Чтение онлайн

Таким образом, несомненно, что Голливуд выполняет функции мощного агентства правительственной пропаганды и его фильмы «ориентированы» во вполне определенном направлении.

Для многих продюсеров война была случаем кое-как обновить избитые сюжеты. В «Невидимом агенте» (Invisible Agent, 1942) внук героя Г. Дж. Уэллса становится американским шпионом и едет с поручением в Берлин. В фильме «Сквозь ночь» (АН through the Night, «Бр. Уорнер», 1942, реж. Винсент Шерман) гангстер (Хемфри Богарт) вступает в борьбу с немецкими шпионами, и вместе с малоактивной полицией ему удается разоблачить опасных нацистов, действовавших в Америке (Питер Лорре и Конрад Вейдт).

«Касабланка» (Casablanca, «Бр. Уорнер», 1943, реж. М. Кертиц) получила еще больше «Оскаров», чем в предыдущем году «Миссис Миннивер». Это — классический гангстерский фильм, герои которого заменены деятелями Сопротивления, одурачившими в Марокко гестаповцев при помощи вишиста, ведущего двойную игру.

В фильме «Пять гробниц по пути в Каир» (Five Graves to Cairo, «Парамаунт», 1943, реж. Билли Уайлдер) были сконцентрированы точки зрения Голливуда на различные страны Европы. Его действие происходило в Египте в то время, когда Роммель угрожал Александрии. Вот краткое содержание сценария:

«Английский сержант, агент «Интеллидженс сервис» (Франшот Тоун), отрезанный от своей части, укрывается в маленькой гостинице посреди ливийской пустыни, завладев документами хозяина гостиницы шпиона гестапо. Раболепный хозяин — «левантинец» (Аким Тамиров) всегда готов служить новому победителю. Горничная, француженка (Анна Бакстер), армейская женщина легкого поведения, с благоговением говорит о Петене и Лавале. Маршал Роммель (Эрих фон Штрогейм) на пути к Каиру останавливается в гостинице. Горничная пытается обольстить его и добиться освобождения своего брата, но, так как Роммеля женщины занимают мало, она хочет завоевать его расположение, выдав англичанина. Последнему удается сойти за агента гестапо и выкрасть у Роммеля документы. В них и содержатся секреты пяти гробниц Каира, являющихся складами вооружения, которые должны обеспечить победу немцев. Француженка, в конце концов влюбившаяся в прекрасного англичанина, жертвует собой, давая ему возможность доставить генералу Монтгомери документы, сыгравшие большую роль в успешном исходе сражения под Эль Аламейном.

В этом детективном фильме победа союзников обусловлена лишь подвигом агента разведки, единственного героя, вызывавшего симпатию наряду с нацистскими генералом Роммелем, военачальником высокого класса, у которого ум, утонченность, благородство и военные доблести искупают его весьма относительную приверженность к гитлеризму. Итальянский генерал, наоборот, показан раболепным, изворотливым, трусливым и смешным. И, наконец, в самом низу этой моральной лестницы стоят продажный «левантинец» — хозяин гостиницы и весьма ограниченная француженка — женщина легкого поведения.

Авторами этого фильма, проникнутого ненавистью к Франции, были Билли Уайлдер и Чарлз Бракетт, авторы сценария фильма Любича «Ниночка». Уайлдер, родившийся в Вене и получивший профессиональную подготовку в немецких студиях до 1933 года, до постановки «Пяти гробниц на пути в Каир» проявил себя как режиссер военной оперетки «Майор и малютка» (Major and the Minor, «Парамаунт», 1942).

По многим военным фильмам можно составить представление о точках зрения деятелей Голливуда на различные страны Старого света.

При изображении Африки показывали, как правило, героев-европейцев или раболепных и лукавых «восточных людей». Африканцы, изображавшиеся всегда как «цветные люди» независимо от того, были они черными или смуглыми, чаще всего составляли фон («Касабланка», «Путешествие в страх» и др.).

Итальянцы в голливудских фильмах трусы, попрошайки, любят макароны и игру на мандолине, страстно почитают Муссолини. В «Плаще и кинжале» (Cloak and Dagger, «Бр. Уорнер», 1946), рассказывающем о том, как тайный американский агент (Гари Купер) рыщет по оккупированной Европе, в основном по Италии, стремясь похитить секрет атомной бомбы, крупный режиссер Фриц Ланг не смог избежать этой схемы и показал итальянцев, как людей, слепо преклоняющихся перед своим дуче.

В фильме «История рядового Джо»(Stоrу of G. I. Joe, «Юнайтед артистс», 1945, реж. Уильям Уэллман) американский зритель мог усмотреть искреннее стремление изобразить войну с более человеческой точки зрения, увидеть ее глазами простого солдата. Но Италия в этом фильме, от Палермо до Монте Кассино, — павильонная и населена только доступными женщинами и детьми, выпрашивающими шоколад.

Англичане в военных фильмах почти всегда летчики или шпионы, и их похождения идут непосредственно из самых традиционных полицейских романов. В частности, Грэм Грин дал Фрицу Лангу детективную интригу в духе «Рокамболя» для фильма «Министерство страха» (Ministry of Fear, «Парамаунт», 1944).

Франции Голливуд посвятил ряд фильмов о Сопротивлении, начиненных такими несуразностями, что после войны их из осторожности отказались у нас демонстрировать [239] . Наша оккупированная страна была населена убежденными петеновцами и какими-то скептиками, которые вели двойную игру. В Париж, так же как и в Рим, мысль о возможности организовать внутреннее сопротивление приносил какой-нибудь англо-американский парашютист. Даже французские режиссеры, обосновавшиеся на время войны в Голливуде, не могли избежать бьющих в глаза неправдоподобностей. Жюльен Дювивьев «Самозванце» (Impostor, «Юниверсл», 1944) представил Свободные французские войска в Африке образом убийцы, преследуемым полицией (Жан Габен), который в конце концов обретает путь чести, так же как это было в типичных французских фильмах о воюющих в Африке легионерах.

Даже Жан Ренуар отдал дань шаблонам в фильме «Эта земля моя» (This Land is Mine, РКО, 1943), снятого по сценарию, написанному им самим совместно с Дэдли Николсом. В фильме изображен учитель (Чарлз Лаф-тон), который вначале ведет себя пассивно и подчиняется приказам оккупантов. Обвиненный (по ошибке) в убийстве одного коллаборациониста, он в зале суда присяжных клеймит Гитлера; его с триумфом оправдывают, и он возвращается в свою школу. Гестапо арестовывает его в тот момент, когда он читает ученикам Декларацию прав человека. Несмотря на очевидные добрые намерения большого режиссера, он не смог воссоздать в Голливуде атмосферу своей оккупированной родины, и это сделало фильм утомительным, тяжеловесным, неудачным.

Некоторые, весьма немногие, фильмы были посвящены России. В честном, но посредственном фильме «Действия в Северной Атлантике» (Action in North Atlantic, «Бр. Уорнер», 1943) акцент был сделан на поставках американского оружия в СССР; сама страна показывалась лишь в коротких условных сценах. В «Миссии в Москву» (Mission to Moscow, «Бр. Уорнер», 1943) Майкл Кертиц с подкупающей точностью экранизировал воспоминания дипломата, проживавшего перед войной в России. В «Северной звезде» (The North Star, РКО, 1943) хороший режиссер Льюис Майлстоун не сумел избежать штампов, обычно используемых для изображения России, но проявил много мастерства и искренности в эпизодах, которые рисовали борьбу партизан против нацистов.

Сценарий «Северной звезды» был написан талантливым драматургом Лилиан Хеллман. В 1943 году Голливуд экранизировал ее пьесу «Стража на Рейне» (The Watch on the Rhine [240] , «Бр. Уорнер», 1943, с Бетт Дэвис).

Действие этого фильма происходит в Соединенных Штатах, но автор проявляет глубокое понимание сущности нацизма и немецкого национального характера. Этот фильм был исключением. Обычно в американских военных фильмах немцы были или высокопоставленными лицами и благодаря своей интеллигентности возвышались над нацизмом, или карикатурами, набросанными грубыми штрихами. «Дети Гитлера» (Hitler’s Children, РКО, 1943) не были исключением из этого правила. Оказавшись в 1943 году одним из самых коммерческих, фильм создал имя его молодому постановщику Эдуарду Дмитрыку.