Вторая Мировая война между Реальностями
Шрифт:
– 9 -
В начале января советские войска перешли в общее наступление. Комедия взаимных ошибок продолжается: имея реальную возможность полностью разгромить все южное крыло противника, мы зачем-то сосредотачиваем 22 дивизии при 500 танках и 900 самолетов под Синявиным и превращаем «Невский пятачок» в «Невский коридор». Возобновляются (правда, «без излишнего фанатизма») активные действия под Ржевом.
А в районе Сталинграда «медленно и методично» осуществляется ликвидация 6-й армии. Ко 2 февраля бои в полностью разрушенном городе, наконец, заканчиваются. Капитулирует все, что осталось от 6-й полевой армии вермахта. 91 000 солдат [180] , 2.500 офицеров, 24 генерала и один фельдмаршал. (Это звание было присвоено Ф. Паулюсу 30 января и было «приглашением к самоубийству»: никогда за всю историю Пруссии / Германии немецкие фельдмаршалы в плен не сдавались. Ф. Паулюс решил стать первым).
[180] В развалинах Сталинграда и в степи вокруг нее было подобрано и захоронено 147 000 трупов немецких солдат и офицеров.
В январе бои в Сталинграде носили уже не столько военный, сколько символический характер. В чем-то Верховный Главнокомандующий был прав: «Народ очень ждал этой победы».
Стратегически с самого начала 1943 года центр тяжести кампании переносится к югу от Сталинграда. Поставлена задача силами Южного (бывшего Сталинградского) и Закавказского фронтов рассечь войска группы армий «А» и уничтожить их концентрическими ударами на Ростов и на Тихорецк.
Этот план был не лучшим из возможных, но и он вполне обеспечивал разгром немецких групп армий «А», «Дон» и «Б». К несчастью, Южным фронтом, по-прежнему, командовал А. Еременко, а руководство Закавказским фронтом оказалось в руках И. Тюленева, совершенно неподготовленного к управлению маневренными операциями.
К. Цейтцлер сумел убедить А. Гитлера начать отвод войск группы армий «А», и это случилось на два дня раньше, чем Закавказский фронт перешел в наступление. И. Тюленев отхода противника не заметил, более того, он сразу же потерял управление своими частями, которые продвигались в свободном от вражеских войск пространстве. За три дня Закавказский фронт прошел 25-60 километров и противника не догнал. Ставка информировала командование ЗФ, что противник планомерно отходит с Кавказа, сжигая склады и взрывая дороги, что фронт, отнюдь, не имеет задачи «выталкивать» немецкие части, напротив, он должен максимально препятствовать их отступлению, что подвижные войска необходимо использовать сосредоточено. «Военный ликбез» в форме приказов Ставки Верховного Главнокомандования продолжается с небольшими перерывами до последней недели января 1943 года.
У А. Еременко дела шли немногим лучше. Снова ВГК, а не командующий фронтом отдает приказ о формировании подвижных групп и ставит этим группам задачи на наступление. Впрочем, темп операции так или иначе потерян, а геометрия ее далека от совершенства. Да и сил в распоряжении Южного фронта было теперь уже недостаточно для быстрого овладения Ростовом.
Постепенно в полосу группы армий «Дон» прибывали войска с Запада: дивизии СС «Адольф Гитлер», «Рейх», «Тотенкопф», три пехотных дивизии. Дивизия «Гроссдейчланд» была переброшена из группы армий «Центр». По мере развития операции «Кольцо», Э. Манштейна все менее заботила агонизирующая 6-я армия, и группа «Дон» обретала свободу маневра. Под Батайском и Ростовом 19-24 января 1943 года Э. Манштейну впервые удалось приостановить зимнее наступление Красной Армии.
24 января немецкое командование принимает окончательное решение эвакуировать группу армий «А» с Северного Кавказа. 1-я танковая армия отходит через Ростов, у 17-й армии на такой маневр уже нет времени, и она получает приказ закрепиться на Таманском полуострове [181] .
Немцы успели «убрать» 1-ю танковую армию буквально в последний момент: 14 февраля 1943 года Ростов-на-Дону был освобожден. Слишком поздно! Армии противника вырвались из «оперативного мешка», время для решающей победы на южном крыле Восточного фронта было упущено.
[181] По другой версии А. Гитлер в обязательном порядке хотел сохранить Таманский полуостров, как базу для нового похода на Кавказ, и именно этим объясняется отвод за так называемую «голубую линию» 17-й армии и некоторых частей 1-й танковой армии. Не приходится сомневаться, что такое желание у фюрера действительно было, и одной из причин катастрофического развития событий на южном крыле Восточного фронта была попытка одновременно решить три задачи: деблокировать Сталинград, закрепиться на Кавказе и при любых условиях удержать Донбасс. (То есть раздвоение оперативной мысли на первом, наступательном этапе кампании обернулось на ее втором этапе полным «рассТРОЙством»). Однако к концу января речь шла уже об отходе немецких армий за Днепр (советское командование действительно поставило «в план» наступление на Харьков-Курск, а затем-на Полтаву– Кременчуг), и в этих условиях проблема удержания Донбасса должна была интересовать А. Гитлера много сильнее, нежели призрачные перспективы когда-нибудь использовать Таманский полуостров для организации наступления. К тому же, немецкое командование отдавало себе отчет в том, что советский Черноморский флот может полностью прервать линию снабжения 17-й армии, проходящую через Керченский пролив.
Советские войска, однако, владеют инициативой и продолжают наступление. В течение всей весны Северо-Кавказский фронт пытается прорвать оборону 17-й армии на Тамани. Обе стороны бросают на Кубань всю свободную авиацию. В результате с 17 по 24 апреля 1943 года происходит грандиозное встречное сражение в воздухе. Затухающие бои будут продолжаться до первых чисел июня, и потери Люфтваффе превысят 1 100 самолетов, причем 800 будет сбито в воздушных боях. Как и битва за Британию 1940 года, «Кубанская мясорубка» 1943 года завершится вничью.
Генеральное наступление Красной Армии постепенно распространяется к северу. Разгромлена 2-я венгерская армия, отходит 2-я немецкая. Безо всякого давления со стороны противника группа армий «Центр» сдает Ржев, «опорный бастион Восточного фронта». Эвакуирован Демянский «мешок». К середине февраля советские войска повсеместно выходят на исходный рубеж, с которого вермахт начинал весеннюю кампанию 1942 года.
В стратегическом балансе этой кампании у гитлеровского командования остались три полностью уничтоженные армии: 6-я немецкая, 8-я итальянская и 2-я венгерская. Еще три армии были разгромлены.
На этом заканчивается история операции «Блау».
Сюжет шестой: война закончилась – да здравствует война!
– 1 -
Э. Манштейн все-таки сумел стабилизировать Восточный фронт! В последний момент вытащив через Ростов-на-Дону 1-ю танковую армию, он отвел войска за реку Миус, где им удалось закрепиться на высоком правом берегу. «Миус-фронт» стал краеугольным камнем в той плотине, которую командующий группой армий (теперь переименованной в «Юг») возвел на пути наступающих советский войск.
На левом крыле группы армий положение оставалась угрожающим. Здесь Воронежский фронт приступил к амбициозной операции «Звезда», первой в цепи больших наступлений, предусмотренных замыслом Ставки Верховного Главнокомандования на начало 1943 года. Три советские армии: 40-я, 69-я и 3-я танковая – наступали на Харьков и Белгород, имея в виду отбросить Манштейна за Днепр. Юго-Западный фронт уже наметил своими очередными целями Днепропетровск и Днепродзержинск; в ответ на это командующий Воронежским фронтом принял решение наступать на Полтаву, Кременчуг. Ставка внесла в этот план некоторые поправки, облегчающие взаимодействие фронтов, но не меняющие сути плана.
Однако, создав «Миус-фронт», Э. Манштейн обрел свободу маневра резервами. Он сумел сосредоточить две сильные группировки – 1-ю танковую армию и танковый корпус СС в размере 3-х танковых дивизий – и нанес сильный удар по войскам Воронежского и Юго-Западного фронтов.
Оба фронта откатились назад, вновь уступив группе армий «Юг» Харьков и Белгород. Не будет преувеличением сказать, что контрудар Э. Манштейна сорвал все наступательные планы советского командования на первую половину 1943 года. Операции под Псковом и Смоленском были отменены. Обе стороны перешли к обороне (если не считать Таманского полуострова, где продолжались тяжелые, но стратегически бессодержательные бои). Впервые с начала войны почти на всем Восточном фронте воцарилась тишина.
В прекрасном фильме «Освобождение», снятом в 1970-е годы, эта ситуация комментируется Ставкой Верховного Главнокомандования следующим образом:
«– Не могут опомниться после Сталинграда… – А мы – после Харькова, – заметил товарищ Сталин».
На этот раз не было никаких частных наступательных операций. Все фронты зарывались в землю, создавая несколько линий обороны. Ставка ждала наступления противника и точно знала, где оно произойдет. Понимая, что немцы будут упорно драться за Донбасс, советское командование пришло к выводу, что ОКХ приложит все усилия.тля того, чтобы воспользоваться благоприятной конфигурацией линии фронта под Курском, где образовался огромный обращенный на запад выступ – Курская дуга.