Чтение онлайн

– Так, вроде нащупал… Смотрим в камеру! И смотрите мне там, не вздумайте моргнуть!

Полароид щелкнул, и из роликов прокатилась фотография с пятеркой улыбающихся пионеров.

========== ДЕНЬ 5. КОРАБЛЕСТРОИТЕЛИ ==========

Итак, я внезапно для самого себя стал героем дня. А любому герою полагается заслуженное вознаграждение. Не обошло это правило стороной и меня, посему грести назад также вызвался Дэнчик. Впрочем, и я не остался без работы – корзинки с ягодами были на мне. Но, справедливости ради, это были сущие пустяки. Поэтому сейчас я, сидя в лодке, наслаждался прекрасным летним деньком. Славя высматривала рыбок, которые то тут, то там создавали миниатюрные круги на воде, а Лена развлекалась с ежиком, который перекочевал из моей рубашки в небольшое полотенчико, найденное в недрах нашей лодки. Кстати, зверек получил кличку Орлик. Нелогично, атаковал ведь нас не орел, а ястреб, но в целом все равно. Орлик так Орлик.

Я уже представлял, как отнесу землянику в столовую, дождусь обеда и после с чистой совестью пойду нежиться у себя в домике, наедине с мягкой подушкой. Или… Пожалуй, сначала заскочу с гостинцами к рыжим. А дальше по намеченному плану. Впрочем, и у них задержаться было бы весьма недурным времяпрепровождением. И ведь правда, почему бы и нет? Звучит явно как что-то, от чего я определенно получу больше эстетического удовольствия, чем просто валяние на кровати.

– Отнесете корзинки в столовую, ладно? – попросила Славя, когда мы уже полностью пришвартовались к пристани под четким надзором пришедшего за веслами ответственного за порядок на пристани деда.

– Конечно, – отозвался Дэнчик. – Тем более так мы уж точно не опоздаем на обед. А ты сейчас куда?

– Ну как куда, Ольге Дмитриевне отчитаться, – ответила как само собой разумеющееся Славя. – Лен, сходишь со мной?

– Почему бы и нет? – ответила та. – Заодно Орлика где-нибудь высадим.

– У вожатой можно будет колбаски ему попросить дать! – оживилась активистка.

– Как вариант, – согласилась Лена. Оживленно переговариваясь, две девушки вскоре скрылись с наших глаз.

Аленка второпях переводила взгляд то на нас с Дэнчиком, то на свою группу. Явно хотела найти предлог, чтобы идти с нами, но почему-то ничего ей в голову не приходило. В таком случае, стоило срочно помочь подруге.

– Ален, а ты… – начал было я.

– Ален, ты идешь, нет? – окликнула ее девочка из ее отряда.

Что ж, я пытался. В следующий раз буду быстрее соображать.

– Блин, – ругнулась девушка. – Иду! Ладно, Макс, не скучай тут без меня! Дэн, ты тоже давай не кисни!

– Алена!

– Да иду я, иду! – яростно крикнула девушка и поспешила к своим, громко топая ногами.

Ладно, в конце концов, умение избегать ненужной для себя работы и коллектива должно само прийти, сугубо при помощи своей соображалки. Вечно на всех полагаться не получится.

– Ну что, готов к послеобеденному рандеву с кибернетиками? – внезапно спросил Дэнчик.

– Че? – как-то даже непроизвольно вырвалось у меня.

– Понятно, кто-то Ольгу Дмитриевну утром явно не слушал, – нахмурился мой друг.

– Да, действительно как-то не сподобился, – протянул я.

Дэнчик вздохнул с таким разочарованием, скрестив руки на груди, что на секунду показалось, будто из него, в теории, может получиться весьма неплохой вожатый. Вечно недовольный своими безалаберными подопечными.

– Ольга Дмитриевна нас назначила к ним в помощь. Они сейчас сооружают макет корабля из фанеры ко Дню Нептуна. Нам надо помочь им его донести до пляжа и обустроить.

Я не выдержал, присев на корточки и закрыв лицо руками. Приплыли, что называется. Что я там говорил про умение отлынивать?

– Вожатую совсем не волнует, что у меня могли быть другие планы на тихий час, а не помогать этим обормотам? – ругнулся я.

– Раньше надо было говорить, – пожал плечами Дэнчик. – Теперь уже без скандала не отвертишься. Ладно тебе, не устраивай трагедию. Быстро отнесем и освободимся. Это всяко не колонки двадцатикилограммовые таскать.

Я с крайним недовольством еще позыркал в сторону друга, но деваться мне было некуда. Сказанные им слова прозвучали с такой бесцеремонной прямолинейностью, что я понял – схитрить не удастся. Одного бы отправили – я бы еще извернулся, но тут, увы, придется выполнять. Мы ведь обещали друг другу, что будем вместе. Так что я решил сейчас сдаться.

Эх, моя темная сторона, неужели ты не поможешь мне сейчас, когда я так в тебе нуждаюсь? Хотя, когда она проявляла себя по пустякам…

– Ладно, но знай, что я делаю это с большой неохотой, – буркнул я.

– Ой, да брось, будто мне прям так хочется этой ерундой заниматься, – хмыкнул тот.

– Я и не сомневался, что тебе не хочется, но ты сам выбрал путь покорения сердца пионерки-всем-ребятам-примерки. Один только вопрос – нафига меня в это втягивать?

– Потому что ты мой лучший друг, – объявил тот самую очевидную вещь из возможных.

– Ты не сможешь этим вечно манипулировать, – ответил я, поднимаясь на ноги.

– Смогу, – ответил тот, определенно смакуя момент. – Давай одну корзинку, помогу уж.

– Сама любезность, – съязвил я, протягивая тому землянику.

Мы не спеша зашагали по тропинке, ведущей в сторону площади. Я старался не думать о том, что скоро мне придется заниматься очередной лагерной рутиной, стараясь больше занимать голову предстоящим обедом, который я проведу в обществе рыжих. Еще было бы неплохо Аленку цепануть.

Интересно, что же она там такое придумала на завтрашнее утро? Я так легко ввязался в какое-то очевидное сумасшествие, что сам себе удивлялся. С другой стороны, что такого необычного может придумать обычная озорная девчушка? В ее-то возрасте любое, даже совершенно незначительное нарушение запрета вызывает бурю эмоций и чувство приключения. В памяти был еще очень жив случай, как мы с Дэнчиком, когда нам самим было по пятнадцать лет, прыгнули на вечернюю электричку, дабы доехать на ней до конечной и вернуться вечером в поселок. Да только вот мы не учли, что последняя электричка до него не стыкуется с моментом приезда нашей. Нам пришлось удрученно смотреть ей вслед и понимать, что мы на целую ночь застряли черти где, в то время, как родители в полной уверенности, что мы гуляем где-то на соседней улице.

Когда мне в два часа ночи позвонила мама, то я был готов отложить кирпичный завод. Но она просто сонным голосом спросила, не собираюсь ли я домой, на что я, стараясь говорить не трясущимся голосом, сообщил, что мы во дворе со старшими ребятами гуляем. Не помню уже, что конкретно она ответила, лишь пробубнила что-то, да дальше спать улеглась.

И вот, казалось бы, ничего прям такого страшного не случилось. Но в воображении подростка это было прям что-то с чем-то. Возможно, что также и здесь. Да, когда женщина соизволит сходить с ума – это всегда страшно. Но, опять же, я имею дело с подростками. Тем более, довольно безобидными их представителями. Объективно переживать не из-за чего.

На площади неторопливо, торжественно шагало четверо человек. Трещал барабан, ревел горн, то и дело распугивающий желающих понежиться на теплом асфальте площади голубей. Впереди выступала Женя, а за ней вышагивала троица наших помощников.

– Гоша? Почему не в ногу? Женя! Отстаешь! – командовала библиотекарша. – Гоша, ну опять не в ногу! Юра, поправь галстук! Раз-два-три-четыре! Раз-два-три-четыре!

За всей этой процессией исподлобья поглядывали Ольга Дмитриевна вместе с Витей. Возле них крутилась Славя, вчитываясь в какой-то листок и беспрерывно нашептывая себе, видимо, его содержимое под нос.