Чтение онлайн

Самый удобный объект, потому что близко. Лучше всего изучена. На неё, единственную, люди уже сумели слетать. Она находится в космических условиях, равных земным. На этом сходство заканчивается. Главное различие состоит в её безжизненности. Следует признать, что на Земле существуют весьма похожие и всё же обитаемые районы. Вот если бы на Луне создать атмосферу!.. Но это вряд ли возможно: она из-за своего небольшого размера атмосферы не удержит. Значит, там придётся жить «под колпаком». И довольно прочным, потому что нет защиты даже от мелких метеоритов и излучений. Или зарываться в грунт. Так же, как на астероидах.

Ну что же, тоже вариант. Только трудности и затраты приблизительно те же, что на астероидах. Остаётся разве только одно бесспорное преимущество в близком расположении

Наиболее привлекательный небесный объект. Во-первых, загадочен. Во-вторых, всё же планета, хотя и небольшая. Существует атмосфера – правда, для дыхания вовсе не годная и крайне разреженная. Выхода два:

1) либо создавать атмосферу, что проблематично опять же из-за малых размеров планеты и потому, что создание атмосферы для небольшой даже планеты – огромная индустриальная задача. Это только в фильмах вроде «Вспомнить всё» получается так просто. И то – не у людей, а у древних «хозяев» Марса;

2) либо залезать внутрь, как на Луне или астероидах (смотри выше).

Остальное не так принципиально. Отрадно, конечно, если на Марсе действительно окажется вода и масса полезных ископаемых. Но решающим для нашей проблемы будет не это. Воду и полезные ископаемые можно добывать на астероидах автоматизированными системами. А сейчас мы выясняем, где можно жить.

Есть у Марса и существенный недостаток по сравнению с той же Луной: он гораздо дальше от Солнца, и энергетическая проблема там будет острее. А нам сложностей с энергетикой достаточно и в земном варианте. Она, если помните, и является одной из главных проблем, для решения которых должен служить наш проект.

Так что Марс, так же как и Луна, сгодится лишь как база для межпланетных перелётов, как сырьевой придаток, как экзотический объект, но не как «вторая Земля».

Общим для Луны и Марса в смысле отношения к ним является, конечно, их притягательность, «загадочность». Ведь на Луну предки наши заглядывались и «выли», ещё когда ходили на четырёх конечностях. Пик ажиотажного интереса к Марсу поднялся позднее.

Здесь видится некая опасность. После первых полётов к Марсу люди, удовлетворив свой интерес, быстро разочаруются и отвернутся от него. Так получилось с Луной. Это не относится к учёным – те найдут, чем заниматься долгие годы на любом небесном теле. А обывательский интерес короток. Поглядели, увидели и отвернулись к какому-нибудь новому объекту любопытства. Так вот, нецелесообразно предпринимать столь многотрудные и дорогостоящие затеи ради удовлетворения научного интереса немногих и кратковременного любопытства миллиардов. У космического предприятия должны быть серьёзные мотивы. Таким мотивом, на наш взгляд, и является задача создания запасного дома для землян.

Они привлекают пристальное внимание учёных в последнее время, когда уникальные сведения об этих дальних объектах были получены с американских космических аппаратов. В них много интересного, в том числе и для наших целей. Во-первых, некоторые из многочисленных спутников Юпитера и Сатурна больше Луны и даже Меркурия. На некоторых есть атмосфера, в основном азотная. На Европе, покрытой льдом, предполагается существование под ним незамерзающих морей и даже океанов, в которых может быть жизнь.

Конечно, любопытно, но не наша проблема. Это всё же экзотические объекты, представляющие интерес для учёных. Но это не повод их осваивать или заселять. Они далеко от Солнца и получают мало энергии, которая является, возможно, главным ресурсом на обитаемой планете.

Впрочем, не исключено, что в будущем возобладает и более оптимистический взгляд на эти диковинные «планеты».

Чуть меньше Земли, её даже называли космической сестрой нашей планеты. (Теперь её так не называют.) Она находится ближе других планет к нам и значительно ближе к Солнцу, благодаря чему получает в два раза больше солнечной энергии, нежели Земля.

Вот и все достоинства. Всё остальное следует отнести к недостаткам. Противоположное направление вращения, слишком долгие день и ночь, отсутствие магнитного поля и атмосфера, температура которой у поверхности без малого 500 градусов, а давление – под 100 атмосфер, то есть почти как на километровой глубине в Мировом океане. То есть условия, начисто отрицающие возможность жизни там.

А мы и не надеялись. Мы точно знаем, что даже если где-то и есть готовая планета, нам её не найти. Нечего и отвлекаться пустыми мечтами. Надо поступать так, как издавна поступали люди, решая свои проблемы. Засучить рукава и делать. А Бог, видя наши старания, может быть, и поможет.

Да и не так уж безнадёжна Венера: главное-то на ней есть – твёрдая поверхность и масса места. Его даже больше, чем на Земле, где большая часть поверхности занята водой или льдами.

Но что толку в этих пространствах, если на этой поверхности в 10 раз жарче, чем в самых суровых пустынях Земли?

Вот об этом мы и будем говорить несколько позже.

Венеру люди знали с незапамятных времен. Вавилонские жрецы за 20 веков до новой эры посвятили её богине любви Иштар.

В древности начались и первые недоразумения с загадочной планетой. Во времена Пифагора (VI в до н. э.) греки называли утреннюю звезду Эосфор («несущей утро») или Фосфор («несущей свет»), а вечернюю – Геспер («вечер»).

В IV в до н. э. греки уже знали, что утренняя и вечерняя звезда – это одна и та же планета. Они называли её именем богини любви Афродиты.

Римляне присвоили планетам имена своих богов, которые были аналогичны соответствующим греческим богам. Так появилось название «Венера».

Ошибка древних греков была распространена у многих народов. Существовали латинские названия Люцифер и Веспер, немцы называли её Моргенштерн и Абендштерн, поляки – Ютренка и Вечорница, наши предки называли её Зарянкой, Утренницей, Денницей, Вечерней и Утренней Зарницей. А ещё её называли Чигирь, это название, по-видимому, арабского происхождения. А сами арабы называли её Зухра («блестящая»), а якуты – Уоттах Сулус («огненная звезда»).

Астрономия сильно шагнула вперёд с изобретением телескопа. Но не для Венеры. На ней ничего не удавалось разглядеть и в телескоп. Плотные облака в её атмосфере не позволяли непосредственно видеть её поверхность. Неизвестными оставались скорость и даже направление её вращения.

Ломоносов во время прохождения Венеры по диску Солнца в 1761 году наблюдал «тонкое, как волос» свечение вокруг диска планеты. Из этого великий учёный заключил, что Венера обладает атмосферой, притом «знатною».

Долгое время после Ломоносова ничего существенного о небесной соседке узнать не удавалось.

Это давало пищу множеству гипотез и предположений, иногда самых невероятных. Одни предполагали встретить на поверхности Венеры сплошной океан, другие – тоже океан, но из нефти, третьи – заболоченные леса, вроде тех, что покрывали Землю в каменноугольный период. Особенно резвились фантасты. Появились романы об экспедициях на Венеру. Авторы населяли мокрые тамошние леса динозаврами и прочей экзотикой.