Чтение онлайн

– Вот этого, - Олег пнул под ребра незнакомого парня, от чего тот глухо застонал, - и этого. А с этим я сам разберусь, - показал он на скрюченное тело сына.

 Сотрудники полиции не стали с ним спорить, проверяя жизнеспособность своих будущих подопечных.

– Обдолбанные, - констатировал тот же самый опер, проверив зрачки худого бедолаги, распластанного на полу. – Димас, помоги поднять.

Вскоре обоих задержанных переправили в «бобик», и Олег на своей машине поехал за уазиком в участок, заперев перед этим подвал и проверив Настю. Ее состояние не вызывало серьезных опасений, хотя оставлять ее одну и не хотелось, но после «коктейля» девушка должна была проспать до самой ночи, а к тому времени, как она очнется, он уже снова будет рядом с ней.

Когда они приехали в отделение полиции, Олег не стал дожидаться, пока выгрузят отморозков и сразу поднялся на второй этаж здания. В приемной он обратился к симпатичной рыжеволосой секретарши лет тридцати, которая ему приветливо улыбнулась:

– Олег Марченко, - представился он и обозначил цель своего визита, - Антон Петрович у себя?

– Он вас ждет, проходите, - секретарша вежливо указала на дверь в кабинет своего начальника.

Олег зашел в кабинет, в котором ему уже приходилось бывать, хоть и не часто. За письменным столом сидел полысевший и заметно поправившийся Антон Зарецкий. Мужчины поздоровались и пожали друг другу руки.

– Рад тебя видеть, правда, повод к этому совсем не располагает, - Зарецкий жестом пригласил Олега сесть. – Орлов этих доставили?

– Да, - кивнул Олег, - внизу принимают. Они под дурью и алкоголем. Ну, и еще я их слегка приложил, - добавил он.

– Жить будут? – уточнил Зарецкий на всякий случай.

– Вполне, - дернул плечами Олег. – Я поэтому тебе и позвонил, чтоб не прикопать их где-нибудь невзначай.

– Это ты брось, мне висяков и без тебя хватает, - произнес Зарецкий с легкой улыбкой, но его глаза оставались серьезными. – Я правильно понял, что их Лёнька привел?

– Он самый, - подтвердил Олег, - у него были ключи от моего дома.

– Его тоже привезли?

– Нет, - покачал головой Олег. – С ним я сам разберусь, все-таки отец как-никак. Никакого «я тебя породил, я тебя и убью» не произойдет, если тебя это беспокоит.

– Ну, смотри сам, - полковник Зарецкий откинулся на своем кресле, окинув оценивающим взглядом напряженного Олега. – Тогда вот тебе ручка, бумага. Пиши заявление, как двое злоумышленников вломились к тебе домой в твое отсутствие. Можем все до суда довести, если хочешь.

– Не надо, - Олег придвинул к себе письменные принадлежности.

– Тогда следом пиши второе заявление, что претензий не имеешь. Мы их тут промаринуем пару дней, ребята культурно объяснят, как они были неправы, и пусть катятся на все четыре стороны. Они там хоть не набедокурили?

– Настю мою сильно напугали, она была одна дома, - не поднимая головы, Олег быстро строчил официальные формулировки сухим казенным языком в заявлении.

– Настю? – удивленно переспросил Зарецкий, который впервые слышал от Олега это имя.

В качестве пояснения Олег достал из бумажника небольшую фотографию, на которой Настя была запечатлена вместе с таксой. Дурачась, девушка как-то наделала несколько своих селфи с Тяпой, один из снимков показался ему особо удачным, и он распечатал его себе на память.

– Красивая девочка, - оценил Зарецкий, - и давно вы вместе?

– Полтора месяца, - Олег закончил и отодвинул от себя исписанные листы. – Как подумаю о том, что мог вернуться домой только вечером, а ее там… - дрогнувший голос не позволил ему закончить фразу.

– Так, отставить!
– Нахмурившись, скомандовал Зарецкий. – Давай-ка стресс снимем.

Сделав усилие, он поднял свое грузное тело из-за стола и направился к небольшому настенному шкафу, из которого извлек початую бутылку коньяка, две рюмки и лимон на тарелке.

– Я за рулем, - отказался Олег, глядя на эти приготовления.

– Выпьем по пятьдесят грамм. Тебе они все равно, как слону дробина, - отмахнулся Зарецкий. – Сейчас только лимончика порежу.

Олегу ничего другого не оставалось, как согласиться и, чокнувшись, выпить с Зарецким. Крепкий алкоголь сразу ожег желудок приятным согревающим теплом, от которого лед, сковавший все кишки в животе, треснул и начал таять. Полковник мгновенно уловил перемены в сидящем напротив него мужчине, и, не спрашивая разрешения, налил им еще коньяку. После второй рюмки Олег снова почувствовал себя живым и испытал чувство благодарности к Зарецкому за своевременную скорую помощь.

– Ну, не буду тебя задерживать, езжай домой к девочке, ты ей сейчас очень нужен, - по-отечески похлопал Олегу по плечу Зарецкий. – С этими утырками мы и без тебя разберемся.

Олег поблагодарил его за помощь и, попрощавшись, поехал домой. У него еще впереди было много дел.

________________________

От выплеснутой на лицо прохладной воды Лёна начал приходить в себя. Его мутило, в голове били колокола, от которых башка трещала, как спелый арбуз.

– Очухался? – откуда-то сверху раздался спокойный голос его отца.

Лёна приоткрыл глаза, поморгал ими, чтобы восстановить зрение, и попытался приподняться. Он понял, что так и лежит на полу в бильярдной. Парень подполз к ближайшей стене, оббитой деревянными рейками, и медленно сел, опираясь спиной о стену. В небольшой комнате кроме него и Олега никого больше не было. Лёня слизнул с губ влагу, ощущая мучащую его жажду, но не решился попросить у отца воды.

– Где остальные? – рискнул задать он вопрос. Голос звучал хрипло, горло драло так, будто по нему прошлись наждачкой.

– В КПЗ, - лаконично ответил ему Олег, не прерывая своего занятия.

Лёня смотрел, как мужчина включил горелку, которая откуда-то появилась на бильярдном столе, и поднес к огню лезвие острого охотничьего ножа. Парень невольно сглотнул от вида этих зловещих приготовлений, силясь разгадать, что задумал его отец.

– Что ты делаешь? – все же спросил он у него самого, теряясь в догадках.

– Знаешь, как в Античности и Средних веках наказывали насильников? – невозмутимо заговорил Олег, будто читая лекцию нерадивому студенту. – Кастрировали или оскопляли. Причем кастрация было более гуманным наказанием, так как пережить оскопление можно было только в нежном детском возрасте, половозрелых мужчин после этой операции ждала мучительная смерть.

– Напугать меня решил? – вскинул подбородок Лёня, презрительно оттопырив губу.

– Угадал, штаны сам снимешь или помочь? – все-так же хладнокровно поинтересовался Олег.

Бессознательно Лёня вцепился пальцами в пояс на своих джинсах, он ни за что на свете с ними не расстанется, лучше умереть. Но вместо смерти можно было попробовать поторговаться.

– Мы ничего ей не сделали, - быстро заговорил он, не в силах отвести взгляд от лезвия ножа, которое методично проносили над пламенем то с одной стороны, то с другой. – Так, дурковали, полапали и все!