Всеслава
Шрифт:
— А кого в соперники тятенька выбрал? — присев рядом с сестрицей поинтересовалась Слава. Но Малуша покачала головой, ткнув в ее грудь пальцем.
— Он велел тебе выбрать. Мол, твоя идея, тебе и ответ держать. А еще велел с поля не уходить. За своим женихом ходить будешь, да раны его промывать.
— Что? — ахнула девушка, недоверчиво уставившись на Малушу. — Чтобы я этому чужеземцу раны промывала? Да ни за что в жизни!
— Тятенька велел. — Малуша покосилась в сторону, где их отец разговорил с кем-то из соседей, — а еще велел сказать, что выпорет при всех, коли откажешься.
Слава нахмурилась. Давно тятенька ей поркой не грозил. Да Слава и не помнила, когда он розги последний раз в руки брал. Разве что очень давно, когда она малой совсем была. Помниться она тогда, по зиме, по сугробам на крышу соседского хлева залезла. Да не удержалась, вниз полетела. Аккурат около старых вил упала. Едва лицом не напоролось. Тятенька тогда словно с цепи сорвался. Она же потом долго еще сидеть не могла. А уж по крышам больше не лазила. Разве что по деревьям. Брови девушки сдвинулись, когда она невольно сравнила ситуации. Тогда она под ноги тятеньки свалилась. А в этот раз в руки иноземца. Видимо не стоит ей больше никуда залезать. Для нее это плохо заканчивается.
Слава улыбнулась и нашла глазами Искро. Значит, за вороток и в охапку? А тятенька молодец. Самую сложную борьбу выбрал. Для степняка устоять что в той, что в другой невозможно. Это их мальчишки с детства тренируются. Смекалку и ловкость развивают. Слава прищурилась. Она не просто выберет ему соперника. Она усложнит ему борьбу тем, что он должен будет выполнить ряд условий, чтобы победить. Особенно за вороток. А ещё… Слава нашла тятеньку и бросилась к нему.
— Тятенька!
Отец обернулся к ней.
— Чего ещё надумала, визгопряха?
— Почему сразу и надумала? — она обиженно надула губки, — может просто поговорить хочу.
— Ага. Именно поэтому и глаз горит, — усмехнулся отец, — ну, давай, признавайся, что на уме?
— Я просто, хотела бы посмотреть, как он по хозяйству справляется. Пусть поутру поможет тебе дров наколоть. Да водицы колодезной наносит…
— Слава, ему сражаться потом, а ты его с утра уморить хочешь? — строго спросил тятенька, хотя в его глазах вспыхнуло понимание. Он догадался, что задумала дочка.
— А как же иначе, — улыбнулась ему Слава, — ведь половцы напасть в любой момент могут.
— Ладно, визгопряха, — потрепал он ее по щеке, — накажу ему…
— Спасибо, тятенька!
Радостная Слава вернулась в избу. Вместе с сестрицами навели порядок и в глубокой ночи она наконец-то залезла на палати, где уже спала Малуша. Журавшка ушла в сени спать, там прохладнее. Вытянувшись на шкурах, девушка закинула руки за голову, глядя в деревянный потолок и довольно улыбалась. Не выиграет этот степняк. А значит и повод дать ему отворот будет. Ее глаза медленно закрывались и вскоре девушка сладко спала, а на губах ее продолжала играть довольная улыбка.
— Славка! Славка! Просыпайся! — ее трясли за плечо и пинали в бок. Нехотя девушка открыла глаза, глядя заспанными глазами на Малушку.
— Петухи пропели? — облокачиваясь на локти спросила она. Малуша кивнула, слезая с палатей.
— Уже третий. Тятенька злиться. А там жених твой уже воды натаскал.
— Как натаскал? — Слава аж подскочила и буквально скатилась вниз, на ходу заплетая косу и бросилась к окну.
— Да куды лезешь, дурная? В нижней рубахе! — остановила ее Малуша. — Не Купало, чай еще. Рано так перед женихом бегать.
Мысленно ругая себя, девушка кинулась к лавке, на которой была сложена одежда.
— А жених твой после вторых петухов с тятенькой трудиться. И по кузне ему помог. И вон водицы принес, — Малуша кивнула на лавку около бабьего кута, где стояли пару кадок с прохладной водой.
Слава с подозрением посмотрела на цилиндрические емкости, сделанные из деревянных клёпок и стянутых металлическими обручами. Темная бровь слегка изогнулась.
— Только две кадки? — ехидно спросила она, начиная одеваться, — маловато будет…
Малуша недобро взглянула на нее и, взяв за руку, завела в кут. Глаза Славы широко распахнулись. Вся свободная посуда, в которую можно было набрать воды — опарницы, подойники, рыльники, горошки и даже плошки с черепушками — все было наполнено водой.
— А еще все умывальники на улице и корыта у свиней, — с ужасом в голосе проговорила Малуша, — Славка, ты утопиться решила? Так лучше в реке или озере… — она подняла глиняную миску и посмотрела на сестрицу, — эта маловата будет… А к обрядовой баньке, через пару дней можно и свежей наносить…
Слава завязала пояс на своей слегка полноватой талии и выскочила в сени. Журавушки уже не было. Наверное, скотину кормит, подумала девушка, выбегая во двор. Схватив кружку, сделала несколько глотков. До ее слуха донеслись равномерные удары топора. Ее взгляд метнулся за амбар, туда, где была поленница. Она была уверена, что это степняк. Ведь тятенька обычно по утру в кузню идет работать. Она почувствовала, как ее охватывает злость. Ну погоди, нечисть иноземная, думала Слава, решительно направляясь к сараю и поленнице. Ты сейчас пожалеешь, что сюда явился. Ты…
Она вынырнула из-за угла и застыла широко распахнутыми глазами глядя на обнаженного по пояс мужчину, ловко орудующего топором. Щепки разлетелись в разные стороны. Каждый взмах и удар был четким и резким. Мышцы красиво перекатывались под бронзовой от загара кожей. Количества ольховых и берёзовых дров должно было хватить не на один месяц. Тут и не надо было гадать, чтобы понять, что к труду этот иноземец приучен. И ой, как хорошо… Слава вздрогнула, встретив его взгляд.
Отбросив колун в сторону, мужчина стал медленно приближаться к ней, не отпуская ее взгляда. Слава, стояла, как завороженная, не в силах сдвинуться с места. Сердце как бешеное колотилось в груди, а ладони почему-то вспотели.
— Обо мне, подумала? Благодарствую, милая, — посмеиваясь проговорил Искро останавливаясь напротив. Девушка нахмурилась. Мужчина протянул руку, забрав у нее кружку с водой, которую она так и сжимала в руке. Слегка запрокинув голову, стал жадно пить. Ее глаза скользнули по его шее, где под кожей двигался кадык. Разозлившись на саму себя, Слава резко развернулась и бросилась прочь.
Запыхавшись, она вбежала в сени и прислонившись к двери, прижала руки к груди пытаясь отдышаться. Этот степняк насмехается над ней? Ладно, посмотрим, кто будет смеяться последним. Ведь до состязаний остаётся совсем немного. Скрипнула дверь и в сени выглянул отец.