Чтение онлайн

А в ответ – беспросветная, как поздняя московская осень, тишина. Я присматриваюсь к лицу рыжей и замечаю, что ее губы едва заметно подрагивают.

– Алис, все хорошо? – спрашиваю обеспокоенно.

– Д-да, – наконец выдавливает та. – Прости, просто ты мне сейчас очень сильно кое кого напомнил…

– Правда? – я внимательно продолжаю следить за ее мимикой, но никаких сторонних эмоций больше не вижу. – И кого же?

– Неважно, – отвечает та, резко собравшись. Лишь одна, похожая на глицериновую, слеза медленно ползет по ее лицу и падает между расстегнутыми верхними пуговицами пионерской формы.

Делаю затяжку из электронки, которая становится неожиданно горькой. Либо испарик уже по-хорошему пора менять, либо… Либо мне остается только признать, что дальнейшие расспросы пока что не являются моей прерогативой. Не дорос еще, пардон муа, до такого.

– Ладно, – вздыхаю. – Пойдем. А то точно рискуем озвездюлиться.

Крадучись, прокрадываемся на полянку. Костер тем временем уже почти потух, и пионерам пришлось сгруппироваться поближе, дабы продолжать чувствовать его тепло. Словно единый организм, они держали руки на плечах друг у друга. Кто-то продолжать под нос мурлыкать свои любимые песни, кто-то просто шептал слова, очарованный моментом. Но наверняка все сейчас проматывали в голове минувший вечер, совершенно не желая возвращаться назад в лагерь.

«I know there’s gotta be some peace in me, but I can’t find it. I get so sick of the looking…» – почему-то вспомнились сейчас строчки из песни «Happiness» Грейсов.

– Ага! – торжественно провозгласила темнота позади нас голосом вожатой. – Ну и где мы шляемся?

Алиса от неожиданности вздрогнула и спряталась за мной. Оставалось принять удар на себя. Выдохнув, я с максимально деловым видом повернулся к Ольге.

– В смысле «где»? – переспросил я. – Тут мы были. Решили прогуляться. В этом есть что-то криминальное?

– В самом факте прогулки нет, – хмуро ответила вожатая. – Но можно было хотя бы меня в известность поставить. Я же за вас ответственность несу. А в лесу всякое случиться может. Особенно, в темное время суток.

– Извините, Ольга Дмитриевна, – ответил я, будто читая с бумажки. – Молодые, глупые. Все так спонтанно вышло…

– Почему-то это «спонтанно» только с вами двумя и происходит, – закатила глаза Ольга. – Ладно, чего уж теперь. Вернулись, и слава богу. Не буду лукавить, сама вас только минут пять назад спохватилась.

– Такая честность с Вашей стороны не может не радовать и подавать тем самым положительный пример, – хмыкнул я. За моей спиной раздался едва различимый смешок Алисы.

– Припомните это хоть раз – до конца смены будете радостно дежурить по столовой, – пригрозила та нам пальцем. – Все, собирайте вещи, мы уходим назад в лагерь. Да, и по поводу вашего отрядного мероприятия…

Вожатая зачем-то решила выдержать драматическую паузу, не иначе, как лишний раз пощекотать нервишки.

– Надеюсь, мне за вас утром не придется краснеть перед работниками столовой за то, что вы там насвинячите?

– Ольга Дмитриевна, обижаете, все будет ажур…

– Так, стоп! – перебила меня вожатая на полуслове. – Жеглов, никакого абажура. Я просто хочу рассчитывать на вас. Как на людей взрослых и ответственных. Вам это по силам?

– Вполне! – хором ответили мы.

– Ну и замечательно, – кивнула Ольга. – Первый и восьмой отряды, собираемся! Не забываем тщательно потушить костер! Виктор Семенович, пересчитайте своих на всякий случай, а то у меня тут уже нашлись два беглеца…

Алиса цокнула языком и направилась забирать свою гитару. Я увидел, что к ней уже летит довольная Ульянка, сжимавшая в руках какое-то неизвестное членистоногое. Поняв, что сейчас лучшим вариантом будет постоять в сторонке, я быстренько отыскал Славю с Дэнчиком и стал протискиваться к ним.

– Добрейшего вечерочка, – поприветствовал я нашу парочку. Заметил, что активистка с блаженной улыбкой облачилась в свитер друга. И ведь на улице объективно и холодно-то не было. Краем глаза глянул на Алису, которая уже со взором горящим бегала за хохочущей Ульяной в попытке надавать ей подзатыльников. Все так же в моем пиджаке.

Все же, как ни крути, а в каких-то деталях все девушки одинаковые. Пусть на первый взгляд у отдельно взятых ничего общего быть не может в принципе.

– Тебе тоже не хворать, – потянулся Дэнчик. – Чего видок такой тревожный?

Правда что ли? До сих пор? Я потряс головой в надежде согнать с себя эту уже ненужную ни под каким соусом чепуху. А то не ровен час опять пущусь в еще более ненужную внутреннюю философию. А кому оно надо? Окружающим точно, а мне так и подавно.

– Тебе кажется, – машу рукой я.

Тот не стал ничего отвечать, лишь как-то подозрительно смерив меня взглядом. Я и не сомневался, что он меня раскусит. Как бы хорошо я не прикидывался дубом, этот человек меня всегда насквозь видит.

– Мальчики, помогите, пожалуйста, Виктору Семеновичу, – улыбнулась Славя. – А то сами понимаете, какие малыши неугомонные. А с вашей поддержкой быстрее управимся.

Зерно логики в словах активистки все же было, посему мы с Дэнчиком даже без дежурного ворчания потопали к вожатому восьмого отряда. Впрочем, как выяснилось, в помощи тот особо и не нуждался. Почти все его подопечные дружно зевали, и в целом походили на сонных мушек, которые уже не чаяли поскорее отдаться объятиям мягкой кроватки.

– Редко такое зрелище, поди, увидишь, верно, Виктор Семенович? – спросил у того Дэнчик, наблюдая за строившимися по парам пионерами.

– На самом деле, в этом году они еще довольно тихие, – признался тот. – Верно я говорю, Кучишкин?

Один из его пионеров изобразил на лице удивление и несколько раз быстро моргнул, делая вид, что не очень понимает, в чем дело. Девочка, стоявшая с ним в паре, сдавленно хихикнула.

– Кстати, – вожатый почти понизил голос до шепота. – В неформальной обстановке можете ко мне на «ты» обращаться. Ребята вы уже взрослые, а я терпеть не могу выкать, честно говоря. Только смотрите, чтоб Оля не услышала.

– Понял-принял, Витек, – безмятежно ответил я.

– Ну, не настолько фамильярно, – добродушно хмыкнул тот. – Хотя, Максим, вспоминая твое выступления в медпункте, трудно от тебя было ожидать чего-то другого. Ладно, пионеры, идите там по своим делам.

Когда-нибудь я перестану косячить. Слово пионера. Когда-нибудь.

Возвращаюсь к смурной Алисе и победно улыбающейся Ульяне. Кажется, погоня обернулась не в пользу рыжей-старшей.

– Набегались? – спрашиваю.

– А то, – хмыкнула Ульянка. – А ты чего пришел? Мы с Лиской идем.

– Не, нифига, – запротестовал я. – Ты с Дэном идешь, мы договаривались.

– Ага, ему скажи, – девчушка кивнула куда-то в сторону и, проследив ее взгляд, я увидел, что тот уже был в предвкушении, как пойдет до лагеря за ручку со Славей.