Вселенские неприятности
Шрифт:
Меня втолкнули внутрь. Я пошатнулся и чуть не упал. Но удержался, тут же вспыхнул свет. Пришлось зажмуриться, закрывшись рукой. Что происходит, куда я попал, и можно мне покинуть эту историю?
Приноровившись к свету, я увидел, что поляну окружил силовой барьер. За поляной появились трибуны, видимо, лес был иллюзией, масштабной иллюзий, надо признаться. М… куда я вляпался?
– Спасибо за помощь, господин атлант. Теперь попробуйте одолеть своего противника.
– В черную дыру вас всех! – возмутился я и дотронулся до барьера. Меня не ударило, но и выбраться не получилось. Только толкать ладонью в пустоту.
Мне стало неуютно.
За спиной послышались шаги. Я повернулся и занервничал больше. Ко мне приближался робот в белом халате. Он выглядел почти как человек: с кожей, глазами, ртом и всем, наверное, нужным. Но одна рука у него подозрительно скрипела, а в паре мест торчали провода, порвав ткань.
Древняя модель, сейчас такое не делают.
Робот повернул голову, его пустые темные глаза просканировали меня, вычислили все параметры и загрузили в память. Замечательно.
Робот поднял руку и выстрелил из пальцев. Я откатился в сторону, с надеждой, что барьер пал. Зря надеялся, но проверить стоило.
Я поднялся, все еще не зная, как буду справляться с роботом. Он выглядел так, словно ел людей на обед и ужин, а потом ими же подметал двор. Точнее, в обратном порядке.
Робот был быстрый и ржавый. Я же был ловкий. Надеюсь, это уравняет наши шансы. Рука робота воткнулась в песок рядом со мной. С уважением посмотрев на дыру, я отскочил подальше. Сквозь барьер доносились возмущенные вопли. Зрители жаждали крови и зрелищ. Я показал оттопыренный средний палец. И прозевал робота. Он сбил меня с ног, и я кубарем покатился по земле. Попытался подняться, но робот навис надо мной.
Сейчас убьет…
– Стой! – заорал я, не уверенный, что стоит вспоминать первое правило роботехники.
Но робот, к моему удивлению, остановился. А все-таки он не до конца проржавел, есть еще в нем нужные программы.
Зрители затихли. Я поднялся, отряхнул с себя песок и подошел к краю барьера, спросив как можно громче.
– Ну что, свободу мне? Я его победил.
– Он еще не лежит, – процедил староста, потрясенный такой скучной битвой. Это для него скучная, а я испугался, между прочим!
– Хорошо, будет вам, – проворчал я и повернулся к роботу. – Лежать!
Робот послушно лег и замер. Его глаза потускнели, в нем явно заканчивалась зарядка. Интересно, она закончится раньше, чем его снова натравят на меня? Я уже понял, что эти ребята не успокоятся, пока не увидят кровь.
– Где колдун? – услышал я чей-то возмущенный голос. – Немедленно вызовите колдуна, пусть воскресит побежденного.
– А можно не надо? – я прижался спиной к барьеру, наблюдая за тем, как робот медленно поднимается. Он сфокусировал взгляд на мне и снова выстрелил. Вот как бы узнать, сколько зарядов у него осталось? Процентов пятнадцать будет? Многовато…
Робот снова выстрелил и попал мне в руку. Я посмотрел на прожженную дырку в ладони и скорчил гримасу.
Болит, зараза.
Кровь капала на песок, трибуны радовались, а я стоял и смотрел на свою кровь. Смотрел на робота и думал о том, что некоторые вещи не забываются. Меня часто наказывали, часто до крови. И каждый раз Паук говорил, что моя кровь принадлежит ему. Если он пожелает, то сожрет меня с потрохами. Но ему нравится, как готовит этот маленький раб.
Я слизнул кровь с ладони, чуть не подавился и тряхнул рукой. Ладно.
Они сами напросились.
– По кристаллам огонь! – скомандовал я, надеюсь, что не перевираю команды. А то робот может не так понять.
Вроде понял правильно.
Он повернулся и начал расстреливать силовые кристаллы. Они разбивались, выпуская в небо искры, а я смотрел на то, как гаснет барьер. Снова свободен! Ухмыльнувшись, я выскочил за пределы круга и побежал.
– Пока-пока! – крикнул вслед ошеломленным зрителям. Уж что-что, а убегать я умею. И был доволен ровно до тех пор, пока не сообразил, что не могу улететь.
Без топлива…
Возвращаться назад к разгневанным людям, плохая идея. Оставаться и прятаться в лесу тоже не очень хорошо. Я блуждал взглядом по окрестностям, гадая, можно ли нужное топливо добыть трением палочек, как это делали доисторические люди. Решил, что ничего глупее придумать нельзя, и тронулся в путь. По дороге заметил брошенные корабли. Значит, их хозяева тоже попали в ловушку " спасите нас". Может им и не соврали, если добавить слова – от скуки.
Я попытался забраться в корабль, надеясь, что там не будет охраны. Со смертью хозяина все системы отключается, и если не смогу забраться сюда…
Я смог.
Как ни странно, туземцы сюда не залезали. Я нашел коробочку с топливом, тихо радуясь, что массивные канистры в прошлом. Осталось кинуть содержимое в реактор и надеяться, что оно еще не выдохлось. Может, забраться в другой корабль захватить на всякий случай еще одну?
Я выглянул в двери и увидел недовольных представлением зрителей. Они стояли полукругом и укоризненно смотрели на меня. Почему-то подумалось, что выходить отсюда плохая идея.
– Что надо? – спросил, выглядывая в щель, в которую с трудом протиснулся.
– Выходи, мы свое не получили, – сказал хмуро староста. – Живым отсюда никто не улетал.
– Значит, буду первым. Щас, только заведу корабль, – нахально сказал я.
– Не заведешь, его мозг давно умер, – а староста умен.
– Ладно, дайте мне пять минут, попрощаюсь с жизнью, – попросил я.
Они молча кивнули, надеясь увидеть это зрелище. Я усмехнулся и исчез в глубине космолета. А сейчас у меня пятьдесят на пятьдесят. Если это последняя модель, то должна быть капсула аварийной эвакуации, для нее мозг не требуется. А вот если нет… ладно, будем надеяться на лучшее.
Чтобы там снаружи не заподозрили меня в нехороших мыслях, я принялся говорить разные глупые вещи.
– Великий и непобедимый космический колпак. Нет, клоака…неважно, возьми мою бренную душу и тело и запихни ее в черную дыру, чтобы не досталось врагу!
Я забрался в кабину пилотов. Так, прекрасно, осталось разобраться в управлении.
– Услышь мои призывы и ответь мне, – сказал я громко и нажал первую попавшуюся кнопку. Что бы не случилось, хуже не будет.
Конец ознакомительного фрагмента.