Чтение онлайн

В своем послании нации в 1971 году президент США Ричард Никсон обещал, что он «развернет широкую кампанию, чтобы найти средство от рака». И поддержал свои слова выделением 100 миллионов долларов на эту цель. Он также сказал: «Пришло время сконцентрировать наши усилия для победы над этим мрачным заболеванием, так же, как мы смогли это сделать, расщепив атом и высадив человека на Луну. Давайте объявим всеобщую мобилизацию для достижения этой цели».

Ликвидация рака закономерно была провозглашена следующей задачей. Эта болезнь собирала страшную жатву. Сейчас нельзя точно назвать цифры заболеваемости раком в то время, но по самым оптимистичным подсчетам около 650 000 человек в 1972 году должны были услышать страшные слова: «Сожалеем, но у вас обнаружен рак». Две из трех семей должны были пострадать от онкозаболеваний.

В XX веке было совершено множество открытий в медицине. Мы изобрели антибиотики для лечения инфекций и вакцины против вирусов. Естественно было предположить, что победа над раком не будет так уж тяжела. Наша уверенность опиралась на явную взаимосвязь образа жизни и появления опухолей. Например, курение было признано причиной возникновения рака легкого. Считалось, что и для других типов опухолей будут найдены такие же явные причины.

Одновременно улучшалось качество лечения. Приблизительно двое из пяти заболевших имели продолжительность жизни более 5 лет – впечатляющая цифра, если принять во внимание, что в 1930-х годах эта цифра составляла менее 1 человека из пяти. На прилавках аптек имелся целый ряд многообещающих лекарств против некоторых видов опухолей, еще больше лекарств было уже на подходе. Благодаря новым разработкам в химиотерапии коэффициент выживаемости при лимфоцитарной лейкемии (наиболее часто встречающийся рак детского возраста) достиг 3 лет у 15% заболевших детей в начале 1970-х годов, в сравнении с 2% в начале 1960-х. За тот же период коэффициент выживаемости при болезни Ходжкина вырос с 44% до 61%.

Это было время, когда казалось, что успехи в лечении перейдут в полную победу над заболеванием. Миновал период разочарований 1950-х годов, когда считалось, судя по словам бывшего руководителя Национального института по изучению рака Винсента Т. Де Вита, что: «разговоры про лечение рака с помощью лекарственных средств несовместимы со здравым смыслом». Оптимизм витал в воздухе.

Мэри Вуддард Ласкер родилась в штате Висконсин в 1900 году, и именно она зажгла первый огонек надежды. Йонас Салк, подарившая нам первую вакцину от полиомиелита, называла ее «свахой науки и общества».

Когда Ласкер впервые обратила внимание на онкологические заболевания, эта категория болезней считалась «позорной». «Слово «рак» было неприлично произносить вслух», – вспоминала она. В 1940-х годах у домработницы, которая служила у них много лет, обнаружили рак молочных желез и удалили обе груди. Она стоически отказывалась рассказывать кому бы то ни было о том, что с ней случилось. Это был тот водораздел, с которого Ласкер начала свой курс на изменение общественного отношения к этому заболеванию.

«Я противодействую сердечным заболеваниям и раку и тем самым освещаю путь для противодействия греху», – заявляла она.

Мэри Ласкер убедительно и страстно отстаивала свою правоту, а ее брак с Альбертом Ласкером навсегда изменил медицину. Ее муж был президентом рекламной компании и продвигал продажу товаров, ставших впоследствии культовыми: сигареты «Лаки Страйк», зубную пасту «Пепсодент», апельсины «Санкист». Видимо, он кое-что смыслил в искусстве продаж и подаче рекламного материала.

Семейная чета организовала влиятельное лобби, которое смогло вынудить правительство кардинально увеличить финансирование медицинских исследований.

Американское общество по контролю за раком преобразилось после того, как Ласкеры вложили в эту работу все свое обаяние, связи, свой предпринимательский талант. В начале 1940-х численность сотрудников организации не превышала 1000 человек, а ежегодный бюджет едва ли достигал 100 000 долларов, из которых ни цента не тратилось на исследования. К 1948 году они возглавили организацию, переименовали ее в Американское общество противодействия раку (АСS) и пополнили его казну 14 миллионами долларов через активный сбор средств. 25% этих денег шли на исследования. АСS превратилось во влиятельную организацию, ведущую просветительскую деятельность, а также привлекающую все более значительные суммы для борьбы с онкозаболеваниями.

Благодаря финансовому гению Ласкеров главные печатные издания и радио, которое в те годы было главным поставщиком информации в семьи, стали уделять гораздо больше внимания онкологическим заболеваниям. Это было время, когда выработались новые формы национального диалога по проблеме рака. Оседлав волну интереса к проблеме, Мэри Ласкер и возглавляемое ей АСS вынудило Конгресс США увеличить финансирование Национального института злокачественных новообразований (NCI). Федеральные ассигнования резко возросли: с 1,75 миллиона долларов в 1946 году до 14 миллионов в следующем.

Муж Мэри умер в 1952 году от раковой опухоли, что только добавило ей настойчивости. Она нашла общий язык с исследователем Сиднеем Фарбером, патологоанатомом из Бостона, которого считают родоначальником современной химиотерапии. В 1947 году доктор Фарбер впервые использовал в клинической практике аминоптерин (открытый доктором Йеллапрагадо Суббарао) и получил временную ремиссию у детей с острой лимфоцитарной лейкемией. Ныне его именем назван Институт рака в Бостоне, один из ведущих мировых онкологических центров.

Убежденные в возможности излечения от онкологических заболеваний, Ласкер и Фарбер не ослабляли своих требований по финансированию исследований, и федеральные ассигнования продолжали расти. К 1961 году бюджет Национального института злокачественных новообразований составлял уже 110 миллионов долларов. Тем не менее Ласкер считала федеральные затраты недостаточными. В конце 60-х годов она призывала «объявить войну раку».

Вместе со своими соратниками она организовала «Комитет граждан против рака», который разместил свой призыв на полном газетном развороте в «главных изданиях: «МИСТЕР НИКСОН, ПОМОГИТЕ ВЫЛЕЧИТЬ РАК». Рекламный призыв содержал также цитату доктора Фарбера: «Мы в шаге от создания лекарства против рака. Нам просто не хватает политической воли, денег и системного плана. Все это было отдано для доставки человека на Луну». Необходимо отметить, что с момента высадки на Луну прошло всего 5 месяцев.

В 1971 году Конгресс провел слушания в подкомитете, где обсуждался Национальный закон о раке. Слушания проходили в институте рака Розуэлл Парк, Буффало, штат Нью-Йорк. Этот институт был основан в 1898 году и был самым первым онкологическим центром в США. Представитель штата Нью-Йорк Джек Кемп образно продемонстрировал, какую дань платят люди этой болезни: только за один год (1970 г.) от рака погибло больше людей, чем за все шесть лет войны во Вьетнаме. Онкологические заболевания занимают в графе «причина смерти» второе место после сердечно-сосудистых заболеваний. Ситуация не изменилась и в нынешнее время.