Чтение онлайн

– Зачем ты пришел? – дрожащим голосом спросила Галя.

– Я прочитал блокнот, и стало жалко девочку, – тихо ответил Борис Валентинович. – Покойный написал, дочку выгонят за ворота без него, а это верная смерть. У нас убежище, есть тепло и еда. Девушка, которая присмотрит за Дашей. Подскажет, научит, у нее будет новая семья.

– Жалко? – взревела Галина, обернувшись. – А моего сына тебе не жалко? Эти нелюди избили Димку и вышвырнули на мороз за то, чего он не делал. Этот гад стоял и поддакивал. Вместе со всеми бил и судил невиновного.

– И твоего сына мне жаль, – стараясь не повышать тон, произнес Борис. – Но ничего поделать уже нельзя. Даша не виновата в том, что сделал ее отец. Знаешь, я тоже потерял и дочку, и жену. Кому как не мне тебя понимать.

Голос Бориса Валентиновича немного дрожал от волнения и срывался. Мужчина никогда не умел убеждать, переговорами всегда занимался Сережа.

Галина села на место и одним глотком допила чай.

– Я их убила, – гордо подняла подбородок кверху женщина. – Всех, кто голосовал тогда за убийство моего сына.

– А эти? – Борис кивнул на стрелков у входа.

– Эти воздержались, – продолжила Галина.

Женщина взяла с подоконника маленький пузырек с успокоительным средством. Накапала в ложку несколько капель и выпила, морщась от неприятного вкуса.

– Другие раскаялись и молили о прощении, – добавила Галина. – Но, как говорится, «око за око, зуб за зуб». Девчонка действительно нам не нужна.

В сенях раздался шум и топот. Голоса мужчин и лай собаки на улице. Галина вышла на несколько минут и вернулась.

– Ну вот и всё, – сказала женщина. – Дело сделано.

– Какое дело? – поинтересовался Борис.

– Мужики увели Дашку подальше от коммуны и вернулись, – глаза Галины заблестели, то ли от слез, то ли от возвращения из холода в тепло. – И вам теперь проблем меньше.

– Проблем меньше? – резко встал Борис.

Стрелки подняли стволы ружей и направили на мужчину.

– У тебя что, сердца нет? Это же ребенок, – закричал Борис и сел обратно.

– Видишь, Боря, как оно вышло. Когда я приказала девку увести, тогда еще не знала, что это ее папаши рук дело. Есть справедливость на свете… Есть. Кто-то там наверху видит и всё расставляет на свои места.

– Она маленький ребенок, опомнись, – пытался убедить наставник. – Верни девочку, я заберу, прикажи за ней сходить.

– Вернуть? А кто мне сына вернет? Не подскажешь? – гневно ответила женщина. – Думаешь, я их не умоляла опомниться? Да я в ногах у них валялась. Ослепла от пролитых слез. Лежат теперь за забором кучкой нелюди.

– Так нельзя, слышишь, – настаивал Борис. – Если ты поступишь так же, то чем ты от них тогда отличаешься? Еще можно всё исправить. Может, они и виноваты, а девочка тут при чём? Она вместе с отцом работала целый год на земле и что получила? Не съела ни ложки из того, что спёр батяня. Даже не знает об этом. Уверен, до сих пор ждала его.

Женщина ничего не ответила, лишь отвернулась в окно.

– Просто скажите, куда ее отвели, – Борис Валентинович с надеждой посмотрел на Виктора. – Сам ее найду. Умоляю. Пока не поздно.

Виктор встал с кровати, подошел к жене и, наклонившись, обнял за плечи.

– Дорогая, хватит уже смертей. Сына не вернуть, и ты сама это знаешь.

– Пусть валит куда хочет, – заревела навзрыд Галина. – Скажи, пусть мужики покажут направление, но сами ни ногой.

– Нужно спешить, – встал с полена наставник. – Уже начинает темнеть.

Борис подошел к кровати, взял свой рюкзак и принялся все упаковывать назад. – А автомат мой у кого получить?

– Автомат останется у нас, – вытерла слезы женщина. – И магазины с патронами оставь на кровати. Это будет выкуп за девочку, понял? Компенсация за украденные ресурсы, называй как хочешь.

– Да и черт с ним, – Борис нервно вынул магазины из рюкзака и бросил на покрывало. – Быстрей показывайте путь.

Мужчина выбежал из дома, отвязал собаку и быстрым шагом пошёл к воротам.

Дверь избы со скрипом открылась, в проёме показалась Галина и крикнула вслед:

– Эй, полоумный, вещички Дашкины забери. Они нам ни к чему.

Женщина бросила на снег пакет с летней одеждой девочки.

– И лыжи тоже забирай, пропадешь без них.

Борис Валентинович шел в указанную бородачами сторону. Начинало заметно темнеть, наставник спешил, пока были видны следы ботинок на снегу. О том, что будет дальше, он не думал.

«Главное, во что бы то ни стало найти девочку, а там что-нибудь придумаем», – крутились мысли в голове мужчины.

Яся смирно шла рядом, чуть позади хозяина. От ног бородачей и лыж наставника снег немного уплотнился, и собачьи лапы не так сильно проваливались.

Борис шел по полю в сторону соседнего села. Туда и отвели мужики Дашу. Галина велела бросить ее в лесу, что в противоположной стороне, но бородачи ослушались, пожалели девочку и отвели в заброшенное поселение в трех километрах. Зомби там никто не видел. Местные жители разбрелись кто куда, прихватив свои вещички. Все остальное разграбили мародеры и просто мимо проходящие выжившие бродяги.

Борис Валентинович прошел минут тридцать и в размышлениях не заметил, как стемнело. Мужчина остановился и вдруг понял, что он не знает, куда идет. Борис снял рюкзак, достал из него бензиновую зажигалку и свой охотничий нож.

Наставник большим пальцем открыл крышку, чиркнул колесиком, и фитиль загорелся, освещая лицо. Опытный выживший нагнулся и осветил вокруг себя снег.

– Вот вы где, – сказал вслух Борис, разглядывая следы. – Не сбился. Как бы мне вас не потерять.

Борис выпрямился и хотел было двигаться дальше, как вдруг его осенило. Яся! Нет, вокруг была не кромешная тьма. Мужчина различал вдалеке одиноко стоящие в поле молодые берёзки, хотя луна спряталась за облаками. Направление запросто можно было потерять. Сделай в таком поле хотя бы шаг в сторону, и через минут десять уже прилично собьёшься с курса.

– Эх, сейчас бы фонарик близнецов мне пригодился, – Борис стал говорить с собой вслух. Так он чувствовал себя спокойнее. – Или компас. Определил азимут и спокоен. Надо будет обязательно заказать челнокам, если доберемся.

Яся смотрела на хозяина и не понимала, с ней он разговаривает или нет. Собака гавкнула на всякий случай, и Борис снова вспомнил про нее.

– Яся! – погладил Борис собаку. – Иди, родная, вперед.

Мужчина взял собаку за кожаный ошейник и подтянул вперед себя. Затем прицепил карабин поводка и скомандовал: