Чтение онлайн

Однако, не похоже, чтобы Мужик с топором как-то обиделась.

Где-то минуту мы просто наслаждались тёплой погодой позднего мая.

– Знаешь, – вдруг начала фея. – Та, сука-лиса, она ведь права была на счёт меня.

– Это ты о чём? – осторожно начал я.

– И что я алкоголичка, и что кайф в последнее время получаю только от острых ощущений. Я легко ведь могла от вас двоих свалить, но нет, осталась, сосиски вот заплетаю для демоницы нашей.

– Я думал, что алкоголь – твой основной источник счастья.

– Это у кого-нибудь вроде тебя, молодого и зелёного, алкоголь вызывает позитивные эмоции, – хмыкнула собеседница. – А для меня алкоголь – просто способ поддерживать себя в функциональном состоянии в периоды, когда у нас нет врагов.

– Да ты вроде как, эээ, играешь больше поддерживающую роль, – заметил я.

– Хочешь сказать, что раз я стою позади, то и адреналина там мало? – вдруг во всю глотку заржала Топка. – Ой, Мэлс, ну, рассмешил… Это вы с Элион неправильные, вы бросаетесь в самую гущу врагов так, как будто мы играем в компьютерную игрушку и у вас по десять жизней. А для людей с нормальной психикой даже одного сражения, как у нас, хватит, чтобы убежать далеко-далеко, забиться под кровать и там трястись, про себя повторяя молитвы. Так что адреналина мне хватает. Даже два раза я чуть не откинула коньки: с тем тигром, и когда сражались с ордами химер Скола.

– И что? – поинтересовался я. – Понравилось умирать?

– Нет, – покачала головой Топка. – Мне понравилась опасность. Это… бодрит. Заставляет снова хотеть жить. Делает сигарету вкуснее, а самогонку слаще. Вот только я не об этом.

– А о чём? – поднял брови я.

– Я о лисе. О бешенной стерве Алисе.

– И? – всё ещё не понимал я, обладатель честной двоечки в параметре «Интеллект».

– Откуда она знает? – пыхнула дымом уже второй сигареты фея. – Как она узнала наши психотипы так точно, да ещё и описала их так уверенно?

– Способность? – предположил я. – Что-то вроде «Анализа» или «Сведения о враге». В играх такое есть.

– Ага, и в сведениях психоаналитическая справка, а не актуальная информация о боевых возможностях? – фыркнула собеседница. – Она не похожа на дуру, Мэлс. Взбалмошная явно недотраханная стерва, но не дура.

– И вот чё она недотраханная? – ухмыльнулся я, чувствуя, как приятно греет душу самогон. – Вон у неё какой качок был, а она его со шваброй скрещивала.

– Она считала, что он лох, а женщины не дают лохам.

– А какая разница, если есть желание? – удивился я.

– Ха, не понимаешь ты ещё женщин. Спать с ним она считала ниже своего достоинства. Грубо говоря, если она ему даст, то тоже станет лохушкой.

– Вот ведь бешенная сука, – немного подумав, вынес свой вердикт я.

– Ага, только я не про это вела разговор. Как она узнала о нас так много, Мэлс?

– Она – мастер иллюзий, – наконец-то дошло до меня. – А мы находились под её способностью… Сколько?

– Вот и я говорю, – хмыкнула фея. – Сколько?

Неожиданная мысль холодком пробежала по спине.

– С момента встречи с Аллой? – произнёс я.

– Эта несуществующая Алла, она ведь тебе сразу понравилась, а? Как будто для тебя и под тебя сделана, правда? Симпатичная и эротичная женщина постарше, ммм.

– Получается, раньше, – покачал головой я, не обращая внимание на подколку про «женщин постарше». – Она была с нами ещё раньше. Ходила вокруг, прикрытая своими иллюзиями. Слушала разговоры. Изучала нас. Рассматривала. Узнавала.

– Знакомилась, – кивнула Топка. – А потом разыграла нас как по нотам, чтобы уничтожить Бригаду, у которой оказались контрспособности против неё. Вот только у меня другой вопрос – сколько уровней она получила бы за нас троих?

– Да ещё и с учётом разницы… – покачал головой я. – Минимум три-четыре уровня. А уровни – это потенциальные способности, которые помогли бы ей в борьбе с Бригадой.

– А могла бы просто убить качка-паладина во сне, – заржала фея. – Пока он трахал швабру. Уверен, она это и планировала, сближаясь с ним. Но сука зачем-то решила поиграться с нами. И зачем?

– А чёрт его знает, – пожал плечами я. – Зачем думать за других? Может, она крышей двинулась в течении первого этапа. Что мы знаем про неё, в сущности?

– А я попросила Арсения покопаться, – вдруг сказала Топка. – Как раз сегодня он перешлёт.

– А так можно? У него же какие-то инструкции должны быть…

– Сейчас всем плевать, власти не до этого. Мир катится в тартарары, Мэлс. Игроки нарушили тонкие балансировки политических сил по всей планете. Мы – снежок, который скоро столкнёт лавину.

Мы замолчали, каждый думал о своём. Я думал о том, что у лисы Алисы были очень притягательные бёдра и почему-то ступни. А ещё размышлял, откуда у неё там торчат хвосты.

Наконец, думать о бешенной стерве мне наскучило.

– Топка, почему ты выбрала эту расу? – спросил я. – Почему именно фея?

– Я тебе рассказывала, – пожала плечами фея.

– Почему-то мне кажется, – начал я. – Что ты слишком легко приняла свою новую ипостась. Подумать только – из взрослого, почти пожилого, мужика в маленькую пубертатную девочку…

– А это важно? – уже собравшаяся в дом, Топка повернулась. – Это важно, Мэлс?

Немного подумав, я честно ответил:

– Нет.

– Ну, на нет и суда нет, – фея зашла в дом.

А я остался сидеть, размышляя о странных механиках игры. Вот взять расы. Это же не просто у тебя уши отрасли и дополнительные бонусы и штрафы прилетели. Что-то поменялось у тебя внутри. А что-то, похоже, меняется и в мозгах.

Элион, к примеру, явно демонстрирует повышенную агрессивность и снижение эмпатии. Да, она пока не ест невинных людей, но перекусить братками принцесса уже не против. Наоборот, слюнки текут, глазки блестят.

А Топка… Она слишком легко влилась в роль, чуть ли не в куклы играет с маленькой демоницей. Мужик с топором по-настоящему сдружилась с принцессой несмотря на колоссальную разницу в возрасте. И теперь они вместе радостно стругают человеческую плоть. Сразу и не разберёшь, где подросток настоящий, а где – поддельный.

***

Гостей мы обнаружили, возвращаясь с вечерней тренировки. Они и не таились – два знакомых силуэта курили у нашей покосившейся калитки. Рядом стоял военный тёмно-зелёный тигр.