Чтение онлайн

И незаметная (для всех, кроме него) вибрация в одной из быстро вращающихся лопастей продолжала беспокоить Джилла всю дорогу, вплоть до желанной посадки, которая, впрочем, прошла идеально.

Уэйт представил пилота:

– Служил в ВМФ, командир эскадрильи, ветеран войны на Фолклендах и пилот воистину большого вертолета. Тот, на котором мы прилетели, в сравнении с ним - младенец. Фред Стэннерсли и его птичка перевезли великое множество крайне важных людей, и пока никто не жаловался.

Пока Уэйт демонстрировал свое сомнительное знание летного жаргона, Фредди Стэннерсли стоял, чуть склонив набок рыжевато-каштановую голову, вопросительно глядя на министра и выглядя более чем смущенным за него.

Когда Уэйт закончил, Джилл спросил:

– А это и есть ваша "птичка"?
– и покосился на доставивший их вертолет, стоявший на краю поля, откуда открывался вид на море. Вернее, на то, что прежде было морем. Там, где некогда ходили корабли, теперь все заполняла зелено-коричневая живая масса.

– Нет, - покачал головой Стэннерсли.
– Это вертолет министерства, как я понимаю, министерства обороны.

Мне предложили срочную работу, много денег, мало опасности и авиационный бензин, которым я могу пользоваться задаром. А моя собственная, э-э, "птичка", - (он тревожно взглянул на Уэйта, который стоял спиной к нему, разговаривая с Мирандой, группой старших полицейских чинов и прочих должностных лиц) - сейчас проходит регулярный техосмотр в ангаре. Но работу хотели поручить именно мне и поэтому предложили вместо моей машины французскую модель. Это немножко слишком броская, но зато обычно надежная машина. Впрочем, опять же, они нынче все надежные. Просто я не в восторге от того, что не смог хорошо ее испытать и проверить, вот и все. У меня тогда не оставалось бы времени, чтобы забрать эту министерскую жопу и женщину.

Стэннерсли выглядел лет на тридцать девять-сорок.

Ростом он был примерно метр семьдесят три-семьдесят пять, крепкого телосложения. Он давно уже утратил военную выправку, хотя Джилл заметил на его поношенной летной куртке следы от крылышек и других нашивок. "Со старыми привычками трудно расстаться", - подумал Джилл. Однако своей квадратной челюстью, проницательными зелеными глазами и общей установкой на старательность Стэннерсли уже произвел благоприятное впечатление. Он мог быть немного медлительным на земле, но главное - каков он будет в воздухе.

Летчик всегда остается летчиком, и человек, воевавший на Фолклендах, был достаточно хорош для Джилла.

– Ну а что-нибудь мешает вам проверить ее сейчас, прямо здесь? спросил Спенсер.
– Возможно, нам придется много гонять на ней. А мне в данное время есть о чем потолковать с моими здешними коллегами, так что сильно спешить ни к чему. В курс дела я смогу ввести вас позже. Тогда у нас будет время и познакомиться как следует, идет?
– Он протянул руку, и они обменялись рукопожатием.

– Разумеется, вроде как отлично.
– Но Стэннерсли нахмурился.
– Э, вы сказали: какая-то проблема с несущим винтом? Может, с одной из лопастей? Я понимаю, что у вас есть кое-какой опыт с этими машинами?

– С машинами.., да, - кивнул Джилл.
– Но почему бы вам не проверить самому? И если я ошибся - поставлю вам стаканчик.

– Вполне справедливо, - пожал плечами пилот.
– А если вы окажетесь правы, то я сам поставлю вам целую бутылку! Понимаете, я пока никогда не встречал кого-то с более чутким ухом на капризы двигателя, чем мое...

Джилл и остальные прошли к воде, вернее, к водорослям. На юге виднелся Ныюпорт, но почти весь обзор загораживало здание, широко расползшееся по соседнему полю до самого края водорослей и отметки прилива.

– Особняк, - вздрогнула Анжела и крепко сжала руку Джилла.
– Дом Дверей.

День выдался солнечный и жаркий, дующий с запада ветерок можно бы было описать как ласковый, но Анжелу все равно била дрожь. А шедшая с моря вонь вообще не поддавалась описанию, несмотря на то, что водоросли находились с подветренной стороны.

Вдоль кромки воды, в обоих направлениях, насколько хватал глаз, работали люди. Никакой деятельности не велось только около Особняка, оцепленного заграждениями и полицейской лентой с надписью "НЕ ВХОДИТЬ". Все были в респираторных масках и опрыскивали водоросли чем-то токсичным.

– Конец всему району, - определил Транболл.
– Новый источник загрязнения - гибель для рыбы. Если под этой дрянью есть какая-то рыба.., и вода!

За особняком выстроились бампер к бамперу полицейские автомобили и другие официальные или полуофициальные машины, за ними стояли палатки, различные автофургоны с затемненными окнами, на крышах которых расположились целые скопления необычных антенн. Всюду мелькали полицейские в форме и настороженно глядящие охранники в штатском. Все это выглядело как поселение, с минуты на минуту ожидающее атаки краснокожих.

– В некотором роде напоминает некую сцену на некой горе в Шотландии, не правда ли?
– сказал Джилл Анжеле.

– Да, - ответила та, - напоминает. Зная, что такое этот Особняк, я нахожу его столь же зловещим. Но я не знаю природы этих водорослей.., и я нахожу их пугающими.

Миранда Марш расслышала эту последнюю реплику и подошла ближе:

– Один работающий на НАСА американский ботаник выдвинул теорию, что водоросли - это неразумная инопланетная форма жизни, а узловые точки просто такие своеобразные споры. Он думает, что именно так в свое время и попала на Землю жизнь - из космоса.

– В самом деле?
– отозвалась Анжела.
– И споры этой неразумной формы жизни имитируют земные строения, да?

– Эволюция, - пожала плечами министерская дама.
– Есть цветы, с виду похожие на насекомых, и насекомые, похожие на цветы.

– И, - вставил Джилл, - есть высоко разумные инопланетяне, именуемые фонами, которые на вид точь-в-точь, как медузы. Очевидно, ваш сотрудник НАСА не читал наших докладов.

– О, я с вами согласна, Спенсер, - заверила его Миранда.
– Но что касается ваших докладов - вы должны быть в курсе, что на них гриф "Совершенно секретно", причем "космической степени". Их читала лишь горстка людей! Я же просто сообщила известное мне предположение, вот и все. Мне хотелось бы, чтобы и вы поступали так же.

– ..Когда наступит надлежащее время или вынужденная необходимость, закончил Джилл.
– А пока какие-нибудь другие теории есть?

Если она и рассердилась, то не подала виду:

– Ну, есть еще кое-кто, предполагающий, что водоросли - это какая-то инфекция, занесенная к нам этими узловыми точками, словно мокрицами в ком земли; она распространяется и заражает все, к чему прикасается.

– Заражает?
– поднял брови Спенсер.

– Водоросли смертельно ядовиты, - сказала она.
– Столь же опасны, как большинство ядовитых грибов.