые, практические результаты не забудь позвать меня, я с удовольствием испытаю их на себе. У меня сегодня подходящее для этого настроение.

– О чем речь, дружище!
– Майкл не заметил ступеньки крыльца, и с веселым металлическим грохотом тазик покатился по ступенькам.

Дальше все произошло как на скоростной автостраде, когда столкновение двух машин порождает цепную реакцию и через несколько секунд автострада оказывается перегороженной огромной дымящейся кучей, состоящей из нескольких десятков разбитых в пух и прах автомобилей.

Идущий вслед за Майклом охранник вовремя не разглядел опасность и вместе с мешком рухнул на него, оглашая окрестности весьма нелицеприятными выражениями. Аналогичным образом поступили и остальные "научные сотрудники", груженные "научной аппаратурой". Несколько мешков порвались, и на землю посыпался белый порошок.

– Поздравляю с хорошим началом эксперимента!
– крикнул я Майклу, когда тот, наконец, вылез из кучи мала.
– Приятно видеть, когда дело спорится.

Мое воспитание и некоторые неписаные этические ограничения литературного творчества не позволят мне дословно привести на страницах данного повествования всю пространную речь Майкла, изобилующую "научными" терминами и понятиями. К тому же, вполне возможно, мой роман будут читать дети, еще не достигшие совершеннолетия. Зачем же так рано приобщать подрастающее поколение к реалиям жизни?

– Что они собираются делать?
– спросила меня густо покрасневшая Березка. К сожалению, она стала невольным слушателем "научного доклада" Майкла о плачевном нынешнем состоянии научной базы и перспективах ее дальнейшего развития.

Я прижал ее головку к груди и поцеловал в темечко.

– Не обращай внимания. Майкл собрался приобщать лемзян к научно-техническому прогрессу и культуре. А это процесс очень трудный и требует большого напряжения умственных и физических сил. Поэтому вполне закономерно, что он несколько волнуется.

– А - а - а...
– протянула она.

Когда сражение подходило к концу и уже не оставалось сомнений в исходе битвы, я стал подозревать, что предпринятый Майклом эксперимент удался и, кроме того, успешно развивался. Откуда я это узнал? Ну, во-первых, цепь охранников вокруг дома стала редеть и, в конечном счете, растаяла совсем. Во-вторых, количество спящих беспробудным сном охранников под раскидистой яблоней у крыльца пропорционально увеличивалось, по-видимому, практические результаты научного эксперимента несколько их шокировали и выбили из привычного ритма жизни. И, в-третьих, коснулся моих ноздрей и распространился по всей округе специфический запах, недвусмысленно говоря каждому знакомому с правдой жизни человеку о том, что где-то недалеко творится великое таинство жизни.

– Чем это пахнет?
– поводя из стороны в сторону курносым носиком, поинтересовалась Березка.

– Самогоном!
– пряча в футляр бинокль, с гордостью за Майкла сказал я.

– Самогоном?

– Это напиток богов!

– Значит, Майкл - Бог, раз он пьет этот самогон?

Я некоторое время в задумчивости смотрел на нее.

– Выходит Бог. Я как-то раньше до этого не додумался. Ну, хватит прохлаждаться, пойдем, посмотрим, как там внизу обстоят дела.

Дела внизу обстояли весьма недурно. Надрывно гудело несколько старых, ржавых стиральных машин, вращая серую, с резким противным запахом массу. Тонкими струйками лилась в стеклянные емкости мутноватая жидкость. Несколько бутылей уже стояли полными, с них наливали и, морщась, пробовали содержимое охранники, делясь меж собою впечатлениями. Вдоль стен стояли полные и начатые мешки с сахаром, тем же сахаром был обильно посыпан пол. А между всем этим богатством чуть шатающейся походкой курсировал руководитель научной лаборатории - Майкл и, дегустируя все, что только можно увлеченно читал лекцию.
– В данном случае мы имеем совершенно уникальный способ скоростной выгонки самогона. Никакой другой способ не гарантирует вам подобных результатов. Весь цикл, от исходного сырья до конечного продукта, занимает примерно три-четыре часа. Но, выигрывая в скорости, мы, к великому сожалению, проигрываем в качестве, но могут ли переживать по этому поводу настоящие парни? Конечно, продукт получается немного мутным и несколько проигрывает по крепости. Но это обстоятельство, повторю еще раз, не должно пугать любого уважающего себя мужчину. Вот как, например, меня!
– Майкл налил себе полный стакан еще теплого напитка и без лишних слов выпил его одним махом. Издав удовлетворенное "кряк" и втянув воздух, он продолжил: