Чтение онлайн

– Вроде руки и ноги целы, крови не видно, – сообщил другой голос. – Госпожа, вы глаза-то открыть можете? Скажите что-нибудь!

Но тут говорящего прервал громкий, резкий и высокомерный голос.

– Где моя дочь? Что с ней? Отойдите, кто вам позволил смотреть на госпожу в таком виде?! Элианна, ты жива?

– Жива она, господин, стонала вот только что. – Голос одного из нашедших меня звучал теперь заискивающе.

– Подальше, подальше, – скомандовал отец загадочной Элианны, за которую меня, видимо, тут принимают, и я почувствовала, как тело обдало теплом. – Переломов и травм нет, – сообщил мужчина. – У кого одеяла?

– У меня, господин Азерис, – ответил один из мужчин.

Меня укутали в мягкое и тёплое одеяло, осторожно подняв на руки, и куда-то понесли, При появлении надменного типа, называвшего меня Элианной, мужики примолкли, и наступила почти гробовая тишина. Моей несчастной голове, которую я пристроила на плече мужчины, стало чуть легче, зато теперь появились другие ощущения: хотелось пить и в туалет. Но как я скажу об этом незнакомцу, даже если он называет меня дочерью? Мне-то он всё равно чужой.

Не знаю, сколько времени мы так шли, но вот мужчина, наконец, остановился и всё тем же холодным тоном спросил:

– Стоять можешь?

Я кивнула, хотя и не была в этом уверена. Мужчина осторожно опустил меня на землю. Туфли, очевидно, потерялись, и было не слишком уютно стоять босыми ногами на влажной траве, хотя здесь было гораздо теплее, чем на болоте. Убедившись, что ноги держат, я смогла, наконец, открыть глаза, и, щурясь, осмотрелась. Оказывается, мы вышли на поляну, посреди которой стояла машина. Выглядит так, будто сделана в начале прошлого века. Ну хоть не запряжённая лошадьми карета, и на том спасибо.

Благодаря включённым фарам я смогла, наконец, разглядеть горе-папашу незнакомой Элианны, кем бы она ни была. Передо мной стоял высокий мужик с длинными, собранными сзади в «хвост» тёмными волосами с проседью, ухоженной, довольно длинной бородой, орлиным носом и очень надменным выражением лица. Под стать голосу. Одет в старомодный костюм. Ну, вполне подходит к автомобилю.

– Что ж, раз стоять можешь, уже неплохо. Как вообще себя чувствуешь?

Ну надо же, поинтересовался! Заботливый какой!

– Сносно, – выдавила я в ответ. Вроде меня тут понимают, хотя поначалу я точно была уверена, что говорят не по-русски. Ладно, пока будем считать, что это всё-таки сон, и здесь всё возможно. Надо будет Ксюхе в пятницу при встрече рассказать. Хотя сначала, конечно, ей надо рассказать про Антона. Вот чёрт! Про него-то я успела как-то позабыть…

– Надеюсь, ты понимаешь, что заслуживаешь самого сурового наказания? – снова подал голос высокомерный тип. – Но об этом мы, так и быть, поговорим завтра. А пока можешь быть собой довольна: подняла на уши всю прислугу и довела мать до нервного срыва. Хорошо хоть господин Норден не в курсе.

Я слушала молча, не зная, что ответить. Да уж, не завидую я этой незнакомой Элианне, ой, не завидую… Или теперь правильнее сказать «не завидую себе»? Ведь я теперь, похоже, за неё. «Папочка», между тем, подошёл к машине и открыл дверь – слева. Как в Англии. Забавно. Ну не могли же меня перенести из парка в Подмосковье на английское болото!

Мужчина подошёл и подал мне руку. Я не стала сопротивляться и позволила отвести себя к машине. Он помог мне забраться в салон – подножка оказалась довольно высокой – и сам сел за руль. Тронулись мы с шумом и помпой. Интересно, а как будут добираться остальные члены поискового отряда? Хотя меня должна волновать только собственная судьба. Понять бы, что происходит. Ну, убивать сразу вроде не собираются, уже хорошо. Дальше видно будет. Наверное.

Я отвернулась к окну. Довольно узкую дорогу освещали только фары машины. Лес теперь мелькал по бокам. Судя по тому, что нас иногда довольно ощутимо потряхивало, с дорогами здесь не очень. Спросить бы мужика, куда я попала, да вот только если он всерьёз принимает меня за дочь, лучше пока помалкивать. Неизвестно, что со мной сделают. Голова соображала ещё очень туго, и хотелось одного: поскорее очнуться от этого дурацкого сна в своей уютной кроватке. Разбитое изменой Антона сердце теперь казалось совершенно несущественной проблемой.

Наверное, скоро всё станет понятнее. Вот, например, ещё идея: я попала на съёмки фильма? Какой-нибудь модный режиссёр задумал очередной артхаус и решил, что достовернее всего будет взять ничего не подозревающего человека вместо профессиональной актрисы. Но опять же – это противозаконно. И очень уж естественно общаются все эти люди. Даже самый гениальный актёр так не сыграет. И тот непонятный язык, который слышала сначала…

Ладно. Какие ещё могут быть варианты? Попала в какой-нибудь параллельный мир? Ну а что? Не более бредовая версия, чем все предыдущие. Пока самое правдоподобное – сон или галлюцинации. Или сумасшествие. Но я вроде бы соображаю… Хотя какой же псих признается, что псих?

Но не могу же я быть в здравом уме, если уже думаю, что попала в другой мир! Это вон Ксюшка обожает читать фэнтези, где героини из нашего мира попадают в гости в каким-нибудь там драконам или вампирам. Или в магические академии. Или куда они там ещё попадают. Подруга и меня пыталась подсадить, но я считала эти истории сказками для романтичных барышень. Вот дура, надо было тоже хоть парочку книг прочитать!

Я на всякий случай несколько раз ущипнула себя сначала за руку, потом – за коленку, однако ничего не изменилось. Значит, всё же не сплю. Блин, вот ведь ужас! А что, если я правда в другом мире? И меня, похоже, принимают за какую-то Элианну. Ну, лишь бы не прибили сразу же, как поймут, что я не она. А там буду смотреть по ситуации.

За окном не было ничего интересного, и я откинула голову на спинку сиденья. Кажется, даже задремала, пригревшись в одеяле, под мерное движение автомобиля. Очнулась, когда машина начала ощутимо сбавлять и так не очень большую скорость. Вдали показались огни – не слишком много, но это явно какое-то поселение. Похоже, мы почти приехали. Машина проехала ещё немного, свернула налево, и почти сразу показались массивные кованые ворота.

Молчавший всё это время мужчина посигналил, и они тут же распахнулись. Автомобиль въехал на широкую аллею, обсаженную по краям высоченными деревьями. Далеко впереди – ярко освещённые окна. Судя по всему, большого дома.

– Ну, вот мы и приехали. Что молчишь? Нечего сказать в своё оправдание? Или бойкот продолжается?

И пока я тщетно пыталась придумать, что бы такое ответить, мужик затормозил прямо перед крыльцом, над которым горел свет.

– Думаю, ты в состоянии выйти из машины сама, – безапелляционно заявил «папаша» и покинул салон, громко хлопнув дверцей. Я поморщилась. Вообще-то голова ещё кружится, а перед глазами плывут пятна от света, но уж лучше ползти, чем принять помощь от такого высокомерного спутника.