Чтение онлайн

Поставив вокруг тела едва заметный щит силы, последовал за ней. Теперь холод не станет доставлять каких-либо неприятностей и удастся долго держаться под водой, «…во мгле печальной, гроб качается хрустальный…» — всплыли в голове слова великого поэта, когда я разглядел покоящееся на озерном дне сооружение. Четыре небольших резных колонны, над ними портик крыши. Внутри, за стенками, удерживаемыми полем силы, на подставке стоит стеклянный саркофаг, а в нем лежит обнаженное женское тело. Молодое и красивое. Так и хочется открыть крышку и поцеловать в хладные уста, с затаенной надеждой — вдруг оживет? Вот только пройти через защитный полог никак не получается, не пропускает он ни меня, ни Марину. Показываю девушке большой палец, направленный к поверхности, предлагая всплывать.

— Интересно, кем она была при жизни? — спросила Ведьма, когда мы выбрались на берег и грелись в лучах опускающегося солнца.

— Мы это можем попробовать у нее самой спросить, — ответил ей, немного подвинув ногу девушки, которую она закинула на меня.

— Ты всерьез считаешь ее живой? — удивленно спросила она, даже немного привстав.

— Хоть поле и не дает пробиться внутрь взгляду силы, я отметил его плотную насыщенность жизненной силой, — рассказал ей про свои наблюдения. — И эта сила явно выходит из того саркофага, — добавил чуть погодя, проанализировав свои ощущения, возникшие при взгляде на подводное сооружение.

Только такой особенный щит силы смог не пропустить двух весьма продвинутых по местным меркам магов. Подключиться к той жизненной силе ни мне, ни Марине тоже не удалось, следовательно — ее частота или уровень существенно выше, чем наш. А мы по этому уровню явно превосходим остальных аборигенов. Весьма непростая девица лежит на озерном дне, и лучше пока ее не беспокоить, а то и вправду разбудишь, на свою голову.

— Может, попробуем нырнуть еще разок? — предложила сильно заинтересовавшаяся Ведьма.

— Не стоит, — я едва удержал ее от очередного порыва, прижав ее ногу к себе, — нас тот щит сейчас не пропустит, но можем просто искупаться.

— Давай… — Она ловко вывернулась из моих объятий, и опять с разбега прыгнула в воду.

Вдоволь накупавшись, мы снова развалились греться на солнце, одновременно вышелушивая кедровые орехи из шишек с помощью магии. Мусор потоком летел в один мешок, орехи в другой. Запаса шишек надолго не хватило, преодолев лень, сходил к лесу и принес еще, заодно высыпав пустую шелуху подальше от красивого озера. Набрав полный мешок орехов, мы наконец-то успокоились и снова прыгнули в воду радостно плескаться у самого берега.

— Ты никогда не думаешь о том, как попасть домой, в наш мир? — вывела меня из молчаливого созерцания водной глади незаметно подобравшаяся сзади девушка.

У каждого лесного озера своя особенная красота: где-то вся поверхность затянулась листьями кувшинки, некоторые озера прячут свои воды за высокой стеной камышей. Здесь же ни того, ни другого нет, за отступившими от воды деревьями растет мелкая трава, и от самого берега начинается чистая водная гладь. И вокруг стоит какая-то особенная тишина, лишь изредка нарушаемая порывами ветра.

— Тебе уже сильно надоело тут? — удивленно переспросил ее. — Ностальгия замучила, хочешь вернуться домой, отказавшись от того могущества, которым ты здесь обладаешь?

— Да к чему мне это могущество, — недовольно фыркнула Марина. — Вот мы с тобой милуемся почти каждый вечер, а где, спрашивается, результат?

— Ты так сильно торопишься стать матерью? — спросил ее с некоторым недоумением в голосе.

— Нет, — она покачала головой, явно думая о чем-то другом, — мне так даже хорошо, просто здесь все как-то неправильно. Жить только для себя приятно, но тут нет будущего, раз нет детей! — уверенно заявила она.

— За пределами Смертных Земель есть, — ответил, вспоминая рассказанные мне чужие истории, объясняющие, почему тут так все устроено. — Здесь же, по нашим представлениям, — тюрьма строгого режима, каторга, и вообще нехорошо новому человеку появляться на белый свет сразу за решеткой.

— Давай попробуем все это изменить, а? — Марина посмотрела на меня с большой надеждой. — Я знаю, ты сможешь, главное — захотеть!

— Попробую, но только после окончания войны, — своим ответом подарил ей желанную надежду. — Сначала самим нужно выжить и защитить тех, кто доверился нам. У нас обязательно все получится, даже возвращение в свой мир, если ты так сильно хочешь.

Последние слова явно удовлетворили рыжую Ведьму, и она вскоре страстно пожелала кое-чего другого, мгновенно заразив меня своим желанием. И мы не стали кого-либо стесняться, особенно ту, которая уже столько лет пролежала на озерном дне. В тот вечер мы так и не увидели, как немного изменилось выражение ее лица, которое, казалось бы, застыло камнем целую вечность назад.

Охота на охотников

Утром следующего дня наконец началась охота. Только охотились не мы — охотились на нас. Стоило отойти от озера на пару километров, как кто-то «срисовал» нас совершенно необычным взглядом силы. По нему даже направление установить не удалось. Увеличив бдительность, мы стали продвигаться в сторону города алхимиков, желая выйти на дорогу, в лесу даже на мотоциклах сложно оторваться от преследования. Особенно сейчас, когда приходилось вести их, толкая за рули, дабы пробраться через мягкий глубокий мох подлеска, по которому нормально проехать не получалось. Торопились, ибо пройти оставалось еще немного, а там — пусть попробуют догнать… Однако так просто отпускать нас никто не хотел. Ментальный удар противника оказался совершенно неожиданным. В нем не было боли или каких-либо иных неприятных телесных переживаний, он давил именно на психику, сначала едва заметно, а потом во всю силу подавляя желание куда-либо двигаться и вообще сопротивляться. Сам окружающий воздух вдруг стал вязким и тягучим, как кисель, любые движения требовали огромных усилий. И наоборот, стоит лишь встать на месте или вообще лечь на землю, свернувшись калачиком — непременно пришло бы чувство блаженного умиротворения. Лишь только мы успели осознать пагубность такого воздействия и поставить внутренние барьеры, как из-за ближайших деревьев к нам метнулись стремительные тени. Вот только когти оказались слишком коротки против щитов силы. Большие лесные коты, а это оказались именно они, попытались сразу же броситься второй раз, только уже и мы сбросили с себя липкое наваждение, ударив в ответ. Марина впилась в одного хищника своим щупальцем, свалив его в прыжке, второму я всадил в голову парализующий заряд. Не помогли им ни скорость, ни какая-то особенная невидимость. Но котов оказалось больше двух, и остальные быстро растворились в лесу, окатив нас волной голодной злобы и липкого презрения. Пытался пообщаться, кинув им вслед несколько подходящих образов, дабы спокойно разойтись миром, — бесполезно. Хищники продолжали ментально давить, хотя их силы заметно поубавились. Но они не уходили, на что-то явно рассчитывая.

— Остальных своим щупальцем достать сможешь? — спросил Марину, заметив, как она наконец-то отключилась от выпитого ею лесного кота.

Больше всего эти хищники напоминали леопардов, только крупнее. Меньше тигра, но ненамного. Пятнистая серо-желтая шкура, острые когти на мощных лапах, длинный хвост. Причем оба наших трофея были молодыми самцами, только недавно вошедшими в возраст половой зрелости и не набравшими достаточного ума, дабы не бросаться второй раз на добычу, оказавшуюся слишком сильной. Другие коты отличались большим опытом и явным благоразумием, потому после первой неудачи сразу же резко ушли в отрыв.

— Никак не могу поймать… — ответила Ведьма немного погодя, — слишком быстро двигаются и не подходят близко. Такое ощущение — они кого-то ждут, стараясь просто задержать нас.

— Раз они ждут — то и мы подождем. — Я принял решение никуда не уходить и помериться силой с новым противником. — Помоги снять шкуры, — обратился к напарнице, мысленно передавая картинку с вариантами этой самой помощи.

С помощью магии разделка туш заняла не больше двадцати минут. Даже кровью не перемазались, действуя на расстоянии с помощью телекинеза. Чтобы сохранить ценные трофеи в идеальном состоянии, я сразу же вносил в них укрепляющие и консервирующие плетения, благо после работ с кожаными доспехами неплохо освоил это мастерство. Ментальное давление, ставшее еще более злобным, уже не доставляло каких-либо проблем, так как к нему постепенно выработался стойкий иммунитет. Запихнув снятые и обработанные шкуры в мешки, исследовал потроха убитых зверей на предмет каких-либо полезных для зелий свойств. Что-то явно выделяющееся на общем фоне нашлось только в печени и половых органах. Моих знаний определить конкретнее не хватало, потому решил вырезать эти ингредиенты и захватить с собой.

— Никогда не стану это есть, даже не предлагай! — категорично заявила Марина, наблюдавшая за моими манипуляциями с заметным отвращением на лице.

— А тебе и не достанется, тут мне и одному мало! — заговорщически подмигнул ей.

— Вы, мужики, совершенно неисправимы, — с грустной улыбкой покачала она головой, глядя, какие части тел привлекли мое внимание и, видимо, восприняв мои слова всерьез. — Думаешь поправить свою основную слабость, съев места сосредоточения зверской силы?

— Неплохая мысль, — в ответ тоже улыбнулся ей. — Дома попробую из всего этого совершенно особый эликсир сделать, как раз для укрепления хм… и зверского духа! А то некоторые на меня и так уже косо смотрят.