Чтение онлайн

— Паладайн! — задохнулся Палин. — Я его еле сдвигаю с места, Дуган! Как я его подкину? — Пригнувшись ближе, глядя гному в глаза, молодой человек прошептал: — Ты ведь Бог... Я думаю, ты...

— Конечно нет, парень! — Дуган был явно шокирован. — Это же дело чести, сам понимаешь...

— Понятно, — горько прохрипел Палин.

— Смотри, парень, — сказал гном, правильно устанавливая руки юноши. —. Это совсем не трудно. Просто держи молот вот так... вот... Теперь приподними его и начинай вращаться. Вращение поможет молоту подняться, а потом просто брось его. Остальное доделает природа.

— Природа? — засомневался Палин.

— Да, — ответил Дуган, с серьезным видом поглаживая бороду. — Гномы-механики мне объясняли, это, кажется, называется Центрифужная Сила — или как-то так...

— Великолепно! — проворчал Палин. — Гномы-механики!

Сделав глубокий вдох, юноша приподнял молот. Из горла вырвался мучительный стон, на лбу от напряжения выступил пот, и Палин услышал хихиканье женщин. Скрипнув зубами, уверенный в том, что уже порвал что-нибудь внутри, маг начал вращаться, держа молот в руках.

И с удивлением обнаружил, что Дуган был прав.

Молот, казалось, делался все легче. Вертясь вокруг собственной оси, Палин поднимал его все выше и выше. Но рукоятка начала выскальзывать из вспотевших ладоней...

— Он сейчас выпустит молот! Все ложитесь! — крикнул побледневший Танин, падая на пол.

Послышался стук копий, когда женщины последовали его примеру. Даже черный дракон, увидев, что Палин не контролирует свои действия и что молот начал светиться красным, с хныканьем сжался на полу, стараясь закрыть голову крыльями.

Стоять остался лишь гном, на лице его сияла широкая улыбка.

— Я... не могу... удержать... его! — с трудом выдохнул Палин и выпустил молот.

Юный маг упал на колени настолько изможденный, что даже не имел сил поглядеть, что происходит. Но все остальные приподняли головы и смотрели на молот. Он стремительно летал по кругу, проносясь над головами женщин, над Танином и Стурмом, рассекая воздух над съежившимся драконом. Молот носился по кругу и постепенно поднимался.

Дуган спокойно смотрел на него, сцепив пальцы на огромном животе.

Пылая теперь ярко-красным огнем, молот взмывал все выше и выше, и по мере этого свет Серой Драгоценности начинал все сильнее дрожать в страхе.

Боевой молот направлялся прямо к артефакту!

— Да, мой красивый, — бормотал Дуган, довольно глядя на молот. — Ты его выковал. Теперь забери его обратно.

Серая Драгоценность отчаянно пыталась погасить свой свет, поняв, вероятно, что молот притягивает ее же собственная сила.

Но было уже поздно.

Молот летел к Серой Драгоценности, которую создал, словно девушка в объятия возлюбленного. Раздался звенящий грохот, ярко полыхнуло серое и алое пламя такой силы, что даже Дуган Красный Молот вынужден был прикрыть глаза рукой, остальные просто ничего не различали в залившем все сиянии.

Казалось, борются две энергии: красного света и серого, но вскоре серые лучи начали гаснуть. Палин глянул вверх, утирая слезящиеся глаза, и ему показалось, что блестящий камешек упал из-под потолка, приземлившись в руку Дугана. Но юноша не был уверен — ведь в это же время сверху падал и красный пылающий молот!

Обхватив голову руками, Палин вжался в пол и явственно представил себе, как раскалывается его череп и разлетаются, забрызгивая всех, мозги.

Но услышал лишь громкое звяканье.

Робко подняв голову, юный маг увидел, что красный молот, сияя с триумфом, лежит у ног Дугана.

Медленно, дрожа всем телом, Палин поднялся — вместе с остальными, находившимися в зале. Мышцы ныли, он был до предела измотан. Танину пришлось поддержать брата, иначе бы тот упал. Палин улыбнулся старшему.

— Моя магия вернулась, — прошептал он. — Она вернулась!

— Я тоже вернулся, — произнес чей-то голос. Обернувшись, Палин увидел, что дракон исчез, а на его месте сидит на корточках, прикрывая голову руками, худой маг, одетый в черное. Он осмотрелся так, будто не мог поверить в случившееся. — Я вернулся! — радостно воскликнул человек, ласково гладя себя по голове, шее и плечам. — Нет никаких заячьих ушей, никакой пасти! Нет мускулов минотавра! Я снова стал собой! — Он неудержимо расплакался.

— А ты проспорил, гном! — вдруг воскликнула темноволосая красавица, поднявшись на ноги. — Молот упал!

— Да! — закричали женщины. — Ставка наша, мужчины будут рабами!

— Дуган!.. — зловеще прорычал Танин. Женщины подступали все ближе, в глазах вместо кровожадности уже горел огонь любви.

Дуган поднял молот над головой. Лицо его сделалось суровым, глаза наполнились красным огнем. Заговоривший голос принадлежал уже не вычурно одетому гному — это был голос, древний, как горы, созданные им, такой же глубокий, как океаны, наполненные им.

— Женщины! — сурово произнес Бог. — Выслушайте меня! Власть Серой Драгоценности над вами разрушена. Вспомните теперь своих детей и мужей! Вспомните братьев и отцов! Вспомните свой дом и тех, кто любит и нуждается в вас!

Одна за другой женщины принялись удивленно оглядываться, некоторые хватались за голову, другие недоуменно моргали.

— Где мы? — спросила одна.

— Почему мы так одеты? — спросила другая, глядя на тигровую шкуру.

— Как ты смеешь?! — воскликнула блондинка, залепив Стурму пощечину.

Лишь темноволосая красавица была явно огорчена. Выступив вперед, она сказала:

— Я скучаю по своей семье. И помню человека, которого люблю и с которым обручена. Но все начнется сначала: бесконечные войны, битвы, кровопролитие, смерть...

Она повернулась к Богу, но увидела лишь кричаще разодетого гнома, который понимающе ей улыбался.

— Подумай немного, девушка, — ласково сказал Дуган, прикоснувшись к ее руке. — Ты ведь читала книги, помнишь? И они тоже. — Он обвел жестом остальных женщин. — Теперь вы обладаете знанием. Этого никто у вас не отнимет. Воспользуйтесь им разумно, и вы сможете прекратить бессмысленные войны. Ты и другие с помощью своих мужчин и детей можете превратить этот остров в сказочный уголок.

— Я не знаю, кто ты, — произнесла темноволосая девушка, удивленно глядя на гнома, — но ты мудр. Мы сделаем так, как ты сказал. И мы будем почитать тебя в сердце и славить в молитвах.

(Так островитяне и поступили, став единственными из людей, насколько нам известно, кто все еще почитает Реоркса, Творца Мира.)

Нагнувшись, она поцеловала Дугана в щеку. Лицо гнома сделалось красным, как его молот.

— Теперь можете идти! — нарочито грубо сказал он.

Обняв друг друга за талии, женщины с веселым смехом побежали из зала, и братья вскоре уже слышали их голоса за стенами замка.