Чтение онлайн

"Барабан" с честью выполнил задание, обошел все квартиры, убедил жильцов подписаться под заявлением в РЭУ по поводу установки нового домофона и состряпал нужное обращение в газету.

Однако ушлые журналисты не поверили в единый благородный порыв жильцов и заявились с ксерокопией письма прямо к дому, где принялись расспрашивать подписантов на предмет их соучастия в составлении бумаги.

"Барабан" в тот же вечер получил в тыкву от подвыпившего сантехника и на этом сотрудничество с ФСБ прекратил.

Теперь уже навсегда.

– Коля, это очень грубая работа, - Иванцов недовольно поежился.
– Судебное разбирательство вызовет массу откликов в прессе. Я бы тебе посоветовал решить вопрос полюбовно.

– Не выходит. Им деньги нужны. А заплатить мы им не можем. У меня таких статей расходов не предусмотрено.

– А если как следует наказать этого придурка-начальника?

– Уже... Но люди не успокаиваются.

– Плохо...

– Да уж, ничего хорошего нет.

– Ладно, - Секретарь Совбеза сменил тему разговора. Суд - так суд. В любом случае за экзерсисы местечкового контртеррориста будет расплачиваться государство. То есть - деньги одних налогоплательщиков перераспределятся в пользу других. На материальном положении конкретных виновников происшествия это никак не скажется.
– Ты обсудил с Мыльцевым вопрос о привлечении его бойцов к Отработке эстонского следа?

– Обсудил. Боря пока формирует отделы, так что придется немного обождать...

– Сколько именно?

– Недели две.

– Годится. Он уже устроился с жильем?

– Ага.

– А семью из Питера перевез?

– Не в курсе. Наверное, да. Он же назначение еще в мае получил...

– Надо будет его навестить, - Иванцов потянулся.
– Давненько не виделись...

Начальник Антитеррористического Центра генерал-полковник Борис Павлович Мыльцев был креатурой, предложенной самим Президентом и потому мгновенно утвержденной на высокий пост. Глава Государства медленно, но верно выдавливал из значимых кресел старый, обросший многочисленными полукриминальными связями аппарат и расставлял повсюду своих людей. В результате он хотел иметь полностью очищенную от подозрительных элементов государственную машину - обновленную, профессиональную и всецело преданную ему лично.

Генерал Мыльцев идеально подходил на должность начальника Центра, ибо действительно был профессионалом. Начинал с самых низов, не гнушался черновой работы и успешно продвигался по служебной лестнице.

– Лишь один раз чуть не сорвался вниз, да и то по глупости. Молодой был...

Иванцов едва заметно улыбнулся.

Историю появления у генерала клички "Вятка-автомат", причем никак не связанной с фамилией, как это может показаться неискушенному человеку, он знал со слов прапорщика, принимавшего непосредственное участие в давних событиях.

А дело было так.

Молодой старлей Мыльцев получил премию. Аккурат к очередной годовщине Великой Октябрьской социалистической революции. Тогда всем давали. И решил юный сотрудник КГБ сделать жене презент. Обсудил со старшими товарищами, сбегал в спецраспределитель и остановился на стиральной машине "Вятка-автомат", которая в те стародавние времена была пределом мечтаний любой домохозяйки.

Раз решено - надо делать.

Тем более что между размером премии и стоимостью агрегата существовал небольшой люфт в пользу старлея, который он намеревался пустить на обмыв покупки.

Но Мыльцев по молодости спутал причину и следствие. И сначала хорошо выпил с товарищами по работе, а уже потом в сопровождении прапорщика отправился за презентом супруге.

Ехать надо было за город, где находился склад. Изрядно нагрузившиеся Мыльцев и прапорщик Вася прибыли туда лишь под вечер. Долго блуждали между одинаковых ангаров, пока наконец не вышли к распахнутым воротам, за которыми радостный старлей узрел-таки вожделенные чудеса советской бытовой техники. Не слушая объяснений перепуганного сторожа, которому под нос сунули аж два краснокожих удостоверения, Мыльцев взгромоздил на прапорщика коробку, сунул деньги прибежавшему грузчику и отбыл.

По пути домой исполнявший роль вьючного животного двухметровый Вася и "караван-баши" Боря сделали две остановки в рюмочных, где дозаправились недорогим розовым портвейном. Радости супруги не было предела. Мадам Мыльцева даже не стала пилить мужа за невменяемое состояние и порванный в двух местах пиджак.

Мыльцев почувствовал прилив энтузиазма и объявил, что сам подключит машину к водопроводу. Мол, инструкции пишут для идиотов. Онемевшая от свалившегося на нее счастья жена и обессилевший после многокилометрового марш-броска прапорщик не возражали. Старлей втащил агрегат в ванную, минут десять погремел разводными ключами и повернул кран.

Первые тридцать секунд ничего не происходило. Аппарат гудел, но вода в емкость не поступала. Обозленный Мыльцев пнул глупую машину ногой.

Как оказалось, не зря.

Внутри технического чуда что-то щелкнуло, и из малозаметного отверстия в центре корпуса ударила мощная струя. Старлея выбросило в коридор, где он сшиб с ног и супругу, и прапорщика. Вода била фонтаном, в считанные мгновения затопив ванную вместе с кухней, и останавливаться не собиралась. Прапорщик Вася предпринял героическую попытку заткнуть отверстие собственным телом, для чего с утробным криком бросился на агрегат, но поскользнулся и упал на раковину, превратив ее в груду фаянсовых осколков. Грохот смешался с воплем домохозяйки, лишившейся стоящих на полочке перед раковиной дефицитных французских духов. Мокрый и благоухающий женским парфюмом "Матросов" попытался было выдернуть шланг из переходника, однако давление воды внезапно усилилось, и прапорщика смыло в коридор.

Потопу пришел конец только тогда, когда технически подкованный и нежданно-негаданно протрезвевший Борис догадался отрубить электропитание.

Агрегат в последний раз изверг из себя воду и затих.

А в дверь уже барабанили соседи снизу... Разбирательство было недолгим. Как оказалось, два следопыта из КГБ просто перепутали склады и уволокли не стиральную машину, а электропомпу, предназначенную для экстренной откачки воды из подвальных помещений. Ее с многочисленными извинениями вернули обратно. Остаток премии пошел на оплату ремонта нижней квартиры, так что с покупкой "Вятки" пришлось повременить. Мыльцеву еще повезло, что залитые соседи были людьми не склочными и не стуканули на старлея в жилконтору, откуда известие о происшествии тут же поступило бы на стол непосредственному начальству Бориса...

– Так пригласи его к себе, - сказал директор ФСБ.
– Он рад будет...

– Надо подумать, - Секретарь Совбеза отогнал посторонние мысли.
– Так, что у нас по взрыву на Пушкинской?

– Вяло. Фоторобот подозреваемого составили, но тот это человек или случайный прохожий, неизвестно. Там месяц назад был конфликт между местными ментами и "крышей" одного из торговцев. Сейчас разбираемся...

– Какая из версий наиболее жизнеспособна?

– Коммерческая. В теракт верится слабо.

– Обоснуй.

– Нет смысла. Акция однократная; резонанс с точки зрения тех же чеченов небольшой...

– Ничего себе - "небольшой"! Вся страна на ушах!

– Вот именно, - директор ФСБ переложил сигарету из правой руки в левую. Воплей много, а толку чуть... Это не вокзал. И наши источники молчат. Никто из "половых командиров", - чиновник позволил себе пошутить, - не отдавал такого приказа. Мое мнение - чистый бизнес. К этому давно шло. Местный префект со своей бандой ото всех бабки берет. Могут один и тот же объект по три раза перепродать. Чувствуют, сволочи...