Чтение онлайн

Впрочем, германские прицелы для бомбардировки с пикирования вовсе не были такими совершенными, чтобы обеспечить точные попадания в малые цели при использовании авиационных экипажей со средним уровнем подготовки. Действительно совершенный ночной бомбардировочный прицел так и не получил массового распространения в люфтваффе до самого конца войны.

Все указывало на то, что люфтваффе и в этом плане пригодны лишь для поддержки наземных войск и достаточно сильны для этого. А для ведения стратегических воздушных бомбардировок у немцев не было необходимых технических предпосылок.

Германское командование в предвоенные годы проводило военные игры, в основе которых лежало использование соединений люфтваффе дальнего действия. В качестве руководящего документа использовалась изданная Генеральным штабом ВВС справочная таблица, в которой указывались скорости и дальности полета самолетов, достигнутые при испытаниях. Однако она никоим образом не соответствовала действительности, так как достигнутые показатели в ходе модернизации того или иного самолета существенно снижались из-за установки более мощного вооружения, новейших приборов управления и добавочных баков, увеличения бомбовой нагрузки и т. д. Влияние всего этого в должной мере не учитывалось. Военным не хватало связи с инженерами и конструкторами, а также понимания технических вопросов.

Поэтому не очень понятным является то, что лица, занимавшие ответственные командные посты, могли закладывать в основу оперативного планирования такие данные и при этом требовать от экипажей безусловного выполнения поставленных боевых задач. Но, к сожалению, это было действительно так. Например, самолет Ju-88 в 1939 году мог, совершая полеты на Северную Англию, использовать фактически только одну германскую авиабазу — Вестерланд. Но и тогда такие полеты были возможны только с лучшими экипажами и небольшой бомбовой нагрузкой. Даже в 1941 году, используя захваченные аэродромы от Норвегии до Бискайского залива, добраться до района Глазго было почти невозможно. Из-за необходимости устанавливать на германских самолетах более мощное вооружение, дополнительные топливные баки и т. п. глубина проникновения люфтваффе на территорию противника настолько сокращалась, что преимущества обладания аэродромами в Норвегии и Западной Европе были, по сути, утрачены.

Согласно Версальскому договору 1919 года германским военно-морским силам было разрешено оставить для прикрытия оставшихся кораблей лишь ограниченное число орудий. Поэтому немцы на законных основаниях смогли работать над улучшением своей зенитной артиллерии, оставшейся с времен Первой мировой войны, и накапливать новый опыт. Несмотря на все препоны Версальского договора, германские конструкторы развернули работу по усовершенствованию зенитно-артиллерийского вооружения. К началу войны в 1939 году оно было значительно улучшено, хотя ничего принципиально нового создано не было. Увеличились лишь начальная скорость снарядов (V0) и дальнобойность зенитных орудий. Благодаря созданию специального лафета была обеспечена подвижность орудий. На вооружение были приняты легкие зенитные орудия (20- и 37-мм), причем был использован опыт эксплуатации таких зенитных установок на кораблях военно-морских сил. Также были усовершенствованы приборы управления огнем, что позволило резко повысить эффективность огня. Была увеличена дальность действия прожекторов.

Орудия и приборы, созданные в предвоенные годы, в начале войны вполне удовлетворяли требованиям, вытекающим из тактики и скорости самолетов того времени, — соответствие было полным. Зенитные орудия были рассчитаны на борьбу с самолетами, идущими на высоте до 5 тысяч метров со скоростью до 100 м/с.

Однако германская зенитная артиллерия в то время слишком зависела от оптики (оптические дальномеры и прожекторы), на которую, в свою очередь, очень сильно влияли погодные условия. Многое зависело и от деятельности отдельных личностей — дальномерщиков, которая далеко не всегда была на высоте. Баллистические характеристики зенитных орудий и снарядов, пока еще приемлемые по отношению к тактико-техническим данным самолетов, уже начали заметно отставать. Всякое увеличение скорости самолетов должно было привести к существенному снижению эффективности зенитного огня из-за больших упреждений.

Опыт первых месяцев войны показал, что зенитная артиллерия не может равняться с быстро совершенствующейся авиационной техникой. Вспомогательные средства зенитной артиллерии (прожекторы и звукоулавливатели) вскоре показали свою почти полную непригодность в ходе ночной стрельбы.

Ночные налеты вражеской авиации показали, что эти средства устарели и не выполняют своего предназначения. Прожекторы даже в лунные ночи не могли отыскать самолеты противника, а в дымке или тумане вспомогательное оборудование зенитной артиллерии было почти бессильно.

Слишком большая зависимость зенитной артиллерии от погодных условий могла быть устранена только своевременным принятием на вооружение радиолокационного оборудования. Прожекторы и звукоулавливатели следовало заменить радиолокаторами, что обеспечило бы получение более точных данных вне зависимости от состояния погоды. Но только к началу 1941 года германские зенитные части получили это полезное оборудование в достаточном количестве, так как до этого германская радиопромышленность не могла обеспечить разработку новой аппаратуры и ее массовое производство. Зенитной артиллерии пришлось долго обходиться устаревшим оборудованием еще и потому, что промышленность слишком поздно взялась за обеспечение радиолокаторами ночных истребителей. Поэтому в ходе авианалетов приходилось освещать прожекторами весь район вероятного нахождения бомбардировщиков противника, чтобы германские истребители могли находить свои цели. Кроме того, германские передающие приборы были столь несовершенны, что приходилось прибегать к оптической наводке и замерам в свете прожекторов, чтобы получить лучшие результаты.

Повышение эффективности германских зенитно-артиллерийских систем за счет увеличения начальной скорости снаряда (V0) приблизилось к верхнему пределу из-за быстрого износа ствола. Больших достижений нельзя было ожидать и от увеличения калибра орудий. Было необходимо найти новые пути развития, которые с 1941 года инженеры начали искать в области, о которой шла речь еще в 1932 году, — об использовании в зенитной артиллерии ракет.

Все развитие зенитной артиллерии было подчинено требованию добиться максимальной дальности полета снаряда за первые 25 секунд его полета. Это требование оставалось в силе в течение всей войны. Если не считать попыток использования зенитных ракет, в области зенитной артиллерии немцы не создали ничего нового. Были изготовлены новые 55-мм орудия с более длинным стволом, разработаны 37-мм орудия с увеличенной начальной скоростью полета снаряда (V0), а также повышена эффективность тяжелых 88-, 105- и 128-мм зенитных пушек, но эти орудия поступали в войска в таком ничтожном количестве, что не имели практического значения. Был создан новый прибор управления зенитным огнем, в котором не было ручных операций, и большая часть необходимых для стрельбы данных вычислялась автоматически с применением электрооборудования. Вспомогательный прибор управления огнем (вычислитель угловой скорости) был реконструирован таким образом, что не требовал обслуживания вручную, поскольку данные вычислялись автоматически; к тому же этот прибор был настолько упрощен, что на его изготовление уходило тысяча человеко-часов против 12 тысяч, которых требовал старый прибор, но в серию он был запущен только в 1945 году. Помимо всего прочего усовершенствованная техника не могла использоваться, например, на Восточном фронте из-за ее зависимости от погодных условий.

После 1940 года потребовалось дальнейшее повышение эффективности зенитной артиллерии. Причем это было необходимо не только из-за увеличения возможностей самолетов противника, но и для того, чтобы в условиях растущей скорости вражеских самолетов обеспечить точность попадания. По причине более высокой скорости самолетов прежде всего было необходимо увеличить начальную скорость артиллерийского снаряда, чтобы он меньше времени находился в полете на пути к цели. Кроме сокращения времени полета снаряда требовалось увеличение его поражающего воздействия. Например, 88-мм зенитный снаряд поражал самолет только при прямом попадании или при разрыве в непосредственной близости от него (не далее 4 метров). По этой причине было признано целесообразным, несмотря на недостаток взрывчатки, увеличить разрывной заряд 128-мм орудий и создать новые, 150-мм зенитные орудия. Но претворению в жизнь подобных планов мешала ограниченность промышленного потенциала Германии, который не всегда обеспечивал бесперебойное снабжение снарядами даже старых образцов.

Если говорить о попытках создания более мощного зенитного вооружения, следует упомянуть о проекте сверхтяжелой 240-мм зенитной пушки, о которой говорилось еще в 1941–1942 годах. Но в 1943 году Геринг остановил работы по ее проектированию, о чем Мильх 17 августа 1943 года записал в своем дневнике следующее: «Когда 15 августа 1943 года рейхсмаршалу был представлен доклад относительно создания 240-мм зенитного орудия, он выразил те же сомнения в целесообразности его постройки, что и фюрер. В итоге было решено отказаться от строительства 240-мм зенитного орудия, сосредоточив усилия на создании зенитных ракет».

Это была последняя попытка решить проблему повышения эффективности зенитной артиллерии посредством создания новых орудий.

С зенитными ракетами произошло то же самое, что и с многими другими новинками военной техники, созданными в Германии в ходе войны. Их значение осознавалось слишком поздно, и, когда доходила очередь до серийного производства, они уже успевали морально устареть или же оказывалось, что соответствующая отрасль военной промышленности настолько пострадала от воздушных бомбардировок, что о выпуске нового оружия нечего было и думать.