Чтение онлайн

В-четвертых, как результат всего вышесказанного, мы можем заключить, что основа христианского учения о браке, формирование чина Таинства Брака, нравственное богословие Христианской Церкви и многие другие аспекты этого вопроса в немалой своей степени основаны именно на ветхозаветных постановлениях и законах. В первую очередь, конечно же, на том благословении, которое Господь Бог дал первым людям в раю. Поэтому не представляется возможным для христианина отделять ветхозаветные заповеди от заповедей Нового Завета и учения христианской Церкви в целом.

Что касается дальнейшего догматико-исторического развития института брака, то здесь можно выделить следующее. На протяжении всей своей истории после входа в Землю Обетованную народ Израиля жил по данному ему законодательству. Возможные отступления от закона – это, скорее всего, частные случаи, так как мы уже знаем, что наказание за нарушение было достаточно строгое. Однако, если случались какие-либо грубые нарушения или массовые отступления от Закона, то Господь посылал к народу Своих пророков, которые обличали грехи и призывали людей к покаянию. Касается это и вопроса о чистоте взаимоотношений между мужчиной и женщиной. Одним из наиболее ярких примеров в этом вопросе является история царя Давида и Вирсавии (см. 2 Цар. 11: 2–12). В целом же институт брака в среде народа избранного не претерпевал каких-либо серьезных изменений.

Завершая рассказ о ветхозаветном периоде развития института брака, отметим, что параллельно тому процессу, который шел в жизни народа избранного, в языческом мире шли процессы прямо противоположные. Понятие о браке у языческих народов было также искажено под воздействием грехопадения, как и остальные сферы жизни. Подчас это приводило к формированию совершенно противоестественных традиций и ритуалов. Причиной же всего этого было то, что эти народы служили, поклонялись и молились не истинному Богу, Творцу мира, а различным богам и стихиям мира земного, которые, по учению Церкви, считаются падшими духами. О таком морально-нравственном и духовном разложении древнего языческого мира (в том числе, в брачных взаимоотношениях) свидетельствует известный исследователь Джеймс Д. Фрэзер, который в одной из своих работ, в частности, приводит следующие примеры: «На Кипре… обычай… требовал, чтобы перед замужеством все женщины отдавались чужестранцам в святилище богини (носила она имя Афродиты, Астарты или какое-нибудь еще). Подобные обычаи господствовали во многих частях Западной Азии. Каковы бы ни были причины существования этого обычая, придерживавшиеся его народы не рассматривали этот обычай как уступку похоти, а видели в нем неотъемлемый религиозный долг» [10, с. 348]. Однако вскоре в мир приходит Спаситель, Господь Иисус Христос, Который призвал все народы изменить свою жизнь и прийти к истинному пониманию и жизни в Боге.

Как мы уже отметили, очередным этапом развития христианского института брака можно считать приход в мир Господа Иисуса Христа и рождение христианской Церкви. Смысл этого развития заключался не столько в каких-либо кардинальных изменениях основ института брака, сколько в новом раскрытии этой темы в рамках учения Нового Завета, учения об отношениях человека с Богом и с ближним, а также в рамках тех отличий, которые в целом отличают христианство от религии древнего Израиля. Можно сказать, что в новозаветный период учение о браке сформировалось уже именно как Таинство Христианской Церкви, а также получило свое дополнительное раскрытие, особенно в речах Господа Иисуса Христа и посланиях святого апостола Павла.

Центральной частью всего учения Христианской Церкви о браке является учение Господа Иисуса Христа, а также те Его действия, которые были связаны с этим Таинством. О том, что говорит нам об этом Священное Писание Церкви, мы и будем говорить в данной части работы.

Первым действием, которое связано с Таинством Брака, совершенное Господом Иисусом Христом, является Его посещение брачного пира в Кане Галилейской. Более того, это связано и с первым чудом, которое Господь сотворил в Своем земном служении – чудом претворения воды в вино. Об этом событии нам повествует Евангелие святого апостола Иоанна Богослова. Приведем отрывок из Евангелия, повествующий нам об этом событии: На третий день был брак в Кане Галилейской, и Матерь Иисуса была там. Был также зван Иисус и ученики Его на брак. И как недоставало вина, то Матерь Иисуса говорит Ему: вина нет у них. Иисус говорит Ей: что Мне и Тебе, Жено? еще не пришел час Мой. Матерь Его сказала служителям: что скажет Он вам, то сделайте. Было же тут шесть каменных водоносов, стоявших по обычаю очищения Иудейского, вмещавших по две или по три меры. Иисус говорит им: наполните сосуды водою. И наполнили их до верха.

И говорит им: теперь почерпните и несите к распорядителю пира. И понесли. Когда же распорядитель отведал воды, сделавшейся вином, а он не знал, откуда это вино, знали только служители, почерпавшие воду. Тогда распорядитель зовет жениха и говорит ему: всякий человек подает сперва хорошее вино, а когда напьются, тогда худшее; а ты хорошее вино сберег доселе. Так положил Иисус начало чудесам в Кане Галилейской и явил славу Свою; и уверовали в Него ученики Его (Ин. 2: 1–11). Что же говорит нам этот отрывок об отношении Господа к Таинству Брака и его установлению в жизни Своей Церкви? В первую очередь, мы должны, конечно же, обратить внимание на слова Евангелиста о том, что Иисус был зван на брак вместе со Своими учениками. Это означает, что и жених, и невеста, и их родные были не только рады видеть Его на своем празднике, но и приняли в своем сердце то учение, которое Господь открывал народу Израиля. При этом мы должны понимать, что часть гостей, возможно, могла прийти на брак и сама, ибо такова была традиция всех восточных народов, когда гость считался самым главным в доме, в том числе и на свадьбе, и принимался с радушием. Здесь же мы видим, что Господь был именно зван, то есть был среди самых почетных гостей свадьбы. Уже одно это обстоятельство может служить свидетельством того, что брак – это особое, сокровенное, мистическое соединение мужчины и женщины, Благословителем которого является Сам Господь. Однако мало просто быть званым на брак, важно и прийти на него по собственной воле. Господь Иисус Христос приходит на брак и освящает его Своим присутствием. Именно этот момент считается в христианской Церкви одним из главных свидетельств и прообразов установления Таинства Брака в новозаветной Церкви Самим Господом. По этому поводу блаженный Феофилакт Болгарский пишет следующее: «Господь не отвергает приглашения и приходит, потому что Он смотрел не на собственное достоинство, а на то, что полезно и благотворно для нас. Тот, кто не счел низким быть между рабами, тем более не мог счесть низким пойти на брак» [4, с. 60]. Ключевыми словами для нас здесь могут служить то, что полезно и благотворно для нас. Своим присутствием и участием на брачном пире Господь подтверждает то, что брак – это освященный Богом союз мужчины и женщины. Он абсолютно законен и является спасительным средством, которое помогает людям противостоять многим страстям. Соответственно с этим, брак и является для людей полезным и благотворным. Об освящающем действии Таинства Брака – присутствием на нем Господа Иисуса Христа – говорят все отцы Церкви. Приведем некоторые высказывания современных нам богословов. Протопресвитер Михаил Помазанский пишет: «Господь Иисус Христос освятил брак Своим присутствием на браке в Кане Галилейской и здесь сотворил первое Свое чудо» [20, с. 363]. Достаточно ясно говорит нам об особом освящении Господом брачного союза, как особого Таинства (на примере Каны Галилейской), и протоиерей Николай Малиновский: «Поставляя брачное сочетание в прямую зависимость от Бога, сообщающего ему характер нерасторжимости, И. Христос тем показал, что брачные дела, начиная с заключения брачного союза до расторжения в исключительных случаях, подлежат не кесареви или власти гражданской, а к тому, что было Божиим (Мф. 22: 21) и имело подлежать ведению Церкви. Это, особенно в связи с тем, что Господь Своим личным присутствием почтил и, конечно, благословил брак в Кане Галилейской (Ин. 2: 1–11), приводит к предположению, что Ему благоугодно было установить в Своей Церкви для преподания брачующимся необходимого благословения Божия и благодати особое священнодействие» [13, с. 248].

Но и это еще не все. Господь не только присутствует на браке, не только освящает его Своим присутствием, Он совершает здесь Свое первое чудо во время земного служения – претворяет воду в вино, необходимое для праздника. Само это действие является уже чудом, однако Господь не только претворяет воду в вино – это вино лучше прежнего, которое было на празднике до этого. Об этом пишет в своем комментарии и блаженный Феофилакт: «Господь не просто сотворил из воды вино, но вино прекрасное. Ибо чудеса Христовы таковы, что гораздо превосходнее того, что совершается природою» [4, с. 65]. Претворение воды в вино в христианстве имеет множество значений, мы укажем лишь на некоторые из них. Об одном нам говорит блаженный Феофилакт Болгарский: «…Какое чудо совершает Господь при таком браке и при таком соединении Бога с душою. Он претворяет воду в вино, наполняет шесть каменных водоносов наших. Под «водою» ты можешь разуметь нашу водянистость, влажность и расслабление в жизни и мнениях; под пятью водоносами – пять чувств, которыми ошибаемся мы в делах; под шестым водоносом разум – которым мы колеблемся в мнениях. Итак, Господь наш Иисус Христос, евангельское Слово, врачуя наши падения, в деятельной ли то жизни, в умственной или созерцательной, жидкое и нетвердое в нас прелагает в «вино», то есть в жизнь и учение, вяжущее и веселящее, и, таким образом, шесть наших водоносов наполняются сим прекрасным напитком» [4, с. 63–64]. Это скорее аллегорическое значение данного чуда. Более глубокое значение данного чуда нам раскрывает епископ Кассиан (Безобразов), считая его определенным знамением: «Знамение в Кане заключается в том, что в нем дано ученикам предзрение Страстей, скажу больше: предвкушение Страстей… Вино есть образ крови. Совершенное Господом знамение и потому еще знаменательно, что наводит на мысль о крови. Евхаристической Крови мы причащаемся в вине» [12, с. 60]. Есть и практическое (литургическое) значение чуда с водой и вином. Так, отчасти основываясь именно на данном евангельском сюжете, вино вошло в чинопоследование Таинства Брака Православной Церкви. Об этом подробнее мы будем говорить ниже.

Теперь обратимся к тем речам Господа Иисуса Христа, в которых Он, в том числе, затрагивал и тему брачных взаимоотношений. Именно на этих словах Господа Православная Церковь и сформировала учение о христианском браке, его задачах и целях.

Одной из первых речей Господа, в которой Он затрагивает тему брачных отношений, является знаменитая Нагорная проповедь. Что же говорит Господь в Своей проповеди о браке?

Свою речь Господь ведет по принципу сравнения. Сначала Он говорит о заповеди, которая дана в законе Моисеевом, а потом дает ей Свое объяснение. Однако помимо простого объяснения ветхозаветной заповеди Иисус Христос привносит в нее и новый – новозаветный – смысл, возводит каждую заповедь на новый уровень. Господь не просто повторяет закон Моисея, Он Его обновляет с учетом того, что теперь в мир пришло спасение; теперь каждый человек (а не только еврей) имеет возможность войти в Царство Небесное, исправив свою жизнь и исполняя закон Нового Завета Бога с человеком. Может показаться, что те заповеди, которые дает Господь (в том числе и по вопросу брака) трудноисполнимы, а может, не выполнимы в принципе. Однако это не так. Смысл данных Господом обновленных заповедей заключается в том, что, исполняя их, человек поднимается на совершенно иной уровень своего духовно-нравственного бытия, рождается в новую жизнь. Можно сказать, что новозаветные заповеди Христа – это именно тот универсализм христианства, который позволяет каждому человеку достичь Дома Божия. По сути, жизнь по заповедям Господа Иисуса Христа – это путь святых, но именно к такому пути и призван каждый христианин.

Первое, что говорит Господь относительно отношений мужчины и женщины – это новое раскрытие заповеди, запрещающей прелюбодеяние. Господь говорит: Вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем (Мф. 5: 27–28). Как видим, Господь углубляет смысл ветхозаветного запрета на прелюбодеяние. Иисус Христос говорит людям о том, что не только физическое действие может быть нарушением заповеди, но даже действие разума, мысли, чувства, в конечном счете, души – все это также является нарушением закона, все это является грехом. Дело в том, что человек сотворен не только по плоти, но также и по своим личным качествам. Ему дарована Творцом свободная воля, разум, чувства и бессмертная душа. Именно эти характеристики определяют личность. Следовательно, если эти части личности человека поражены грехом, то, значит, человек грешит так же, как если бы делал это только физически, только по плоти. Можно даже сказать, что грех помышлением не менее серьезен, чем поступком, так как изначально грех поражает именно разум, чувства и волю человека, поражает его душу, а уже потом все это реализуется плотью. Именно поэтому Господь и делает акцент на греховном помысле, как начале человеческого падения. Архиепископ Аверкий (Таушев) так поясняет слова Господа: «Недостаточно одним внешним образом исполнять 7 заповедь закона Божия: «не прелюбодействуй», ограждая себя от грубого нарушения ее впадением в грех самым делом. Возвышая эту заповедь, Господь учит, что не только внешнее действие прелюбодеяния есть преступление, но и внутреннее вожделение, взгляд на женщину с вожделением» [1, с. 127]. Теперь мы видим новое содержание ветхозаветной заповеди. Если раньше человек мог считать грехом только поступок, теперь он должен считать грехом и свои противозаконные мысли, а это, несомненно, поднимает его на новый уровень своего духовного-нравственного развития. Теперь человеку требуется прикладывать больше сил для того, чтобы оградить от греха всю полноту своей личности. Блаженный Феофилакт Болгарский толкует слова Господа о сердечном прелюбодеянии так: «…Кто останавливается, всматривается и зрением воспламеняет похоть, потом снова смотрит с большим желанием удовлетворения похоти, тот уже совершил грех в сердце своем. Правда, он не исполнил его делом: что до того? Он не мог, а если бы мог, тотчас сделал бы грех самим делом» [7, с. 86]. Однако имеют ли приведенные слова Господа отношение к Таинству Брака? Несомненно, имеют. Во-первых, Господь говорит о грехе прелюбодеяния, то есть грехе с замужнею женщиной, хотя, конечно же, Его слова относятся к любому виду страсти блуда. Во-вторых, эта заповедь Божия призвана оградить семьи от возможных искушений прелюбодеяния, ведь именно супружеская измена является одной из главных проблем внутрисемейных отношений. Для того чтобы оградить человека от малейших поползновений к греху, Господь и дает нам новое понимание уже известной заповеди. Более того, Господь делает прибавление к заповеди, говоря достаточно резкие слова о том, что должен сделать человек, если его искушает страсть: Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну. И если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну (Мф. 5: 29–30). Для людей внецерковных эти слова Господа могут показаться даже противоестественными; однако Христианская Церковь давно дала свой ответ на все недоумения. Блаженный Феофилакт пишет: «Слыша о глазе и руке, не подумай, что здесь говорится именно о сих членах. В сем случае Он не присовокупил бы «правый глаз и правая рука». Здесь говорится о людях, которых любим и бережем, как правый глаз и правую руку, но которые препятствуют нам делать дела Божии. Так, например, юноша, если имеет распутных друзей и терпит от них душевный вред, должен оставить, бросить их. Сим, может быть, спасешь и их, если придут в чувство, а если не спасешь их, то, по крайней мере, спасешь себя. Но если будешь продолжать к ним любовь, то погибнешь и ты, и они, то есть все тело» [7, с. 86–87]. Приведем и толкование о. Аверкия: «В случае соблазна на грех нужно проявлять такую решимость к пресечению соблазна, чтобы не пожалеть ничего самого дорогого, каковыми являются для человека собственные члены – члены его тела, глаз или рука. В данном случае глаз или рука указываются здесь как символы всего драгоценного для нас, которым мы должны жертвовать ради того, чтобы искоренить страсть и избежать впадения в грех» [1, с. 127]. Таким образом, мы видим, что данные слова Господа относятся более к нашим внутренним греховным чувствам и стремлениям, с которыми мы и призваны бороться, отсекая их от себя, и никто не требует от нас физического членовредительства, ведь как мы помним, тело человека есть храм Духа Святого.

Далее Господь затрагивает тему развода, так как она тоже являлась актуальной в те времена и продолжает оставаться таковой и в наши дни. Сразу заметим, что сам по себе развод является, несомненно, трагедией в жизни семьи. Господь не желает этого никому, и Его Церковь призвана всеми силами хранить христианские семьи от этой беды. Однако в случае, когда развод неизбежен, Господь говорит следующее: Сказано также, что если кто разведется с женою своею, пусть даст ей разводную. А Я говорю вам: кто разводится с женою своею, кроме вины прелюбодеяния, тот подает ей повод прелюбодействовать; и кто женится на разведенной, тот прелюбодействует (Мф. 5: 31–32). В этих словах Господа мы вновь видим новое осмысление, новое раскрытие уже, казалось бы, известной народу избранному заповеди. По ветхозаветному закону, муж при разводе должен был дать жене разводное письмо, чтобы она могла выйти замуж еще раз, а также для решения других социальных вопросов. Однако по какой причине допускался развод, данная заповедь не говорила. Архиепископ Аверкий (Таушев) поясняет: «Господь в другом месте (Мк. 10: 2–12) говорит, что разрешение разводиться с женой дано Моисеем евреям «по их жестокосердию», что изначально было не так, что брак установлен Богом как союз нерасторжимый. Он расторгается сам собою только в случае прелюбодеяния одного из супругов» [1, с. 127]. Теперь же Господь раскрывает ее в полном ее значении. Он указывает на то, что в семейной жизни есть только одна причина для разрыва отношений – это прелюбодеяние, то есть измена. Причина этого кроется в том, что в результате супружеской измены семьи как таковой уже и не остается, разрываются внутренние связи, нарушается тайна супружеского бытия, освященная в Таинстве Брака. Именно поэтому Господь и говорит, что в случае прелюбодеяния муж может дать развод своей жене (естественно, это может быть и по отношению жены к мужу). Однако Господь добавляет, что в иных случаях разводное письмо может служить поводом к прелюбодеянию, то есть, если развод дается без особых для того причин. В этом случае дающий развод толкает свою вторую половину на грех прелюбодеяния и сам может впасть в тот же грех. Блаженный Феофилакт Болгарский добавляет: «Господь не нарушает Моисеева закона, но исправляет его и запрещает мужу ненавидеть свою жену без вины. Если он оставит ее по уважительной причине, то есть за прелюбодеяние, не подлежит осуждению, а если не за прелюбодеяние, то подлежит суду, потому что, если бы никто не взял ее, она, быть может, возвратилась бы к прежнему мужу и покорилась бы ему. А христианину должно быть миротворцем и для чужих, тем более для своей жены, которую Бог совокупил с ним» [7, с. 87–88]. Таково отношение Господа Иисуса Христа к разводу и супружеской измене. Вслед за Господом это понимание приняла и Христианская Церковь. Именно на словах Господа она и основывает все свои положения.

Следующий евангельский момент, связанный с учением Господа о браке, произошел тогда, когда Иисус Христос отвечал на вопросы книжников и фарисеев. Приведем этот отрывок: И приступили к Нему фарисеи и, искушая Его, говорили Ему: по всякой ли причине позволительно человеку разводиться с женою своею? Он сказал им в ответ: не читали ли вы, что Сотворивший вначале мужчину и женщину сотворил их? И сказал: посему оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей, и будут два одною плотью, так что они уже не двое, но одна плоть. Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает (Мф. 19, 3–6). Эта первая часть ответа Господа ясно показывает нам то единство, в котором существует Пресвятая Троица. То, что заповедал Бог в саду Эдема, спустя тысячелетия повторяет Сын Божий – Второе Лицо Пресвятой Троицы. Это заповедь о муже и жене, которые суть одна плоть. Слова Божиего обетования повторяются Господом снова; Он даже и не добавляет ничего нового, ибо эта заповедь вечна. Единственные слова, которые Господь добавляет, касаются недопустимости человеческими силами разлучить освященный Богом союз: Что Бог сочетал, того человек да не разлучает. Этими словами Господь Иисус Христос прообразует то Таинство, которое в дальнейшем сформируется в лоне христианской Церкви. Комментируя ответ Господа, архиепископ Аверкий (Таушев) заключает: «Господь указывает на образ творения Богом мужа и жены, данный в Писании, раскрывая тем истинный смысл брака как богоустановленного учреждения… Бог сотворил одного мужчину и женщину, следовательно в намерении Творца было, чтобы мужчина имел лишь одну жену и не оставлял бы ее. Эта связь супружеская ближе и теснее, чем кровная связь… Два человека становятся как один по мыслям, чувствам, намерениям, действиям – они должны быть одним существом. А если они так соединены по первоначальному Божественному установлению, то и не должны разлучаться» [1, с. 229–230]. Во второй части Своего ответа фарисеям Господь повторяет то же, что Он уже сказал в Нагорной проповеди: …Я говорю вам: кто разведется с женою своею не за прелюбодеяние и женится на другой, тот прелюбодействует; и женившийся на разведенной прелюбодействует (Мф. 19: 9). Спаситель снова делает акцент на том, что есть только одна причина для развода; все остальное, наоборот, повод для прелюбодейства. В тот момент Господь отвечал фарисеям на их искусительные вопросы, которыми они хотели уловить Господа в противоречии Закону или обмане. Сделать этого им не удалось, так как Господь и есть Тот, Кто дарует людям закон. Для нас же Его слова являются основой нашей христианской (в том числе и семейной) жизни. В отличие от того, что Господь говорил в Нагорной проповеди, здесь Он делает одно добавление. Он особо подчеркивает, что закон Моисеев разрешал расторгать брак только лишь из-за «жестокосердия» евреев, то есть из-за их духовных слабостей и немощей. В идеале же [2] брак не должен быть расторжим ни при каких обстоятельствах, тем более что зачастую за эти обстоятельства отвечают сами люди. Архиепископ Аверкий подтверждает эту мысль следующим комментарием: «Моисей позволил развод лишь «по жестокосердию», вследствие того, что мужья мучили и истязали нелюбимых ими жен, т. е. допустил меньшее зло ради избежания большего. Христос же восстанавливает первоначальный закон брака, утверждая его нерасторжимость» [1, с. 230]. Здесь мы можем отметить, что, действительно, со времен Моисея и до времени прихода Христа нравственность в иудейском обществе существенно ослабла, многие заповеди относительно духовной чистоты выполнялись лишь номинально, а многие и попирались. Именно поэтому Господь восстанавливает тот закон о браке, который был дан Богом посредством Своего пророка Моисея – народу избранному. Помимо восстановления этого закона, Господь, опять же, наполняет его более глубоким духовно-нравственным смыслом. Эпизод, который мы сейчас рассмотрели, описывается также в Евангелии от Марка (ср. Мк. 10: 2–12) и частично у евангелиста Луки (ср. Лк. 16: 18). Также в Евангелии от Марка мы встречаем еще один эпизод, связанный с искусительным вопросом Господу от саддукеев [3] на тему брака. Приведем этот отрывок полностью: Пришли к Нему саддукеи, которые говорят, что нет воскресения, и спросили Его, говоря: Учитель! Моисей написал нам: если у кого умрет брат и оставит жену, а детей не оставит, то брат его пусть возьмет жену его и восстановит семя брату своему. Было семь братьев: первый взял жену и, умирая, не оставил детей. Взял ее второй и умер, и он не оставил детей; также и третий. Брали ее за себя семеро и не оставили детей. После всех умерла и жена. Итак, в воскресении, когда воскреснут, которого из них будет она женою? Ибо семеро имели ее женою? Иисус сказал им в ответ: этим ли приводитесь вы в заблуждение, не зная Писаний, ни силы Божией? Ибо, когда из мертвых воскреснут, тогда не будут ни жениться, ни замуж выходить, но будут, как Ангелы на небесах (Мк. 12: 18–25; ср. Мф. 22: 24–30; Лк. 20: 28–36). Разбирая этот момент и, в частности, ответ Господа, мы должны сразу же отметить два важных момента. Во-первых, речь здесь идет, преимущественно, о ветхозаветном правиле левирата (о котором мы говорили выше), который позволял брату умершего мужа брать себе в жены его овдовевшую супругу. Это было законно и часто практиковалось в среде евреев. Во-вторых, прекрасно зная причины и сущность данного правила, саддукеи, тем не менее, задают его Господу, надеясь на неправильный или противоречащий Закону Моисея ответ. Если бы такой ответ был дан, то саддукеи могли бы легко обвинить Господа в нарушении религиозного законодательства, смущении народа или богохульстве. Задавая свой вопрос, саддукеи умышленно извращают саму идею левирата. Блаженный Феофилакт Болгарский объясняет: «Как люди коварные, они выдумывают такую повесть с тем, чтобы ею ниспровергнуть истину Воскресения. Они дают вопрос о том, чего никогда не бывало, да и быть не может. А что семь мужей брали (один после другого) одну и ту же жену, это они выдумали для большего посмеяния над Воскресением» [6, с. 133]. Однако Господь не дает им возможности насмешки. Как видно из вопроса, он уже изначально был не честен, так как, спрашивая о воскресении мертвых, сами саддукеи в это воскресение не верили. Тем не менее, что же отвечает Господь, и какое отношение Его ответ имеет к христианскому учению о браке? Христос, отвечая на вопрос, сначала обличает самих саддукеев в том, что они не знают Священного Писания, а также не верят в силу Божию. Не знают Писания, так как, если бы они его знали, то знали бы и всю сущность закона о левирате. Не верят же в силу Божию (а значит и в Самого Бога), так как, если бы верили в Его силу, то не сомневались бы в Его могуществе и способности восстановить законный порядок отношений. Конечно же, саддукеи знали Писание, поэтому Господь говорит и том, что они не понимают его истинного смысла, искажают его. Что касается учения о браке, то нам важна вторая часть ответа Господа: Когда из мертвых воскреснут, тогда не будут ни жениться, ни замуж выходить, но будут, как Ангелы на небесах. В этих словах Господь приоткрывает нам тайну будущей жизни людей в Царствии Небесном. Мы видим, что, по слову Господа, в Царствии Божием уже не будет браков, не будет разводов и других подобных отношений. Почему такое может быть? В первую очередь, это связано с тем, что сама жизнь человека, по его воскресении, будет совершенно иной, нежели нынешнее земное существование. В этой жизни (о которой мы можем говорить лишь приблизительно, гадательно) люди будут находиться в преображенном состоянии, как по плоти, так и по духу; да и сама жизнь будет иметь иные цели, иные ориентиры. Именно об этом и говорит саддукеям Христос. Блаженный Феофилакт толкует слова Господа Иисуса Христа следующим образом: «По Воскресении… состояние воскресших будет не чувственное, но богоподобное, и образ жизни Ангельский. Ибо мы уже не будем подлежать тлению, но будем жить вечно… Ныне брак существует по причине смертности, чтобы, поддерживаясь преемством рода, мы не изгибли. Но тогда, подобно Ангелам, люди будут существовать без посредства брака, никогда не умалятся в числе и пребудут всегда без убыли» [6, с. 134]. Подтверждая мысль о том, что саддукеи не понимали сущности Писаний, духа учения о воскресении, архиепископ Аверкий (Таушев) пишет: «Господь дал саддукеям мудрый ответ, обличив их в том, что они не понимают будущей вечной жизни, в которой уже не будет ничего чувственного, и люди будут жить иною жизнью, духовною, ангельскою, «как Ангелы Божии на небесах» [1, с. 266]. Что касается учения Христианской Церкви о браке, то слова Господа можно прокомментировать так. Да, в жизни вечной уже не будет привычных для нас земных отношений, не будут заключаться браки, не будет семейных и бытовых вопросов. Однако при этом мы не должны умалять значения Таинства Брака, ибо, даже будучи земным, оно освящается в Таинстве Самим Богом, а значит, имеет отношение и к жизни вечной. Мы можем лишь предполагать о том, как супружеские права будут реализовываться в жизни вечной, в каком отношении будут находиться супруги друг к другу и к окружающим. Отметим, что на эти вопросы Церковь никогда не давала однозначного ответа, так как, по слову святого апостола Павла, тайна сия велика. И опять же, обращаясь к святому апостолу Павлу, мы должны заметить, что по многим вопросам нашего будущего состояния после всеобщего воскресения (в том числе и по вопросу супружеских взаимоотношений) Церковь старается говорить осторожно, прикровенно, так как сейчас мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда познаю, подобно как я познан (1 Кор. 13: 12).