Чтение онлайн

Тарнболл медленно переводил взгляд с одного лица на другое.

– Итак, вы с Анжелой что-то скрыли. Что-то, рассказанное Верховным фоном.
– Тут ему припомнились слова, брошенные в свое время Джиллом, и Джек повторил:

– Он вам сказал, что в дальнейшем нас оставят в покое.., фоны!

– Да только...
– начал было Джилл.

– Да только, - опередил его рослый агент, - да только они там, в космосе, не одни, верно?

Анжела взяла Тарнболла за руку и подтвердила:

– Ггуддны, Джек. Они тоже там водятся.

– Чего.., как? Ггуддны?
– он сумел правильно произнести с первого раза.

– Путешествующая в космосе некая раса (или народ, вид?), - продолжала она, - которая не обладает этикой фонов. И это все, что нам известно о них.

– Не совсем, - возразил Джилл.
– Нам также известно, что фоны находят их отвратительными, неэтичными и, возможно, боятся их.

– Этика?
– фыркнул Тарнболл.
– У фонов? Черта с два! Хотя, может, у них есть своя собственная разновидность этики, иначе мы сейчас не сидели бы здесь. Но, с другой стороны, я уверен, что у Сита-Баннермена ее не было и в помине!

– Равно как и у ггудднов, - заключил Джилл.
– Во всяком случае, по словам Верховного фона и его Совета.

Когда Верховный фон упомянул о ггудднах, все члены Совета до одного ну, до одного "человека" - содрогнулись. А сказал он следующее: "Будем надеяться, что вы никогда не столкнетесь с ггудднами и что они никогда не найдут вас".

– Он также напомнил нам, что космос велик, - кивнула Анжела.
– И, как мы поняли, это-то и дает повод уповать на лучшее.

Агент давно уже приглушил звук телевизора. Теперь же, вообще выключив аппарат, он сказал:

– Да, космос велик - но, возможно, недостаточно велик?
– И когда экран погас и гудение смолкло, продолжал:

– Все так и есть, Спенсер? Ты думаешь, что это могут быть ггуддны?

Джилл встал и принялся расхаживать по комнате:

– Слушай, отстань от меня, Джек!
– Он пытался погасить в себе желание наброситься на агента и обнаружил, что это трудно.
– Я ни черта не донимаю, может, и не пойму. Я способен обнаружить лишь: фоны скрываются за этими Дверями или те.., другие. Если их механизмы окажутся знакомыми - то фоны, а если нет...

– То это будут ггуддны, - кивнул Тарнболл.
– Но мне все равно кажется, что кем бы там ни являлись эти ггуддны, они играют по правилам фонов. Сперва Дом Дверей, в данном случае Дома, а потом игра. Так что даже если у ггудднов и нет этики, у них должны быть правила. Какие-то свои правила игры.

– Не знаю, упоминал ли я когда-нибудь об этом, - невесело усмехнулся Джилл, - но иногда мне кажется...

– Что я не такой тупой, каким выгляжу?
– тут же догадался Тарнболл.

– Я не собирался выразиться именно так, - возразил Джилл.

Анжела нахмурилась и заявила:

– Разве вы никогда не слышали о римлянах? У них, знаете ли, тоже устраивались игры. Во всяком случае, они называли их играми. Но они не так уж и волновались насчет соблюдения правил.

– О, разумеется, - грубовато согласился Тарнболл.
– Это же старые добрые Римские Игры. Орел - я выигрываю, решка - ты проигрываешь. Победителями всегда бывали те, кто за пределами арены!

– А почему же и этой игре не быть такой же?
– задала ужасно логичный вопрос Анжела.
– Для представлений римлянам необходимы были арены.

Рослый агент на секунду задумался:

– Ты хочешь сказать, что установка этих Домов Дверей может быть просто частью сценария? Вроде подготовки сцены перед первым актом или постройки эшафота перед повешеньем? Или чем-то вроде: "Эй, вы! Это никакая не уловка, а просто предупреждение. Нам всего-навсего желательно немного посмотреть, как вы мечетесь, прежде чем мы выпустим львов".

– Давай-ка поразмыслим над этим, - предложил Джилл.
– Сперва ты организуешь арену, а потом приводишь гладиаторов или христиан, а после...

– Открываешь клетки, - сказала Анжела.

– Но христиане не могли отбиваться, - напомнил им Джилл.
– У них не было оружия. А у нас есть, да притом весьма мощное. И кем бы там ни были эти "гости", они должны это знать. В смысле, нельзя же обладать такой технологией, как у них, не принимая в расчет того, что мы можем дать сдачи. Эти пришельцы знают, что у нас есть ядерное оружие.

– И оно их не беспокоит, - указал Тарнболл.

– Очевидно. Но, если эти нехорошие ребята нас не боятся, то почему они просто не врываются, паля во все стороны? Зачем им вообще заблаговременно предупреждать нас?

– Потому что это и есть самая жестокая игра, - настаивала Анжела.
– Они сперва хотят увидеть, как мы будем мучиться, не зная, что делать, как, по словам Джека, будем метаться из стороны в сторону, пытаясь скрыться от неотвратимой опасности, на которую намекает появление Дома Дверей. То есть хотят позабавиться до того, как покажут нам свою силу, натравят своих "львов". А потом предъявят свои требования и начнут ждать, подчинимся мы или нет.

– Но прежде, чем мы сможем.., ну, подчиниться или не подчиниться, нам понадобится узнать, каковы их условия.
– Джилл закусил губу, прокручивая в голове варианты:

– Нам потребуется какой-то представитель для переговоров.

– И у нас он есть, - уведомил его Тарнболл.
– Ты.

– Наши деятели наверху уже рассчитали все это задолго до нас, - сказал Джилл.
– Именно потому-то нас и свели вновь.

– Потому что нам, вернее, тебе, в прошлый раз удалось провернуть этот трюк, - кивнул Тарнболл.
– Мы те самые, единственные, у кого есть опыт. Хотя, держу пари, бомбовые отсеки уже загружены - просто на случай, если нашего опыта не хватит.

– Но, - вставила Анжела, - мы не единственные, у кого есть такой опыт. Варре, Клайборн и Андерсон тоже участвовали в испытании.

– Андерсон отпадает, - отверг Джилл.
– Что же касается двух других, то, войди они в команду, я из нее выйду. По моему мнению, командный дух у них лишь на пару градусов выше абсолютного нуля. В любом случае, я некоторое время следил за их судьбой. Клайборн ударился в псевдорелигиозность, стал верховным жрецом какого-то не то культа, не то шабаша в пустыне Невада. А Варре... Ну, он исчез вместе с ЕКП, Европейским Космическим Проектом. Помните, у него была клаустрофобия? Боже, эта его фобия стоила нам немало седин! Но, как я думаю, теперь она улетучилась благодаря тем же фонам, испытывающим ненависть ко всем болезням, физическим или психическим. И все же я бы не стал радоваться, узнав, что наша безопасность будет зависеть и от Варре.