Чтение онлайн

Тут пришло время и мне удивляться:

– Почем ?!

"Человек ставит себя выше жизни", - Данила процитировал мои слова.
– Но разве это не смерть, если выше жизни? Суть не в том - выше или ниже жизни, суть в том, что вне жизни!

– Что ты имеешь в виду?
– я все еще не мог понять логики его рассуждений.

– Ну, посуди сам. Кристина находится в плену своих чувств. Там все: страдание, боль, страх.

– Ну, и...

– И она стоит на дороге смерти!

*******

Мы встречали Никиту в аэропорту. Данила заметно нервничал. Он рассказал Никите по телефону о результатах нашего визита к врачу Кристины, и предупредил, что мы будем его встречать.

– А вдруг он к нам не подойдет? Мы же сами не знаем, как он выглядит, Данила высказал мне свои опасения.

– Даже если он сделает такую глупость, я надеюсь, что он поможет Кристине, - ответил я.

– Не уверен, что она его послушает...

– Об этом я не подумал...

– Вы Данила?
– раздалось сбоку.

Мы повернулись, как по команде, и увидели молодого мужчину - высокого, красивого и бледного, как полотно.

– Да. А вы Никита?
– ответил Данила.

– Да.

– Это Анхель, знакомьтесь.

– Никита.

Мы пожали друг другу руки и направились к стоянке такси.

– Я боялся, что вас не будет, - сказал Никита по дороге.

– В смысле?
– не понял Данила.

– Думаю самые ужасные вещи. Вдруг вы действительно ее украли, а переговоры о выкупе легче вести здесь. Вот и вызвали меня, - Никита посмотрел на нас еще раз и, кажется, немного успокоился.

– А мы боялись, что вы к нам не подойдете, - отшутился Данила.
– Можно на "ты"?

– Да, конечно. Так будет легче. Мы сели в такси.

– Почему ты так отреагировал, когда я сказал, что она воспользовалась большой синей сумкой?
– спросил Данила.

– Привычка, - ответил Никита.

– В каком смысле?
– я не понял его ответа.

– Она берет ее только в том случае, когда уезжает в деревню. Там дом ее покойной бабки, - пояснил Никита. И добавил: - Всегда берет.

– Что ей могло понадобиться в деревне?
– меня это удивило.

– Анхель? Если я не ошибаюсь...
– уточнил Никита.

– Да.

– Вы, верно, иностранец?

– Да, я мексиканец.

Тем более. Если ты ведешь в России бизнес, то у тебя время от времени возникает навязчивое желание провалиться сквозь землю. Пропасть, раствориться, временно умереть. Так, чтобы никто, даже самые близкие люди не могли тебя достать.

У Кристины такое желание возникает не реже, чем раз в два-три месяца. И тогда она уезжает в этот дом, в глухую деревню. Там и мобильник не берет. Так что, даже если и захочешь, ни с кем не сможешь переговорить.

Такая своеобразная самоизоляция - от всех сбежать, обо всем забыть. Больше, чем на пару дней нельзя, но на пару иногда можно. Вот Кристина и бегает в этот дом. Не знаю, почему она берет с собой эту сумку, но это верный признак.

– Дорога туда известна?
– спросил Данила.

– Дорога известна. Это за двести километров от Москвы. Глухое место...

– Плохие новости, - буркнул Данила.

– Хорошо хоть дорогу знаем, - протянул я и уставился в окно.

– Простите, но вам-то какое до этого дело?

Никита, допустим, - начал Данила, - ты знаешь, что некий человек находится в смертельной опасности. Более того, что он хочет покончить с собой... А я думаю, что дело именно таким образом и обстоит. Ты будешь сидеть и ждать, пока в местной газетенке разместят его некролог?

– Покончить с собой?!
– Никита не знал, как реагировать.

– А что она, по-твоему, делает?
– Данила уставился на Никиту.

– Я не знаю, не знаю... Ничего понять не могу. Все, кажется, было нормально...

Когда он говорил это, мне стало не по себе. Душевное смятение, которое он испытывал, невозможно описать словами. В нем буквально ходуном ходила бессильная злоба и отчаяние. Страх потерять самое дорогое, что было в его жизни, казалось, лишило Никиту разума.

Такси подъехало к его дому, и он начал прощаться.

– Нет-нет, мы не прощаемся Никита, - оборвал его Данила.
– Мы едем с тобой.

– Со мной?!
– он удивился и, наверное, даже не понял этих слов. Зачем?!

– Послушай, Никита, она сбежала ото всех. Так?
– Данила был спокоен и уверен.

– - Так.

– И от тебя?
– тут же продолжил Данила.

– И от меня...
– Никита растерялся.

– Почему ты решил, что ты один сможешь ей помочь?

– Потому что я люблю ее! И это мой ребенок.

– Насколько я понял, это ее ребенок, а ты его папа. У вас такой уговор...
– Данила внимательно вглядывался в зеленые глаза Никиты.

– Откуда тебе это известно?!
– Никита был в растерянности.
– Да это шутка, просто мы...

– Никита, раз мне это известно, то, наверное, я что-то понимаю в происходящем. Так?

– Так.

– И я говорю тебе, Никита, что это не шутка. Раз! И что ты один не справишься. Два! А теперь решай сам - остаемся мы или едем с тобой?

Никита озадаченно посмотрел по сторонам.

– Вы едете со мной...
– произнес он через секунду.

– О чем я и говорил, - подтвердил Данила.
– И пожалуйста, Никита, пойми, это нужно всем нам. Жизнь сложнее, чем тебе кажется, и проще, чем ты думаешь.

– В смысле?

– Слушай, давай обсудим это по дороге! Выходите!

На этих словах Данила стал рассчитываться с обескураженным таксисом, который наблюдал за нашей беседой с выпученными глазами.

Мы вышли из машины и уже через минуту сидели в автомобиле Никиты.

Никита гнал, как сумасшедший.

Данила сидел на переднем пассажирском сидении, я - сзади.

Свет фонарей, непроглядная ночь, моросящий дождь.

И странный для Никиты разговор.

*******

Откуда, ты думаешь, я знаю про плошкоштопие?
– спросил у него Данила.