Чтение онлайн

В конце лестницы обнаружилась открытая дверь. Прямо посреди прохода стояла большая жаровня, в которой полыхало пламя высотой в человеческий рост. Ослепленный Галар никак не мог разглядеть, что скрывается за ним. Он видел лишь другие огоньки, поменьше, да похожие на тени силуэты. Гортанные голоса что-то говорили на незнакомом языке.

Носком сапога Галар отодвинул жаровню из проема к стене, образовав проход, достаточный для того, чтобы пламя не коснулось его. Послышались взволнованные возгласы.

Внезапно рядом с ним прямо через пламя перемахнула белая фигура. По подвалу покатилось эхо испуганных криков, а затем все их перекрыл уже ставший слишком знакомым голос. Айлин!

Слов ее Галар не понимал. Она что-то настойчиво говорила детям человеческим, но ее перебил чей-то жалобный и громкий голос

Протиснувшись мимо жаровни, Галар тоже вошел в подвал и встал рядом с эльфийкой. Помещение оказалось больше, чем он предполагал. Судя по всему, оно было больше расположенного над ним дома и уходило даже под рыночную площадь. Повсюду, даже в многочисленных нишах, валялись грязные мешки, на которых сидели исхудавшие и изнуренные люди.

— Поставь жаровню на место, — приказала Айлин. – Насколько я поняла, пламя отгоняет злых духов.

«Что за детские сказки», — подумал Галар, но спорить не стал.

Едва жаровня вернулась на место, как по подвалу прокатился вздох облегчения. Кажется, Айлин дети человеческие не боялись. Возможно, приняли высокую эльфийку, мастерски владевшую их языком, за свою, но зато на него косились с явным недоверием.

Когда Айлин снова заговорила с ними, отчаянно жестикулируя, Галар стал украдкой наблюдать за ней. Откуда она так хорошо знает язык людей? И о чем они говорят? Как же бесит, когда не понимаешь ни единого сказанного слова. Эльфийка может потом сказать все, что угодно. В том числе и правду... Ему никогда не узнать наверняка. Айлин как раз снова указала на дверь, через которую они вошли.

Некоторое время продолжались дебаты. Затем в конце концов стало спокойнее, и эльфийка обернулась к Галару. Жалкие людишки, сидевшие в подвале, выглядели подавленными.

— Выходим! — приказала Айлин. Галар отодвинул жаровню немного в сторону, протиснулся вдоль стены. Едва Айлин перемахнула через пламя, как кто-то внутри передвинул жаровню на место.

— Я не буду участвовать в этом, если ты прикажешь убить и их. — заявил он, когда они вместе поднимались по обледеневшей лестнице. Он понятия не имел, что только что произошло в подвале, но намеревался обороняться.

— С чего ты взял, что я прикажу убить их? — резко поинтересовалась Айлин.

— Судя по опыту у звезды альвов...

Ома вдруг повернулась к нему.

— Я тоже не могу отменить случившегося там. Здесь, в подвале, не воины. Они мореходы и носильщики. Возможно, ты заметил, что они ужасно напуганы. Приняли меня за свою жрицу. Было довольно сложно объяснить им, кто ты такой. Я сказала, что ты низкорослый уродец. Подарок моему храму из королевств по ту сторону Великой воды.

— Вот спасибо, — ледяным тоном ответил Галар.

— Они боятся каких-то духов, которые бродят здесь ночами. Поэтому они и собрались в подвале. Говорят, что огонь не пропускает духов.

— Духов? Ты что, им поверила?

Айлин нерешительно кивнула головой.

— Будь мы в Альвенмарке, я решила бы, что это бабушкины сказки. Но этот мир совсем другой... — Она пожала плечами. — Возможно, это пустая болтовня, но нам придется быть осторожными. Они сказали, что днем опасности нет, духи приходят только по ночам. Дети человеческие утверждают, что они оседлали северный ветер.

— А что делают эти трусь! при свете дня? Выходят из своего подвала?

Айлин холодно улыбнулась.

— Нет. Они больше не покинут свое убежище. Я сказала им, что теперь пришли еще и серые великаны с севера. Ужасные людоеды, которые будут охотиться на них. Наши друзья уверены, что в безопасности они могут быть только внизу. У них есть припасы и жир для поддержания огня. Ближайшие дни они переживут, пока здесь все не закончится.

— А что это должно произойти в ближайшие дни?

Айлин смерила его пренебрежительно-дерзким взглядом, как умели делать только эльфы.

Во-первых, здесь останутся двое наших троллей. Самые глупые из этого отряда недоумков.

— А, серые великаны, — понял Башар.

— Вот именно. Если кто-то из детей человеческих все же выйдет из подвала и увидит троллей, то быстренько заползет обратно под землю.

Эта формулировка не понравилась Галару. Ничего плохого в том, чтобы жить под землей или под горой, нет!

— Кроме того, здесь останется твой одноногий дружок. Он будет мозгом обоих троллей.

— Не думаю, что Гламиру это понравится. Он...

— Неважно, что ему понравится, а что нет. Он получит приказ и будет подчиняться! Для него же так будет лучше. Остальные вернутся к мосту. Там мы дадим сражение, поскольку его защищать удобно. А этот город без стен удержать невозможно. Просто огромная ловушка.

— А какой такой атаки нам следует ожидать?

Эльфийка посмотрела на него, как на идиота.

— А ты как думаешь? Думаешь, на нас теперь нападут эти духи? Придут дети человеческие! Тысячи. Наше присутствие здесь — это провокация. Мы начали вторжение в Нангог от имени детей альвов. Они захотят уничтожить нас любой ценой.

Галар все еще не понимал, что все это значит.

— А за что мы вообще сражаемся? Здесь же, кажется, нет ничего, кроме птичьего помета. Разве у нас, в Альвенмарке, мало такого?

Айлин безрадостно хмыкнула.

— Здесь идет речь не о чем-то столь осязаемом как помет. Мы сражаемся за свободу Альвенмарка и Нангога, будем проливать кровь за идеалы. Мы воины света, мы изгоняем тьму из этого мира.

Галар не понял, говорит ли она серьезно или иронично.

— Для воинов света мы пролили чертовски много невинной крови.

Насмешливость Айлин тут же исчезла. Она кивнула.

— И чтобы это не повторилось, мы оставим здесь твоего друга и троллей. У моста мы убьем много детей человеческих, но на этот раз это хотя бы будут воины. В конце концов они просто сметут нас. Ты заметил, что у них ноги подлиннее, чем у тебя, правда?

Галар кивнул.

— Когда они прорвут наш строй, лучше будет, чтобы Гламира там не было.

— Значит, ты знаешь его имя! — Карлик был потрясен. Он-то думал, что все они ничего не значат для этой хладнокровной эльфийки.