Чтение онлайн

— Пять, Клиф. Пять, и это по-божески, — сказал я.

— Ну вы загнули, пять. Да, может, секрет и одного кристалла не стоит.

Я достал из сумки кристалл.

— Вот, я добыл его за одну минуту, — сказал я и вновь спрятал кристалл.

Очки ученого покрылись испариной. Он сглотнул и проговорил:

— Хорошо, два кристалла.

— Четыре, и ни одним меньше! — твердо ответил я.

Сложив руки на груди, я выставил вперед правую ногу и задрал подбородок, всем своим видом показывая непреклонность. Но на очкарика это не произвело ни малейшего впечатления.

— Ладно, только из уважения к вашему благородному званию, барон, я соглашусь на три кристалла, — так же твердо ответил он.

— По рукам, — улыбнулся я и протянул ему руку.

Клиф пожал ее и задержал.

— Плюс вы принесете мне еще два кристалла моих, добытых вашим секретным способом. — Он хотел вытащить руку, но моя хватка была крепкой.

— И вы мне за них заплатите, — проговорил я, не выпуская руку ученого.

— Хорошо, заплачу, — сморщился он, вновь пытаясь освободиться.

Но, зная, какая плата мне может быть представлена, если я ее не обговорю заранее, я руку не отпускал.

— По обычным расценкам, — добавил я.

Ученый, не сумев освободиться, только кивнул.

— Информацией. — Он опять кивнул, и я отпустил руку, которую очкарик тут же стал растирать.

— Ладно, показывайте, что у вас еще есть, — деловито проговорил он.

Я вытащил голову птицы и змейку, затем, немного поколебавшись, шкуру топотуна. Клиф придирчиво осмотрел каждую вещь, поднял глаза к потолку.

— Значит, так, за "певца" я дам два дэрика, за двухголовку три и за шкуру пять. Устроит?

Я спокойно убрал все вещи обратно в сумку. На недоуменный взгляд Клифа с улыбкой пояснил:

— Самому пригодится.

Очкарик изобразил кривую улыбку, пытаясь спрятать недовольство.

— Вы думаете, что кто-то даст вам больше?

— По поводу "певца" не знаю, но я найду богатея, которому продам шкуру. Вместе с ней и два этих артефакта, и скажу ему, как можно убить топотуна. Он будет всем рассказывать, что это он убил мутанта, а я получу хорошие деньги.

Слушая меня, очкарик, а вместе с ним и Жюль открыли рты. Видимо, такой подход к продаже им был незнаком. Но по их рожам я понял, что попал в точку.

Клиф уставился на меня немигающим взглядом. Он словно хотел меня загипнотизировать или, на худой конец, прожечь взглядом дырку в моем лбу. Я безмятежно улыбался.

— Сколько вы хотите за эти три вещи? — выдавил он из себя с большим трудом.

Я поднял глаза к потолку.

— Вы не с Идифа? — спросил я первое, что пришло в голову.

Жюль негромко фыркнул и прикрыл рот ладонью. Клиф зло сверкнул глазами и резко ответил:

— Нет!

— Ну нет так нет, — добродушно отозвался я. — С учетом того, что вы друг моего друга Жюля… — Я сделал паузу, давая время моему знакомцу вступить в торговлю, и он не оплошал.

— Извини, Клиф, но это не продается, — сказал он.

Я развел руками, показывая, что вот видите, не все от меня зависит. Клиф разочарованно покивал.

— Понимаю, — расстроенно вздохнул он и деловито велел: — Жюль, давай сюда твою карту, я нанесу на нее места, где вызрели кристаллы.

Через полчаса мы вышли в открытый мир зоны. Жюль шел первым. Он был сосредоточен и собран.

— Места там гиблые, болотистые, — пояснил он. — Знал бы, куда он нас отправит, не позволил бы вам, Ирридар, скрепить с ним договор.

Я промолчал, усваивая новую информацию. Значит, здесь в силе устный договор, и договор скрепляется рукопожатием. Интересно.

Жюль долго молчать не мог:

— Ирридар, а что за информация, которую вы хотите получить от Клифа?

— Жюль, я так понимаю, что все найденное здесь сначала относили ученым, верно?

— Верно. И что?

— Может, у них есть информация по сундуку, который я разыскиваю?

— Шанс, конечно, есть, — подумав, ответил Жюль. — Но Клиф, столкнувшись с вашей неуступчивостью, будет долго торговаться. Вы задели его больное место. Его мать с Идифа.

— А что, там живут торговцы и жадюги?

— О да, — рассмеялся он. — Это планета бедна ископаемыми, и ее жители занимаются тем, что дешевле покупают и дороже продают. Можно сказать, что вся галактическая торговля находится в руках ста семей с Идифа. Никто так не умеет торговаться, как выходцы с Идифа. Они превратили этот процесс в искусство. Ну и конечно, их не любят и считают жадюгами, тут вы попали в точку. Так что будьте готовы.

— Жюль, а почему вы не продали Клифу череп?

— Я хотел, но ваша идея найти и продать артефакты бездельнику с большим кошельком мне понравилась больше. — Он повернулся ко мне и подмигнул. — Я даже знаю одного такого.

Чем дальше мы шли, тем более сырым становился лес, влажность ощущалась и в воздухе. На стволах деревьев была плесень, а сами деревья стали тоньше, какие-то искривленные и низкие. Но мутантов и аномалий мы не встречали. Через час почва под ногами стала хлюпать.

— Постойте, Жюль, — остановил я своего нового друга.

Жюль вообще был очень коммуникабельным и простым в общении. Он располагал к себе, и это был талант. От него исходили эманации дружелюбия, простодушной доверчивости и надежности, поэтому я посчитал его своим новым другом.

— Что случилось? — Он мгновенно остановился и повернулся ко мне.

— Если там дальше так же мокро, то нам нужно сделать болотоходы. Здесь есть прутья, которые можно связать?

Раньше я о таком и не подумал бы, я никогда ничего не умел вязать, но здесь сработала база выживания, и я хорошо понимал, что пренебрегать этой идеей не стоит. Достал кинжал, что дал мне Жюль, и споро нарубил большой пучок тонких гибких веток.

Затем нашел удобное место — ствол упавшего дерева и сел. Жюль молча наблюдал за мной, не вмешиваясь. Я, удивляясь самому себе, ловко и быстро стал вязать широкие "лыжи". Критически осмотрел первый готовый образец и остался доволен. Не останавливаясь, сделал еще три штуки.

— Держите, Жюль. — Передал две заготовки товарищу и пояснил: — Делайте, как я.

Привязал широченные лыжи к сапогам, потопал. Ноги не проваливались. Жюль оценил мое изделие по достоинству и тоже привязал свои болотоходы к сапогам. Довольно улыбнулся и пошел вперед.