Вуду по-берендейски
Шрифт:
– Вот и славно, – обрадовалась я. – Нет ничего хуже неизвестности, и чем раньше закончится это странное происшествие, тем лучше.
В крови разлился азарт, захотелось припустить бегом. Развязка казалась такой близкой – стоило только попасть в город!
* * *
Тропинка свернула на широкую подъездную дорогу. Пока мы спускались с пригорка, кот помалкивал. Я вознамерилась постучать, когда Соломон осчастливил меня советом:
– Требуй встречи с самим Берендеем!
– А-а-а… – Я раскрыла рот, чтобы кое-что прояснить, но не успела.
Ворота со страдальческим скрипом приоткрылись, и на меня вопросительно уставились стражники в сверкающих кольчугах с притороченными к широким поясам большими мечами в ножнах – наверняка, со стены открывался широкий обзор, так что приближающихся путников они заметили издалека.
– Пожалуйста, проводите меня к Его Величеству князю Берендею! – надеясь, что не сильно напутала с перечислением положенных правителю регалий, вежливо попросила я и на всякий случай уточнила: – По личному вопросу! – совершенно забыв, что воспитанные люди первым делом представляются сами.
Служивому постарше мой внешний вид, похоже, чем-то не приглянулся. Неприязненно разглядывая стройную девичью фигуру, затянутую в джинсовый костюм, дополненный ярко-красной футболкой с низким вырезом, он несколько минут медлил, но потом все-таки предложил следовать за собой.
Кот уверенно обогнал меня. Пожав плечами, я направилась следом.
Полутемным коридором одноэтажного здания, которое я посчитала чем-то вроде военной комендатуры, нас привели в небольшое скупо обставленное помещение. Проводник, склонившись к сидящему за столом человеку, о чем-то тихо доложил ему и вышел, притворив за собой дверь.
Начальник встал и, как и его подчиненный, и долго смотрел на меня (то ли ожидал каких-то объяснений, то ли просто изучал) и помалкивал. Однако смутить своенравную девицу, на которую в последнее время свалилось множество странных событий, ему не удалось – наверное, у меня выработался своего рода иммунитет. Но поскольку пауза слишком затянулась, я не выдержала первой:
– Как Вас зовут?
– Напоминаю, что я – Белояр, начальник городской стражи при Великом князе. Чем могу быть полезен?
Я потерла рукой все еще ноющий после ушиба лоб. Кажется, после падения с дуба я стала хуже соображать: почему он сказал «напоминаю» – вроде бы раньше мы с ним не встречались! Это у него паранойя или у меня маразм? Однако отложила размышления до лучших времен (если таковые, конечно, наступят) и печально произнесла:
– А я сестрица Аленушка. Тоскуя и проливая горькие слезы, брожу по белому свету в поисках пропавшего козленоч…, то есть братца моего, Иванушки.
То, что шутка не удалась, стало ясно по отразившемуся на лице собеседника недоумению, пришлось перейти на нормальную речь:
– В вашем городе, предположительно, находится мой пропавший брат. Знакомый, – я покосилась на кота, но не стала уточнять, кто именно, – посоветовал обратиться за помощью непосредственно к князю Берендею… Так что…
Белояр по-прежнему молчал. Начав подозревать, что со мной что-то не так, я осторожно, в пределах возможного обзора, осмотрела свою одежду – не сильно ли испачкалась? Потом ощупала лоб – может быть, шишка выросла прямо-таки до неприличного размера? В голове рождались версии одна невероятнее другой, мысли путались, а внутренний голос настоятельно советовал добавить подробностей о пропавшем брате.
А вдруг меня приняли за сумасшедшую? Лично я именно так и подумала бы: неизвестно откуда появившаяся девица наплела какую-то ерунду и требует немедленной аудиенции у первого лица государства. Что я натворила, зачем болтала все эти глупости? Вдруг мне откажут?
Мысли, подстегнутые приближением паники, судорожно заметались в поисках выхода. Но добавить к сказанному было нечего – я и сама не понимала, чем мне поможет встреча с совершенно незнакомым человеком. От моей прежней решимости осталась одна только видимость, но я все-таки решилась повторить вопрос:
– Так я могу надеяться на аудиенцию у князя?
– Следуйте за мной! – решение наконец-то было принято в мою пользу. Белояр, не оглядываясь, направился к выходу.
Мы с котом поспешили за ним. В душе нетерпеливым солнечным зайчиком затеплилась надежда: неужели нас ведут во дворец? Немного расслабившись, я привычно занялась пополнением интеллектуального багажа:
– Послушай-ка, Соломон, а как я тебя понимаю, ведь ты даже рта не раскрываешь?
– Язык мира мыслей одинаков для всех живых существ. Ты чувствуешь эмоции собеседника, а твое подсознание переводит их на доступный тебе язык. – Пока я пыталась переварить мудреное объяснение, кот выдал такое, что в других обстоятельствах сошло бы за комплимент. – Подобное доступно далеко не каждому, но раз уж у тебя получилось, в дальнейшем сможешь понимать и неживые с виду предметы, поскольку деревья и камни также обладают подобием души. Вот только вряд ли в ближайшее время тебе достанет времени и желания инспектировать мозги всех окрестных галок, белок, крыс, бездомных собак и булыжников под ногами, – не поворачивая головы, сыронизировал он.
– Да ты ясновидящий, – огрызнулась я, хотя больше всего хотелось получить более внятные разъяснения. Увы: кот считал, что для них сейчас не время и не место.
Идти по улочкам города, вымощенным ровными светло-серыми камушками, было легко и приятно. Каменные двух- и трехэтажные постройки перемежались с маленькими деревянными домиками. В больших оконных проемах богатых построек под переплетениями металлических решеток поблескивали чисто вымытые стекла, придавая хоромам франтоватых вид. Но и их простенькие соседи выглядели нарядно из-за красных черепичных крыш, резных ставенок, выкрашенных белой или голубой краской, нарядных вышитых занавесок, скрывавших любопытные лица горожан. За невысокими палисадами благоухали всевозможные цветы. Лениво взлаивали собаки. Вездесущие представители кошачьего рода неторопливо шествовали по своим делам, так что мой мохнатый спутник не привлекал внимания к своей персоне. А вот девушка в странной одежде наверняка вызывала всеобщее любопытство.
Величественный княжеский дворец, расположившийся на большой почти идеально круглой площади казался самым высоким строением в городе. Это чудо архитектуры с белоснежными стенами, продолговатыми окнами башенок и парадным входом, широкой мраморной лестницей с изящными резными перилами, словно сошло с иллюстрации к русской народной сказке.
Кот громко мяукнул, привлекая мое внимание, и тоном опытного гида завел:
– Дворец Великого князя Берендея возвели талантливые архитекторы и строители великаны-волоты, предки нынешних асилков – народа, проживающего на этой земле. Кроме них по соседству с берами (берендеями) обретается множество других – оружейники-гмуры, воины-волкодлаки, бессмертные альвины, вилы, кукеры, жители Беломорья, но есть и другие – совсем малочисленные, причисляемые к духам Природы. – Кот перевел дух и посоветовал: – Перестань вертеть головой и хлопать глазами и постарайся произвести на окружающих благоприятное впечатление!
– Вот еще! – буркнула я, но постаралась взять себя в руки, по-прежнему не до конца осознавая, что все это происходит со мной наяву.
Тем временем Белояр уже что-то втолковывал стражам при входе. Те с любопытством косились на не по-здешнему одетую девицу, что не способствовало ни моему спокойствию, ни уверенности в благополучном исходе нашего дела.
К счастью, старания начальника стражи увенчались успехом: провожатый с явным облегчением передал незнакомку в другие надежные руки и вернулся к своим обязанностям, а дворцовые служивые – либо молчаливые от природы, либо вышколенные строгими здешними порядками – без лишних вопросов повели ее к князю.