Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен
Шрифт:
Поскольку ты не уверен даже в одной минуте, не трать попусту ни одного часа.
После препятствий и потерь люди становятся смиреннее и мудрее.
Праздность – как ржавчина, она разъедает человека скорее, чем усталость от работы.
Прежде чем советоваться с прихотью, посоветуйся со своим кошельком.
Пусть первым уроком ребенка будет повиновение. Тогда вторым может стать то, что ты считаешь необходимым.
Разбойник с большой дороги, участвует ли он в шайке или грабит в одиночку, равно остается грабителем; и нация, затевающая неправедную войну, есть не что иное, как большая шайка грабителей.
Разврат завтракает с Богатством, обедает с Бедностью, ужинает с Нищетою и ложится спать с Позором.
Решитесь исполнить то, что вы должны, и исполняйте без отступления то, на что вы решились.
С тех пор как люди научились варить пищу, они едят вдвое больше, чем требует природа.
Самое лучшее – самое дешевое.
Способный терпеть способен добиваться всего, чего он хочет.
Среди тех, кто занимается общественными делами, лишь немногие думают только о благе своей страны, что бы они при этом ни говорили; и хотя их действия приносят подлинное благо их стране, однако люди вначале не отделяли свои интересы от интересов их страны, поэтому они действовали не из принципа благотворительности.
Стыдись своего безделья, когда так много можно сделать для самого себя, для своей семьи, для своей страны.
Существует три верных друга: старая книга, старая собака и наличные деньги.
Там, где голод, законы не уважаются; где законы не уважаются, там голод.
Тот, кто любит себя, не имеет соперников.
Тот, кто может отдохнуть, превосходит того, кто может брать города.
Тот, кто обладает терпением, может обладать всем, что пожелает.
Тот, кто отказывается от неотъемлемой свободы ради приобретения небольшой временной безопасности, не заслуживает ни свободы, ни безопасности.
Трезвость кладет дрова в печку, мясо – в кастрюлю, хлеб – на стол, кредит – государству, деньги – в кошелек, силу – в тело, одежду – на спину, ум – в голову, довольство – в семью.
Трое могут сохранить секрет, если двое из них мертвы.
Труд – отец счастья.
Усталость – лучшая подушка.
Ученый дурак пишет свою бессмыслицу лучшим стилем, чем неученый, но от этого она не перестает быть бессмыслицей.
Холостяк не представляет той ценности, которую мог бы иметь в брачном союзе. Он – незавершенное животное. Он имеет сходство с половиной ножниц.
Человек живет не тем, что он съедает, а тем, что переваривает. Положение это одинаково справедливо относится к уму, как и к телу.
Человеку, у которого нет денег, трудно остаться порядочным.
Чем лучше врач, тем больше он знает бесполезных лекарств.
Что началось гневом, кончается стыдом.
Чтобы быть довольным своим положением, необходимо сравнивать его с положением худшим.
Юным ловеласам следовало бы оказывать предпочтение не молодым женщинам, а молодящимся. Они ведь так благодарны.
Я, Бенджамин Франклин, добился богатства, почета и славы только потому, что старался быть нравственным и доброжелательным и по мере своих сил старался следовать принципам, которые выработал в ранней молодости и следовал им всю жизнь.
Франс Анатоль (настоящее имя – Анатоль Франсуа Тибо)
(16.04.1844–12.10.1924)
Французский писатель, литературный критик.
Родился в Париже в семье букиниста. Окончил иезуитский колледж. Известность и популярность ему принесли романы «Преступление Сильвестра Боннара», «Таис», «Красная лилия», «Остров пингвинов», «Восстание ангелов». Характерной особенностью творчества является сочетание тонкой иронии в описании несовершенства общественных нравов и взаимоотношений между людьми с любовью к людям, с художественным пониманием красоты во всех проявлениях жизни. Наряду с писательской деятельностью принимал активное участие в общественной жизни, организовывал общественные университеты, читал лекции. В 1921 г. Стал лауреатом Нобелевской премии в области литературы.
Бедность – непременное условие существования богатства, богатство – бедности. Одно зло порождается другим, одно возможно благодаря другому.
Бедняк, который лишен вожделений, обладает высшим сокровищем: он владеет самим собой.
Без известной умственной культуры не может быть и утонченных чувств.
Безупречность чаще всего дело счастья, а не добродетель.
Благородство манер воспитывается на примерах.
Боги обычно подобны тем, кто им поклоняется.
Большинство чаще всего обнаруживает чрезвычайную склонность к подчинению.
Будем остерегаться писать слишком хорошо. Это самая скверная манера писания.
Будущее – в настоящем, но будущее – и в прошлом. Это мы создаем его. Если оно плохо, в этом наша вина.
Будущее – удобный приют для наших мечтаний.
В безумии страшнее всего – это рассудительность.
В любви мужчинам нужны формы и краски, мужчины требуют образов. А женщины – только ощущений. Они любят лучше, чем мы: они слепы.
В некоторых отношениях мы ушли далеко назад от палеолита: первобытные люди своих стариков съедали, а мы выбираем их в академики.
В основе всех великих страстей лежит прелесть опасности. Всякое наслаждение кружит голову. Удовольствие, смешанное со страхом, пьянит.
В природе многих людей – рассуждать умно, но поступать нелепо.
В человеке заложена вечная, возвышающая его потребность любить.
Великая страсть не дает ни минуты отдыха, и в этом ее благодеяние. Лучше все что угодно, кроме прозябания.
Внушайте ненависть к ненавистничеству.
Во всяком цивилизованном государстве богатство священно; в демократическом государстве священно только оно.
Война – преступление, которое не искупается победой.
Воображение делает человека чувствительного художником, а мужественного – героем.
Восхищение невозможно без примеси иллюзий.
Время всегда будет уважать и поддерживать то, что крепко, но обратит в прах то, что окажется непрочным.
Время, даруемое Богом каждому из нас, подобно драгоценной ткани, по которой мы вышиваем, кто как может.
Всё человеческое зло происходит от предрассудка, подобно тому как пауки и скорпионы порождаются тенью и сыростью погребов и подземелий.
Всеобщая благотворительность заключается в том, чтобы каждый жил своим трудом, а не чужим.
Глупость, повторенная миллионами ртов, не перестает быть глупостью.
Горести – это большое отвлечение. Когда есть горести, то не скучаешь.
Грубые заурядные умы выносят из чтения лишь бледное, незначительное удовольствие. Театр, напротив, изображает всё, ничего не оставляя воображению: вот почему он вполне удовлетворяет большинство.