Чтение онлайн

Их лица искажены от боли… Кто-то лежит на полу, кто-то стоит на коленях, ни одному не удалось устоять на ногах.

То, через что сейчас проходили арвийцы, можно было назвать агонией. Они испытывали страшную боль, но не позволяли себе кричать в голос.

Их ломало, выгибало так, что я отчетливо слышала хруст костей, но они не кричали… Только хрипели, стиснув изо всех сил челюсть.

Посмотрев на мужа, не сдерживаю всхлипа и тут же зажимаю себе рот обеими руками. Мне кажется настоящим кощунством страдать вслух, тогда как арвийцы, те, кто проходит через ужасные муки, хранят молчание.

Киан стоял на коленях, уперевшись руками в пол, а его спина была неестественно выгнута дугой. Вытекающая из порезов кровь только добавляла ужаса этой картине.

Это было действительно ужасно… столь ужасно, что, не выдержав, я прикрываю глаза.

Не могу сказать, сколько это длилось, мне казалось, что не меньше часа точно. И все это время я простояла с закрытыми глазами. Больше не смогла заставить себя смотреть. Отчего-то мне казалось, что арвийцы тоже не хотели бы, чтобы их в такой уязвимый болезненный момент видел кто-либо.

Глаза я открыла только тогда, когда единственным раздающимся в помещении звуком осталось частое дыхание арвийцев. И вот после этого, четко ощущая, что ритуал пробуждения завершен, я сняла запирающее заклинание, впуская внутрь взволнованных людей, а сама на дрожащих ногах направилась к лежащему на полу мужу.

— Киан, – осторожно касаясь измученного лица, пытаясь держаться, шепчу.

И он открывает глаза, а я, еле сдержав крик, но не сумев сдержать порыв, отшатываюсь. Кровавый взгляд, так напоминающий взгляд Повелителя демонов, пугает так сильно, что на мгновение я вижу перед собой его, не мужа. Ужасного и готового убивать демона. Но, быстро вспомнив, кто передо мной, взяв себя в руки, возвращаюсь на место.

— Так… сильно изменился? – хрипло спрашивает Киан, заметивший мою реакцию.

— Твои глаза… они сейчас светятся красным, – выдавив из себя жалкую улыбку, отвечаю.

— Прости, что напугал… — в голосе мужа отчетливо слышны досада и раскаянье, от которого мне становится еще больше стыдно за свою реакцию.

— Нет. Не извиняйся, – накрыв рот парня ладонью, перебиваю. – Это ты прости за мою реакцию…

— Как он? – рядом с нами оказывается Ашер. И вот брат, заметив изменения в Киане, принимает их куда спокойнее меня. Даже виду не подает, что что-то изменилось. – Встать сможешь? – спрашивает он моего мужа, поняв, что тот в сознании.

— Да, – без труда принимая сидячее положение, отвечает Киан. После чего его кровавый взгляд смотрит в сторону других пробужденных. Которые, к слову, теперь тоже имеют кровавый оттенок глаз.

— Чувствуешь какие-нибудь изменения? – не удержавшись, любопытствует Ашер.

— Сила, она распирает изнутри, – на мгновение задумавшись, отвечает Киан.

— Надо проверить, насколько ты стал сильнее, – оживленно, готовый хоть сейчас устроить проверку, произносит Ашер, за что удостаивается от меня тычка в бок.

— Никаких проверок. Киану нужно отдохнуть, – строго говорю брату и, поднявшись на ноги, помогаю подняться мужу.

— Все выжили? – тихо спрашивает Киан, возвышаясь надо мной.

— Да, – точно зная, что во время ритуала никто не погиб, отвечаю с заметным облегчением.

Кивнув, муж берет меня за руку, переплетает наши пальцы и сам уверенно ведет на выход.

****

Тяжелые свинцовые тучи заполонили небо, явно намекая, что в любой момент может хлынуть дождь. Да и пронизывающий прохладный ветер подталкивал вернуться в надежные стены Арвийской академии, но мне не хотелось. Мне нравилось дышать предгрозовым воздухом, нравилось, как непокорный ветер трепал выбившиеся из прически волосы, но больше всего нравилось прогуливаться по академической территории, держась за руки с Кианом.

Я наслаждалась моментом. Смаковала его, желая растянуть как можно дольше. Казалось бы, такое простое действие, всего лишь прогулка, но она принесла мне столько удовольствия. Сейчас, в это мгновение, не нужны были слова – всё, что имело значение, мужчина, идущий рядом со мной.

Бросив очередной взгляд на мужа, любуюсь им. И мне уже совершенно не важны изменения, глаза Киана, как и остальных пробужденных, стали прежними, а вот заострившиеся черты лица, волны подавляющей энергетики скрыть уже невозможно. Но, говоря откровенно, я быстро привыкла к незначительным изменениям в муже. Прошло меньше дня, и я практически не замечаю присущих лишь демонам черт в моём арвийце.

Киан по-прежнему остается тем парнем, что, не задумываясь, делил боль с нежеланной еще тогда женой. Он тот, рядом с кем моё сердце ускоряется, и меня накрывает эйфорией от его близости. От его взглядов и прикосновений.

Киан будоражит меня… вызывает волнение и смущение одновременно. Он так проникновенно порой смотрит, что я физически ощущаю его взгляды на своей коже. Мне нравятся чувства, что он пробудил во мне. Себе-то я могла откровенно в этом признаться. Как и в том, что я влюблена, или, правильнее сказать, люблю своего мужа.

— Еще немного, и я научусь смущаться, – бросив на меня веселый взгляд, говорит Киан. И я, застигнутая за любованием, мгновенно отвожу смущенный взгляд.

Быть пойманной стыдно, но есть оправдание – мой муж очень привлекательный парень. Кто бы на моём месте удержался?

— Замерзла?

— Нет, – лгу, потому что возвращаться в академию не хочу. Там слишком много народу. И там мама, которая, словно что-то предчувствуя, стала настойчиво следовать за мной буквально по пятам.

Я рада её обществу. Правда. Но хочется проводить время не только с родителями, но и с Кианом. А в присутствии лиры Маргарет, которая отчего-то стала ревностно блюсти правила приличия, я даже поговорить нормально с мужем не могу. Напоминание маме о том, что я уже замужем и, соответственно, моя честь и репутация никак не могут пострадать от общения с мужем наедине, никак не помогло. Она словно не слышала моих слов. Лишь отец, вовремя вмешавшийся в зарождающийся спор, смог убедить жену отпустить меня на прогулку с Кианом.

И вот уже добрый час мы гуляем в не самую располагающую для сего действия погоду.

Хоть я и сказала, что не замерзла, Киан не поверил. Сняв с себя глубокого синего цвета пиджак, он накидывает его на меня, задерживая руки на плечах дольше необходимого, словно не желает прерывать контакт. Окутавшее тепло было приятным и явно свидетельствующим о том, что я продрогла. Но еще более приятными были забота Киана и его явное желание быть ко мне ближе.

— Спасибо, – глянув на парня, смущенно благодарю и в ответ получаю улыбку. Такую обаятельную улыбку, что предательский румянец на щеках становится ярче.

Какое-то время мы молчим. Держимся за руки, поглядываем на затянутое тучами небо и идем вперед. Просто неторопливо идем, не нарушая царившие вокруг нас умиротворение и покой.

Я запретила себе думать о том, что ждет меня впереди, поэтому полностью растворялась в моменте. Я позволила себе хотя бы на пару часов стать прежней собой. Той Дайяной, что любила жизнь во всех её проявлениях. Той беззаботной девушкой, которая, как и положено возрасту, мечтала о любви, о прогулках и… поцелуях.