Вторая путеводная звезда
Шрифт:
Оперы подтолкнули локтями Гошу: теперь ему придется продолжать диалог. Его юный голос с ноткой наивности, пожалуй, имел шансы растопить недоверие обладательницы (или обитательницы?) этого странного дома на отшибе.
Гоша понял намек.
– Как вас зовут? – вежливо спросил он.
– Меня? – переспросила женщина за воротами.
– Ну да, вас!
Она ответила не сразу. То ли размышляла, то ли время тянула.
Если там и впрямь Серега – а стало быть, и охрана, – то ей нужно успеть куда-то спрятаться, подумал Кис. Поэтому женщина время тянет.
– Колдуньей меня все зовут… – наконец молвила она.
– Правда? – воскликнул Гоша. – Вы колдунья?! Настоящая?!
– А как ты думал, мил человек? Что я тут фокусы показываю, как по телевизору?
– Нет, я ничего такого не думал… Так вы настоящая колдунья, да?!
– Настоящая, – сухо ответила женщина.
– Вот вы-то нам и нужны! Мы совсем сбились с пути, только вы можете нам помочь!
Кис показал Гоше большой палец: молодец! Гоша ему гордо подмигнул: знай, мол, наших! Мы не только в болота можем!
– Вряд ли я могу быть вам полезна…
– Вы бы нам ворота открыли, а? Чего так, через стенку разговаривать? А там уж разберемся, полезно-не полезно… Вы нас не бойтесь, мы ничего плохого вам не сделаем, нам только поговорить нужно!
Женщина медлила.
– Да не бойтесь вы! – снова взялся уговаривать ее Гоша. – Мы же из милиции, не бандиты какие-нибудь!
Наконец ворота заскрипели, распахиваясь. Димыч успел хлопнуть Гошу по плечу в знак одобрения.
В проеме показалась высокая женщина, одетая в черное. Черты ее лица были грубыми, почти мужскими, и смотрела она на нежданных гостей неприветливо, хотя, пожалуй, без опаски.
– Ко мне никто так не приходит, без предупреждения! – произнесла она недовольно.
– Понимаете, уважаемая… как ваше имя-отчество?
– Никак. Колдуньей я зовусь!
– Ага… – не смутившись, проговорил Гоша, – уважаемая Колдунья! Мы же из милиции, говорю… Мы всегда приходим без предупреждения! Вы уж не сердитесь на нас… А что, остальные к вам по записи?
– Вроде того, – хмуро ответила Колдунья. – Так чего вам от меня надо?
– А как же они по записи? У вас тут телефон есть?
– Кому нужно, тот дойдет!
– Вот оно как… – Гоша все солировал, за неимением других распоряжений. – Вы не видели тут нашего товарища? Он такой высокий, русый, глаза светлые, серые-синие, кому как повезет…
– Не видела. Ко мне он не заходил.
– Ага… А можете вы нам погадать, куда наш товарищ делся?
– Попробую, – сухо отозвалась Колдунья и пустила их во двор.
Они прошли по короткой дорожке, усыпанной гравием.
«Гравий – значит, грузовик. А это денег стоит… – подумал Кис. – Колдунья так богата? Своими зельями зарабатывает? Или… бандюки ее обеспечили?»
Они поднялись вслед за хозяйкой на крыльцо.
«Крыльцо – значит, подпол есть, – отметил детектив. – Хорошо бы его найти и осмотреть!»
Отворив дверь в дом, Колдунья сделала жест, приглашающий пройти в одну из комнат, сразу направо от сеней.
Гоша ступил туда первым, за ним Димыч. Костик хмуро остановился в дверном проеме комнаты – колдуньи тоже числились у него в списке тех, кого он не любил, – а Кис остался в сенях, изучая другие двери, ведшие от входа. Их было, помимо помещения, куда вошли Гоша с Димычем, еще две, плюс проем без двери. Никакой охраны нигде не наблюдалось, но Кис не забыл про скрип, выдававший присутствие другого человека в доме.
Или других.
Стало быть, спрятались, залегли, затаились, пережидая визит ментов.
С другой стороны, вывод об их существовании был, строго говоря, преждевременным: Колдунья могла спрятать от посторонних глаз клиента, не желавшего светиться. Или любовника, к примеру. Может же быть у колдуньи любовник? А если он к тому же чужой муж…
Гоша что-то звонко говорил «колдунье»: описывал Серегу, просил погадать… Алексей под шумок легонько толкнул одну из дверей.
Маленькая спаленка, совсем монашеская, скудная, строгая. Шкафик крошечный, почти пустой. Ничего в ней интересного не наблюдалось. И никого, что важнее.
Толкнул вторую: эта представляла собой нечто вроде лаборатории: колбы, флаконы, горелки, перегонные устройства… Ага, тут ведь колдунья проживает: гонит зелья всякие, которые местным продает…
Здесь тоже не было ни охранников, ни Сереги.
В третьей, где Колдунья теперь гадала, по просьбе Гоши, на картах, – судьбу Сереги вычисляла, – разумеется, тоже.
– А где же ваш… коллега? – вдруг донеслось до него.
Это она о детективе спрашивала. Беспокоилась.
– А он не верит в колдовство! – искренне поделился с ней Гоша. – Он у нас такой… неверующий… Фома! Так что он просто там, в сенях, ждет!
Умница, Гоша, умница! Сейчас он вел себя суперграмотно: понял, что детектив под шумок изучает дом! И старался развеять подозрения Колдуньи!
– Бог его за это накажет, – услышал он, – за неверие!
Алексей религиозностью не страдал, но Библию читал – мудрая книга! – и знал, что всякие суеверия и колдовские дела религия осуждала. Так при чем тут бог, который должен наказать, по мнению Колдуньи, человека, не верящего в колдовство? Когда бог всяко призывал не верить именно колдунам?
Загадка загадок.
Он направился в то помещение, что не имело двери. Оказалось, кухня. Ничего особенного. Плита с газовыми баллонами, старый холодильник…
Алексей распахнул его: банки и колбы – зелья ведьмины. Скудная еда теснилась на одной из полок: овощи и фрукты, молочные продукты: творог, сметана, простокваша. Ни мяса, ни рыбы. Колдунья вегетарианка?
Он знал, что типов вегетарианства существует множество: одни не потребляют в пищу «убиенных животных», но потребляют молочные продукты, полученные мирным путем. Другие не потребляют вовсе животные белки, по каким-то иным соображениям…
Детектив открыл створку морозилки. И там, к своему удивлению, обнаружил пельмени, пару кусков говядины, блинчики и голубцы.
Колдунья – не вегетарианка? Только прикидывается?
Или она держит эти продукты для кого-то другого…
Для мужчин – не вегетарианцев? Для бандитов? Не для клиентов же… И не для гипотетического любовника: столько ему съесть не под силу!
Тогда Серега – здесь? И Юля тоже? И Гарри?
Но где?!
Алексей огляделся на кухне… Вот оно! В центре пола, едва заметный, очерчивался люк!