Чтение онлайн

Лежа со связанными руками и ногами у меня просто не было шанса убежать, даже если бы я хотела оставить Тимура один на один со своими проблемами. Конечно, мой бывший любовник слишком хорошо это понимал, иначе почему вдруг решил закрыть меня своим телом во время очередного выстрела?!

– Тимур!!! Нет!..

– Ты идиот! – крик Игоря Евгеньевича, глядя на валяющуюся у его ног фигуру зятя, врезался в мои уши с особенной силой.

Из плеча Тимура хлестала кровь, окрасив его некогда белоснежную рубашку в темно-красный. Он хрипел и через силу пытался подняться, но, очевидно, боль была слишком сильной. Я не понимала, какую выдержку надо было иметь, чтобы молчаливо сносить все то, что с ним случилось за последний час!

В тот момент я и не думала о том, что это происходит по его вине. Боясь больше никогда не увидеть его, стать свидетельницей его смерти, все прежние обиды были сметены безудержной лавиной любви и жалости к нему…

Самым нестерпимым было то, что в своем положении я по-прежнему ничего не могла сделать – даже слова мои привели к таким плачевным результатам, пусть я и хотела как лучше! Оттого все, что я могла себе позволить – тихонечко скулить, давиться от собственных слез, надеясь на чудо.

– Тимур, достаточно, – устало произнес Игорь Евгеньевич, раздраженно протирая старое осунувшееся лицо. Он и сам не ожидал, что дойдет до такого – это читалось в его мимике и движениях.

Как он и сказал в самом начале – Тимур его компаньон, член семьи, причина его благосостояния. Кто захочет убить своими руками подобного человека?

Но получившейся конфликт, казалось, не имеет решения.

– Я не знаю, что мне с тобой делать, – искренне признался Игорь Евгеньевич. – Убить вас обоих, раз уж вы возомнили себя Ромео и Джульеттой?

– …В таком случае, тебе стоит поторопиться – полиция уже в пути, – прохрипел Тимур. – Я попросил своего брата вызвать ее, если я не дам о себе знать в течение получаса. Прошло сорок минут…

– О, вот как, – нахмурился оппонент… – Тогда начнем с девчонки. Мое терпение кончено.

Тимур шумно втянул в себя воздух, так явно ожидая другого исхода событий после своего признания, и, превозмогая себя, ринулся к человеку, перезарядившему свой пистолет. Ему даже удалось сбить его с ног, но в своем состоянии – израненный и избитый – он не мог сравниться с силой даже со стариком, вроде Игоря Евгеньевича.

Их борьба продолжалась какое-то время, сопровождаясь взаимными проклятиями и звуками глухих ударов. Когда раздался второй выстрел – все резко стихло.

Пов. Тимур.

–Тимур!.. Тимур… – моя дорогая Виолетта лежала на боку, связанная и до смерти напуганная. Никогда не думал, что увижу ее такой… Это было похоже на самый страшный кошмар.

Беззвучно рыдая, она инстинктивно продолжала бороться с веревками, сковавшими ее слабое тело, пока я пытался осознать один очевидный факт.

Я только что убил человека. Своего тестя.

Игорь Евгеньевич, мой тесть и партнер, все еще был в состоянии сказать мне пару слов, лежа с пулей в легком прямо поверх меня:

– Из-за какой-то девчонки…

Нет, не только из-за нее. Из-за себя тоже.

Во многом мой тесть был прав. Что я большой эгоист – в том числе.

Когда сердце Игоря Евгеньевича перестало биться, я попытался выбраться из-под его мертвого тела, не повредив свою рану. Было больно, но эта боль – самые незначительные последствия того, что сегодня случилось.

Лишь одна мысль могла меня утешить – Виолетта осталась жива.

– Тимур, мы убили человека, – рыдала девушка, пока я одной рукой развязывал ее путы. – Что же нам теперь делать?..

– Мы? – неестественно спокойно переспросил я. – Ты не причем. Не нужно перекладывать с больной головы на здоровую.

Вета покачала головой, заливаясь еще большими слезами, чем прежде. Не в силах сдерживать себя, я потянулся к ее дрожащей фигурке, жадно обнимая.

– Не плач, не надо. Все будет нормально.

– Но ваш тесть… Вас посадят в тюрьму… – продолжала всхлипывать девушка, уткнувшись мне в грудь.

– Я убегу. Спрячусь так далеко, что ни одна ищейка даже при очень большом желании не сможет найти меня, – заверил я Вету, целуя ее влажные щеки. – А потом, когда все стихнет – ты приедешь ко мне. Если у тебя будет такое желание, конечно.

– Будет! Будет… Я приеду к вам куда угодно!..

Внезапно прямо за пыльным окном заброшенной базы громко заверещал сигнал полицейской сирены. За время, которое мы провели здесь, сумерки уже плотно окутали это место, и красно-синий отблеск «мигалки» показался софитом, случайно попавшим за пыльные кулисы.

Любимая в моих объятиях испуганно вздрогнула:

– О, нет!..

– Спокойно. Мы успеем уйти, – заверил я девушку, бросив прощальный взгляд на бывшего телохранителя в отключке и человека, застывшего в неестественной позе, в луже собственной крови. Человека, который грозился даже после смерти не оставить меня в покое. – Помоги мне добраться до машины, – попросил я Виолетту, пусть мне и не нужна была поддержка – я просто хотел отвлечь Вету.

– Да-да, конечно. Идемте, быстрее…

– Спасибо за то, что остаешься со мной несмотря на то, что произошло, – шепнул я ей, уже так отчетливо слыша шаги полицейских и их короткие отрывистые речи. Обнаружив труп, суета внутри базы заметно усилилась.

– За что вы извиняетесь? Вы не виноваты.

– Ты как всегда великодушна, – усмехнулся я, – здесь направо.

До машины нужно было пересечь территорию заброшенной базы, но идти оказалось не особенно далеко, около километра. Мы тихо прошмыгнули вдоль черного железнодорожного перехода, напоминавшие врата в преисподнюю. Когда до мерседеса оставалось рукой подать, сзади послышался крик:

– Стоять! Ни с места, вы, двое!!!

Черт. Незаметно улизнуть все же не получилось, но еще не все потеряно.

– Все же не надо было просить брата вызывать сюда копов. Садись за руль, – скомандовал я.

Вета торопливо кивнула, бросившись на водительское сиденье. Только оказавшись внутри, она призналась:

– У меня нет прав!

– Милая, там, внутри базы, лежит мертвый человек. Вождение без прав – это не самый ужасный проступок, поверь мне, – пусть я нарочно делал свою речь невозмутимой и даже ироничной, я прекрасно понимал, что теперь ничто не закончится хорошо.

Думая о том, что же будет дальше, я мог переживать только о Виолетте. Со второй попытки она смогла тронуться и выехать на темную трассу. Наблюдая за ее взволнованным испуганным личиком, за движением ее рук, на запястьях которых все еще красовались бордовые отметины от тугих веревок, мое сердце заходилось тупой болью.