Второй шанс для старой девы
Шрифт:
Нутро сладко сжимается, конечности становятся ватными. Неосознанно сжимаю ноги, и тело простреливает искрами удовольствия. Мне так приятно, что голова кружится. Кажется, стоит ему меня там коснуться, как я почти сразу сорвусь. Весь мой довольно скромный опыт из прошлой жизни кажется мимолетной вспышкой рядом со взрывом сверхновой.
— Нам нужно остановиться, — хрипло выдавливаю я, когда его губы спускаются на шею. Это безумие, просто какое-то безумие.
— Зачем? — он заглядывает мне в глаза. Взгляд темный, горящий, от него по позвоночнику спускается волна мурашек.
— Я не стану вашей любовницей, Эммет, — шепчу в полумраке. Кажется, солнце уже садится. Грудь тяжело вздымается, дыхание рваное. — А на ваше предложение я отвечу завтра.
Он шумно выдыхает. Прислоняется лицом к моим волосам. Успокаивающе гладит меня руками абсолютно везде. Бедра, талия, грудь… Словно дорвался и остановиться не может.
— Хорошо. Подумай хорошенько, Марго. Бегать за тобой и предлагать дважды не стану. Но учти, моей ты все равно станешь. И условия могут показаться уже не столь привлекательными.
Глава 13.2
На меня словно ушат холодной воды выливают.
Я резко отстраняюсь и вскакиваю с дивана. На негнущихся ногах пячусь к двери. Его темный взгляд отслеживает каждое мое движение.
— Вы…! — у меня даже слов нет, чтобы выразить все свое негодование.
— Я, — ровным тоном соглашается он. — Доброй ночи, Марго.
Я не отвечаю — пулей вылетаю из его кабинета и быстрым шагом несусь в свою комнату. По пути чуть не врезаюсь в Патрицию. Презрение в ее глазах настолько явное, что окатывает душной волной.
— Ну и видок у вас. Небось уговаривали Его Светлость спасти вашу репутацию, — ее губы кривятся. — Примите мой дружеский совет — забудьте об этом и найдите кого-то… своего уровня.
Признаться честно, в этот самый момент я хочу принять предложение Эммета да хоть ради того, чтобы ей насолить.
— Тогда примите и мой дружеский совет, — вкрадчиво отвечаю я, чудом возвращая на лицо спокойное выражение. — Лавандовый вам совсем не к лицу. Выбирайте белье какого-нибудь другого цвета. Особенно когда разгуливаете в нем ночью по чужому поместью.
Ее лицо вытягивается. Говорю я о недавней попытке соблазнения — и она это явно понимает. Вероятно, думает, что я увидела ее случайно.
— Не понимаю, о чем вы, — цедит она и быстрым шагом идет дальше по коридору. Я чувствую торжество и подобие разочарования. Эмоции плещут через край, хочется выместить их хоть на ком-то. И Патриция — идеальная подушка для битья.
Но колотить приходится обычную подушку. Когда возвращаюсь в свою комнату, естественно. Обессилев, я валюсь на кровать, разглядывая потолок. В голове ни единой мысли.
Никогда не любила фразу “утро вечера мудренее”, но, кажется, пора дать ей еще один шанс. Лимит событий за один день явно превышен. Нужно просто выспаться и обдумать все завтра, на свежую голову.
Так и поступаю.
Утром заряжают дожди. Я просыпаюсь под бодрый стук капель в окно, от которого слегка дребезжат стекла. Вдалеке слышатся раскаты грома. Вообще, грозы по утрам бывают редко, и я воспринимаю это как знак. Тревожащие звуки с ходу задают боевое настроение.
Готовлюсь я с особой тщательностью. Долго выбираю платье, останавливаясь на черном, неизвестно как затесавшемся среди ярких, струящихся тканей. Обтягивающее, с длинными рукавами и вырезом лодочкой. Прямо-таки собираюсь на похороны собственной гордости.
Волосы зачесываю вверх и делаю хвост. Смотрится очень удачно и даже почти современно. Местные дамы их так не укладывают.
Через слуг передаю Эммету записку. Прошу встретиться в кабинете этим утром. Ответ приходит быстро — минут через десять. Пока разворачиваю сложенный пополам лист, запрещаю себе волноваться. От этой сделки моя жизнь зависит, нужно быть начеку. Жалею, что в прошлой жизни была маркетологом, а не каким-нибудь юристом.
“Продавать” себя даже стараться не нужно. Вон мой “горячий клиент” велит идти в его кабинет. Прямо сейчас.
Делать нечего, иду. Игнорирую стук сердца, вспотевшие ладони, пересохшие губы, мелкую дрожь. Они только усиливаются, стоит мне увидеть Эммета. Как всегда спокойного и собранного, словно вчерашнего эпизода и не было.
Может, мне все это приснилось?
— Доброе утро, — вежливо улыбается он. Я отвечаю тем же. Сажусь на диван и беру слово.
— Я много думала, — на самом деле, нет, — и принимаю ваше предложение. При условии, что все условия… эм, сделки будут согласованы со мной.
Назвать браком язык не поворачивается. Не после вчерашних слов. Но выбора нет, и я буду полной дурой, если откажусь. В конце концов, предложение выгодное, и никакая гордость не заменит мне стабильного положения в обществе и защитника в его лице. Главное — сохранить все свои тайны.
На лице Эммета не отображается ни радости, ни облегчения, ничего. Лишь сосредоточенность.
— Разумеется, Марго.
Он достает из ящика стола какой-то документ. Как я узнаю чуть позднее, черновик брачного контракта. Пунктов там много. Чтобы все прочитать и осмыслить, мне требуется не менее получаса. Эммет меня не торопит. Возвращается к своим делам, периодически кидая на меня быстрый взгляд.
Завтрак нам приносят в кабинет. Ловлю себя на мысли, что сидим довольно уютно. Я забралась с ногами на диван. На низком столике — горячий напиток и мягкая, еще теплая булочка. Эммет работает рядом.
Семейная идиллия прямо.
При этом подсознательно жду, когда эмоциональные качели вновь наберут высоту…
Беру со стола карандаш, выделяю пункты, которые мне непонятны, или те, с которыми не согласна. А после мы их обсуждаем. В целом все проходит намного лучше, чем я рассчитывала.
Эммет не давит, открыт к компромиссам. Узнаю, что наши титулы объединятся, но при желании я могу передать свой выбранному наследнику. В браке все имущество будет общим, а вот в случае расторжения каждый остается при своем. Кроме подарков и прочего — они остаются у получателя. На детей общие права.
Я перечитываю готовый вариант несколько раз. Никаких подводных камней или мелкого шрифта, но все равно ощущение скрытого подвоха не проходит. Собравшись с духом, кладу его на стол перед Эмметом.