Чтение онлайн

— Спасибо за ужин. Было очень вкусно.

И даже не соврала: мне бы сейчас что угодно вкусным показалось, но супчик у Адриэна получился и правда не хуже, чем у Нэйлии. Вернее, даже вкуснее. Муж, однако, только рассеянно кивнул в ответ на мой комплимент.

— Давайте я хотя бы вымою посуду, — предложила я, чувствуя необходимость сделать что-то полезное в ответ. Адриэн, наконец, оторвал глаза от чашки с отваром, внимательно на меня посмотрел и выдал:

— Хорошо. Посуды в доме достаточно, так что от нескольких тарелок можно и избавиться.

Я возмущённо фыркнула и прожгла мужа гневным взглядом, но тот и бровью не повёл. Правда, к его чести, не остался наблюдать за процессом, а свалил к себе. Кажется, я никогда так осторожно не мыла посуду, зато не оправдала ожиданий мужа: ничего не разбила, сама не поранилась, всё вымыла, вытерла и с чувством выполненного долга пошла спать. Спала крепко, без кошмаров, и проснулась около десяти. А сейчас стою в ванной совершенно обнажённая и соображаю, понравлюсь ли мужу во время брачной ночи.

Скорчив скептическую физиономию, я быстро влезла в домашнее платье. Многовато чести господину дознавателю, чтоб его. Пусть берёт то, что есть. Интересно, делают ли местные дамы эпиляцию или депиляцию? Или тут это признак гулящей девки? Выяснять придётся опытным путём, но последний раз я проделывала над собой экзекуцию перед близостью с Антоном, а было это… В общем, давно. И было ли?

Расправив подол и перекинув на спину косу, я открыла задвижку и направилась в кухню. Проход всё ещё загромождали сундуки: Адриэн сказал, что перетащит их на чердак сегодня. Ну и отлично.

В кухне никого не обнаружилось, хотя я и не ждала увидеть мужа. Однако не обнаружилось и завтрака. Я внимательно обшарила взглядом плиту и столы. Пусто. Интересно! Адриэн решил, что хватит с меня заботы? Или сам ещё спит? Ладно, я вполне могу себе кашу сварить, только бы найти, из чего.

На всякий случай заглянула ещё и в холодильник, но и там ничего похожего на готовый завтрак не нашлось. Сходить к кабинету и проверить, проснулся ли Адриэн? Пожалуй, не стоит, а то нарвусь на очередную колкость. Я подошла к плите и повернула конфорку. О чудо, работает! Отлично. Погасив её, подошла к шкафам. Внизу, как и я предполагала, кастрюли, сковородки, ковши. Достав самую маленькую кастрюльку, водрузила её на плиту. Чувствую себя так, словно покоряю Эверест. Уже целых два этапа пройдено!

В подвесных шкафчиках обнаружилась куча баночек и скляночек. И все непрозрачные. Значит, будем открывать подряд. Травы, травы… О, а это местный кофе! Блин, как же кофе хочется… Вот только понятия не имею, как его тут готовят. Вроде зёрна, а чем перемолоть? Придётся позже спросить у мужа. Так уж и быть, дам ему повод позубоскалить, он ведь без этого не может.

О, а вот в этих прямоугольных банках крупы. Пшено, перловка, рис. А вот и овсянка. Замечательно! Настроение поднялось ещё выше. Теперь надо найти соль и сахар. Кажется, вот это соль… Я насыпала немного на ладонь и попробовала. Ну точно, соль. А вот те неровные кусочки — сахар, тут сомнений быть не может. Ну всё, вкусная каша мне обеспечена!

В холодильнике нашёлся и кувшин с молоком. Я нацепила фартук, залила молоко в кастрюльку и включила конфорку. Добавила соль и сахар и почувствовала себя победительницей. Всё, теперь главное — не упустить молоко, а остальное мелочи.

Глядя на кастрюльку, с болью вспомнила, как папа всегда морщился, увидев приготовленную мамой овсянку.

— Ириш, опять овсянка? — страдальчески спрашивал он, забавно хмурясь. — Хочешь мужа уморить, да?

— Самая полезная каша, — строго отрезала мама. — И вкусная, что бы ты там ни говорил. Ешь и не привередничай, что ты, как маленький. Вон Поля ест и не возмущается.

— Полечка, доченька, спаси любимого папку, — просил тот, с тяжёлым вздохом усаживаясь за стол. — Съешь за меня эту гадость, а?

Я в ответ всегда хихикала: уж очень забавно он выглядел.

— Не учи дочь плохому. — Мама притворно хмурила брови, но я-то знала, что они с папой просто прикалываются, и даже если папа против овсянки, он потом сделает комплимент и скажет, что было вкусно.

В носу невольно защипало. Бедные мама с папой! Увижу ли я их снова когда-нибудь? Интересно, меня уже хватились? Скорее всего, хватились, ведь я обещала приехать к ним как раз на этих выходных. Созваниваемся мы часто, так что они наверняка уже паникуют, слушая бездушные гудки в мобильном или фразу про недоступность абонента… Мою сумочку, вероятнее всего, кто-нибудь прикарманил вместе с телефоном…

Друзья тоже меня уже ищут, это точно. Что ж, наверное, пора смириться с тем, что в своём мире я спустя какое-то время стану значиться пропавшей без вести. Меня всегда пугало это определение, и вот теперь я стану одной из тех, кто ушёл из дома и не вернулся…

Так, главное, не плакать. Не всё ещё потеряно, ведь попала же я сюда, и колечко из этого мира попало в наш! А значит, теоретически я могла бы вернуться домой. Надо только сообразить, как сказать обо всём мужу. Понятное дело, что лучше подождать, пока он ко мне привыкнет, и только тогда рискнуть, но шанс есть! Определённо есть!

Молоко уже закипело, и я, сняв кастрюльку с конфорки, осторожно всыпала крупу. Поставила ёмкость обратно на огонь и принялась помешивать кашу. Тугая пружина внутри начала потихоньку разжиматься, и я даже принялась вполголоса напевать первые приходящие на ум весёлые мелодии, чтобы отвлечься.

Всё не так уж безнадёжно. Самочувствие вроде нормальное, чесаться перестала, порез затянулся, про ногу я и думать забыла. Разве что синяк на бедре и остался из всех неудобств. И теперь я не совсем беспомощная: могу простенькую еду приготовить. А там, глядишь, соображу, как выучить местный язык. Если Адриэн не солгал, и супружеский долг нужно исполнять не чаще раза в полгода, то, может, и беременность случится нескоро. В общем, не сказать, что во мне вдруг проснулся оптимизм, но и чёрных красок чуть поубавилось.

Каши я приготовила побольше, на случай, если муж в самом деле ещё спит. Ведь не откажется же он попробовать мою стряпню. Может, сходить и всё-таки проверить? Вдруг с ним что-то случилось? А может, его и вовсе нет дома? Я стояла возле плиты, покусывая костяшки пальцев. Умею же я найти проблему на ровном месте! А ведь всего-то надо просто сходить и тихонько постучаться. Кашу лучше есть горячей.

По коридору я шла на цыпочках и замерла в нерешительности между кабинетом и спальней Адриэна, не зная, куда лучше заглянуть сначала. Ладно, логичнее, конечно, в кабинет. Безопаснее уж точно! Я осторожно нажала на ручку и вошла в полной уверенности, что мужа здесь нет. В комнате полумрак. На столе, как всегда, книги, только сейчас совсем не в идеальном порядке. Склянка со снотворным и мерный стаканчик.

Повернувшись к дивану, я невольно вздрогнула: Адриэн, оказывается, здесь! Спит прямо в одежде, укрывшись пледом и отвернувшись к спинке. Не было сил дойти до спальни? Бедняга… Вчерашний день, похоже, его сильно утомил. Слишком много мозолей я ему отдавила, так что ничего удивительного. Ладно, не стоит его будить. Кашу можно и подогреть.

Я уже собиралась уйти, но что-то заставило подойти ближе. Тёмные волосы Адриэна, не распущенные на ночь, лежали на подушке. Я пригляделась к серебристым прядкам и с трудом подавила желание погладить их. Но, разумеется, одёрнула себя и только осторожно поправила слегка съехавший с плеч тонкий плед. Показалось, что муж вздрогнул, и я отскочила. Не хватало ещё, чтобы он увидел меня в своей святая святых, куда без высочайшего позволения входить запрещено! Стараясь ступать как можно тише, я попятилась к двери, выскочила в коридор и прикрыла за собой дверь. Поджилки предательски тряслись, а ноги стали ватными.