Чтение онлайн

– Надеюсь, этот ваш Арсений, не жлоб и не мудак, - заезжая во двор нашего дома, сказала Лина.
– А то мы тут, как дуры, собираемся привечать его, а он начнёт носом крутить.

– Он очень хороший!
– заверила я.
– Вот увидишь. Весёлый, открытый, раскованный парень. Арсений тебе обязательно понравится.

– Ладно, посмотрим, что он за фрукт. Но однозначно многое ему прощу, за то, что помог тебе вернуться и не бросил потом в беде. Вот!

– Спасибо, ерна! Я знала, что в душе ты добрая!
– весело ответила я.

Однако спустя два часа я с изумлением наблюдала за Линой и совсем не понимала причин её поведения.

За пять минут до приезда Матвея с Арсением, Лина фонтанировала позитивными эмоциями, и смеялась, весело поддевая нас с отцом. Но стоило Матвею и Арсению переступить через порог, несколько минут пребывала в непонятном ступоре, а потом вообще замкнулась в себе.

Представив Арсения папе, я подвела его к сестре и произнесла:

– Лина, знакомясь, это Арсений. Мой спаситель, которому ты так хотела выразить благодарность, - а потом посмотрела на парня и добавила: - Арсений, это моя любимая сестричка Лина. Прошу любить и жаловать!

– Привет!
– добродушно произнёс он.
– Много хорошего о тебе слышал, и рад наконец-то познакомиться!

Я ожидала, что она, например, весело скажет: “Не верь её словам. Слухи о моих положительных качествах сильно преувеличены”, или “Главное, чтобы в конце вечера ты был рад нашему знакомству”, или банальное “Я тоже рада”, но вместо этого она буркнула:

– Привет, - после чего развернулась и, сказав, что кое-что забыла, поспешно от нас отошла.

Растерянно посмотрев ей вслед и надеясь, что Лина потом станет собой, я предложила пройти в гостиную пока накрывают стол. Но дальше всё складывалось ещё хуже.

Вернувшись в гостиную и сев рядом со мной и Матвеем на диван, и слушая, как мы общаясь, вспоминаем первую встречу с парнем и всё следующее за спасением, Лина не принимала участия в беседе, не задавала вопросы, и лишь скованно улыбалась со смешных моментов, причём, не комментируя их, как обязательно всегда делала до этого. А самое странное, она почему-то вообще избегала взглядов в сторону Арсения. И даже на мои попытки втянуть её в разговор реагировала вяло, отвечая односложно, без присущего ей веселья.

Минут через пятнадцать и папа с недоумением уже посматривал на Лину, не понимая, куда делась его беспардонная, болтливая дочь.

Но оказалось, что это не самое страшное. Как только мы перешли в столовую, началось то, чего я от Лины никак не ожидала.

Жизнерадостностью, добродушием, а также лёгкостью Арсения в общении проникся уже и папа, поэтому, глядя на нас со стороны, могло показаться, что мы знакомы много лет. Смеялись, мы наслаждались вкусным ужином, и мой спаситель, приукрашивая всё, рассказывал свои впечатления от утреннего купания, от встречи со мной в больнице, о том, как сопровождал меня к дому после выписки, а также о нашем совместном проживании. Слушая всё это и вспоминая, я улыбалась, а папа с Матвеем веселились с моей неуклюжести в первые дни, с упрямства не рассказывать любимому о воскрешении и как Арсений гонял меня за это по стадиону. Лина единственная сидела тихо и, ковыряясь вилкой в тарелке, опять же, только вежливо улыбалась. Но когда рассказ дошёл до встречи с Матвеем, а потом и совместно проведённого вечера с воспоминаниями о прошлом, и Арсений обратился к сестре, всё и началось.

– Кстати, Лина, Эва с Матвеем немало поведали и о тебе, и о том, что ты горазда на выдумки, - с улыбкой сказал Арсений.

Сестра, дёрнувшись, чуть не уронила вилку и, понимая, что от неё ожидают ответа, холодно посмотрела на Арсения, а потом враждебно гаркнула:

– И что теперь? Я прямо сейчас должна ещё что-нибудь выдумать, чтобы тебя повеселить?

– Лина, ты чего?
– опешивши от её тона, спросила я.

– Ого, похоже, я твоей сестричке совсем не понравился, - нисколько не смутившись, произнёс Арсений и подмигнул мне.

– А ты хочешь всем нравиться? Не будет этого!
– Лина зло посмотрела на него.
– Спасибо, что спас Эву! Спасибо, что приютил мою сестричку и опекал! Я искренне тебе благодарна, но это совсем не значит, что ты лично будешь мне нравиться!

– Ангелина, перестань, - сухо произнёс папа.
– Какая муха тебя укусила?

– Никакая, - фыркнула она.

– А я, кажется, понимаю, какая, - улыбнувшись, сказала я, желая обратить всё в шутку.
– Лина сразу поняла, что Арсений может её переболтать, вот и молчит весь вечер…

– Что? Он - меня? Не смеши! Мелковат противник, - передёрнув плечами, ответила сестра.

– А может, попробуем тогда?
– весело бросил Арсений.
– Присоединяйся к нашей беседе, а то накуксилась и сидишь молча.

– Как хочу, так и сижу! И ничего пробовать не собираюсь!
– Лина начала кипятиться, глядя на улыбающегося Арсения.
– Я не трещалка заводная, чтобы беспрестанно говорить!

– Что не трещалка - верно, но точно заводная. Ох, и характерец!
– Арсений широко улыбнулся, а затем обратился к нам с Матвеем: - Теперь я понимаю, что вы имели в виду, говоря, что Лине палец в рот не клади…

– Вот именно! А то откушу руку по самое плечо!
– вставила она.

– Так, хватит!
– папа сурово посмотрел на сестричку.
– Арсений гость, которому, кстати, мы многим обязаны, так что успокойся. Но если внезапно ты забыла правила хорошего тона, то хотя бы прояви уважение к тому, кто спас Эву, или встань и выйди из-за стола.

– Борис Анатольевич, всё хорошо. Наоборот, мне интересно пообщаться с Линой, - добродушно произнёс мой спаситель.
– И поверьте, вы мне ничем не обязаны. Это всё делалось от чистой души.

– Искренне верю, что от чистой души, - сказал папа и тоже улыбнулся.
– Кстати, про это. Я тоже хочу кое-что сделать от чистой души, да и девочки тоже, поэтому прошу всех подняться и следовать за мной.

Понимая, что отец планирует вручить подарки, я улыбнулась, надеясь, что Арсений не будет артачиться и, поднявшись, под руку с Матвеем направилась во двор, а Лина демонстративно осталась сидеть за столом.

“Хоть бы принял подарки! Хоть бы принял!” - повторяла я про себя. “Так, надежда была на Лину, что она не отступит и заставить Арсения принять их, но она ведёт себя странно, и уж точно помощи нам не окажет!”.

Выйдя во двор, и подойдя к внедорожнику, папа открыл дверь с водительской стороны и, взяв папку с сиденья, вернулся к Арсению.

– То, что ты сделал для нас, невозможно измерить материально. Ты вернул мне не просто одну из любимых дочерей, а смысл жизни и радость. Помимо этого также благодаря тебе наша семья вовремя узнала о грозящей нам опасности, поэтому, по сути, ты спас не только Эву, но меня с Линой, - торжество сказал он.
– В наше непростое время немного найдётся людей, которые без раздумий бросятся спасать других, и я считаю, что такие поступки необходимо вознаграждать. Но в первую очередь, это просто благодарность за человечность, отзывчивость и добропорядочность. Прими эту машину в подарок от меня.