Чтение онлайн

Эти изменения создали фундамент для мощного идейно-политического наступления консерваторов. На рубеже 70-х – 80-х годов они пришли к власти в Англии, США, ФРГ. Для сторонников либерально-реформистского курса это был тяжелый период. В общественном мнении произошел явный перелом: либерально-реформистские концепции, еще недавно пользовавшиеся поддержкой широких слоев населения, быстро теряли популярность. Идеологи либерализма не могли найти эффективных рецептов обновления этой идеологии, приспособления ее к новым запросам общественного развития. Наивысшего подъема «консервативная волна» достигла в первой половине 80-х годов, к рубежу 80-х – 90-х годов она стала несколько спадать, но и в 90-е годы перевес в давнем споре консерваторов и либералов находится в целом на стороне первых.

«Консервативная волна», как правило, ассоциируется с политикой Рейгана и Тэтчер. Рейган заявил о своих претензиях на власть еще в 1976 году, когда США только-только вышли из экономического кризиса, осмысливали свое поражение во Вьетнаме и последствия уотергейтского скандала, приведшего к отставке Р. Никсона. Такое обилие ударов, обрушившихся на американское общество, породило в умах американцев серьезные сомнения в рациональности и эффективности того пути, которым следовала Америка со времен «нового курса». Этим попытался воспользоваться Р. Рейган, ведший свою предвыборную кампанию под антиэтатистскими лозунгами. Его призывы возродить веру американцев в себя, в традиционные ценности и не полагаться на «большое правительство», которое регламентирует их жизнь, мешает развитию предпринимательства, уже тогда нашли значительный отклик среди электората. Но все же для победы этого было недостаточно.

Следующие четыре года «консервативная волна» быстро набирала размах, и это было на руку Рейгану. Пропагандируемые им идеи становились все более популярными, и в 1980 году он добился уверенной победы на выборах. Теперь ему предстало реализовать на практике свои идеологические схемы. Безусловно, не все установки «новых правых» удалось воплотить в жизнь. Прежде всего, не произошло тотального демонтажа той разветвленной социальной инфраструктуры, которая была создана за предшествовавшие полвека. Не удалось отказаться и от определенного государственного регулирования экономических процессов. Тем не менее в сфере социально-экономической политики произошли серьезные изменения.

Уже в 1981 году был принят закон об оздоровлении экономики, центральным звеном которого стала налоговая реформа. По существу, вместо прогрессивной системы налогообложения вводилась новая шкала, близкая к пропорциональному налогообложению, что, безусловно, было выгодно наиболее зажиточным и отчасти средним слоям. Одновременно было осуществлено сокращение социальных расходов. В 1982 году Рейган выступил с концепцией «нового федерализма», суть которой заключалась в перераспределении полномочий межу федеральным правительством и властями штатов в пользу последних. В связи с этим республиканская администрация предложила аннулировать около 150 федеральных социальных программ, а остающиеся передать властям штатов. Рейгану удалось в короткий срок сбить инфляцию: в 1981 году, в момент его прихода к власти, она составляла 10,4 %, а к середине 80-х годов упала до 4 %. Впервые после 60-х годов начался бурный экономический подъем (в 1984 году темпы экономического роста достигли 6,4 % – исключительно высокий показатель для такой высокоразвитой страны, как США). Эти общие цифры обернулись различными результатами для различных социальных групп.

В общем виде итоги «рейганомики» можно выразить следующим образом: «Богатые стали богаче, бедные – беднее». Но здесь необходимо сделать несколько оговорок. Повышение жизненного уровня затронуло не только группу богатых и сверхбогатых, но и достаточно широкие и постоянно растущие средние слои. «Рейганомика» нанесла ощутимый ущерб прежде всего малоимущим американцам, но, во-первых, необходимо учитывать, что уровень бедности в США таков, что позволяет обеспечить достаточно сносные условия даже для тех, кто находится за его чертой, во-вторых, экономическая конъюнктура давала шансы на получение работы и, наконец, предшествовавшая социальная политика способствовала общему сокращению числа бедняков в Америке. Поэтому, несмотря на достаточно жесткие меры в сфере социальной политики, правительству США не пришлось столкнуться со сколько-нибудь серьезным всплеском протеста. Большинство американцев предпочитало заниматься своим бизнесом.

В Англии решительное наступление консерваторов связано с именем М. Тэтчер, которая пришла к власти в 1979 году на волне недовольства англичан неэффективной политикой лейбористов в 70-е годы. Основы той политики, которую начала проводить Тэтчер, были сформулированы еще в середине 70-х годов в документе под названием «Правильный подход». Главной своей целью она объявила борьбу с инфляцией. За три года ей удалось сбить инфляцию с 18 % до 5 %. Вскоре после прихода к власти Тэтчер отменила контроль над ценами и сняла ограничения на движение капитала. Резко снизилось субсидирование государственного сектора, а с 1981 года началась его распродажа: были денационализированы Британская национальная нефтяная корпорация, Британская газовая корпорация, Национальная корпорация грузовых перевозок и т. д. Использование монетаристских методов не означало свертывания государственного вмешательства в экономику. Просто теперь оно стало осуществляться другими методами – через государственный бюджет.

В социальной сфере Тэтчер повела жесткую атаку на профсоюзы. В 1980 и 1982 гг. ей удалось провести через парламент два закона, ограничивавших их права: под запрет ставились стачки солидарности и отменялось правило о преимущественном приеме на работу членов профсоюза. Представители профсоюзов были отстранены от участия в деятельности консультативных правительственных комиссий по проблемам социально-экономической политики. Традиционно большой проблемой для правительства оставалось положение дел в угледобывающей промышленности. В 1984 году были обнародованы планы повышения рентабельности этой отрасли, предусматривавшие закрытие 20 шахт и увольнение 20 тысяч шахтеров. В ответ, как и следовало ожидать, вспыхнула забастовка, ровно на год парализовавшая всю эту отрасль. Противостояние профсоюзов и консервативного правительства приняло принципиальный характер. Оно закончилось временным компромиссом: профсоюзы признавали претензии правительства на модернизацию отрасли, а правительство резко сокращало (на 2/3) свои планы по сокращению рабочих мест.

Согласившись на компромисс, правительство не отказалось от своих стратегических планов: оно просто поняло, что их реализация требует лучшей подготовки. В 1986 году был принят закон «Об общественном порядке», расширявший права органов правопорядка в борьбе с бастующими. Не меньше сложностей для правительства М. Тэтчер представляла проблема Северной Ирландии. «Железная леди» (прозвище Тэтчер) была сторонницей силового варианта решения этой проблемы. В Ольстере постоянно тлел конфликт, грозивший взорвать стабильную и размеренную жизнь Британии.

Комбинация этих факторов несколько поколебала позиции Тэтчер, и она в свойственной ей манере решила одним ударом отыграть потерянное: летом 1987 года она объявила досрочные выборы. Развернув массированную идеологическую кампанию по обоснованию правомерности своих действий, она доказывала, что только продолжение прежнего курса способно удержать Англию на завоеванных рубежах. Вкупе с благоприятной экономической конъюнктурой она принесла планируемый результат: консерваторы добились победы. Успех позволил Тэтчер еще более энергично проводить в жизнь программно-целевые установки консерваторов. Вторая половина 80-х годов оказалась одним из самых благоприятных периодов в истории Англии XX века: экономика была на подъеме, по многим показателям Англия вышла на лидирующие позиции, уровень жизни повышался, соответственно рос и престиж Тэтчер. Несмотря на свой социально-политический консерватизм, она была явно незаурядным политиком и яркой личностью, и это проявилось в том, как завершилась ее карьера. Тэтчер проявила большую политическую мудрость: она не стала дожидаться того момента, когда благоприятные для нее тенденции пойдут на спад и на консерваторов ляжет ответственность за ухудшение положения. Осенью 1990 года Тэтчер заявила о своем уходе из большой политики.

Сходные процессы происходили в 80-е годы в большинстве ведущих стран Запада. Некоторым исключением из общего правила была Франция, где в 80-е годы ключевые позиции принадлежали социалистам, ведомым Ф. Миттераном. Но даже социалистам приходилось серьезно считаться с доминирующими тенденциями общественного развития. «Консервативная волна» имела вполне объективную основу и вполне определенные задачи – обеспечить оптимальные, с точки зрения правящей элиты, условия для осуществления назревшей структурной перестройки экономики, необходимой для придания нового импульса всей западной цивилизации. Этот болезненный, но неизбежный процесс мог протекать по разным сценариям. Главное различие заключалось в том, на кого лягут основные издержки этого сложнейшего процесса. «Консервативная волна», обеспечившая доминирование консерваторов на решающем отрезке этой перестройки, предопределяла ее ход и характер. Она прошла по наиболее выгодному для правящей элиты сценарию, позволившему переложить ее издержки на основную часть населения и в то же время не допустить серьезных социальных катаклизмов.

К 90-м годам наиболее сложная часть этой перестройки, по-видимому, осталась позади, и не случайно «консервативная волна» постепенно пошла на спад. Происходило это в весьма мягкой форме. Р. Рейгана сменил в 1989 году умеренный консерватор Дж. Буш, а в 1993 году Белый дом занял Б. Клинтон, считающийся современным либералом. Его политический курс, однако, не особенно сильно отличается от того, что делал Буш. В Англии Тэтчер в конце 1990 года сменил умеренный консерватор Дж. Мейджор, которого совсем недавно сменил молодой лидер лейбористов Э. Блэр. И опять-таки смена партий у руля государственного корабля не означала смену вех во внутренней политике Англии. Примерно так же развивались события и в других развитых странах. Последний политический долгожитель-консерватор, канцлер ФРГ Г. Коль в сентябре 1998 г. вынужден был уступить свой пост лидеру социал-демократов Г. Шредеру.