Чтение онлайн

· подотчётностью постоянно действующих органов государственной власти Советам соответствующего уровня;

· правом отзыва депутатов избирателями в любое время.

Если чего в этом перечне и не хватало, то - права прямого отзыва (т.е. помимо инициативы Советов) должностных лиц государственной власти и процедур реализации этого права с последующим определением судьбы отстранённых от должностей: от «быть простым гражданином СССР и продолжать работать в трудовом коллективе, из которого вышел на работу в сфере управления» - до «предстать перед следствием и судом за совершённые злоупотребления властью».

Ныне действующая конституция РФ ничего из этого перечня не обеспечивает.

И коммунистическая партия в организации системного единства государственности и общества на принципах, изложенных в Конституции 1936 СССР г.
– одна из многих общественных организаций, отличающаяся от других только тем, что 1) специализируется исключительно на политике и 2) согласно её уставу должна быть носительницей и выразительницей идеалов коммунизма и научно-методологического обеспечения его построения как в общественной жизни, так и в политике Советской государственности. Собственно в этом и состоит её роль как руководящего ядра «всех организаций трудящихся, как общественных, так и государственных» (ст. 126 - см. раздел 2.1. настоящей работы) и советского общества в целом по отношению к задаче искоренения эксплуатации «человека человеком».

Также необходимо отметить, что рядовые члены партии в те годы в их большинстве были приверженцами идеалов коммунизма, поскольку партийных привилегий карьерно-потребительского характера ещё не было [226]. И члены партии работали в трудовых коллективах, не скрывая своей партийной принадлежности. Ныне положение «партийцев» иное: в коллективах они особо не афишируют свою партийную принадлежность, чтобы не стать посмешищем со своей политической активностью; а кроме того, многие не по одному разу сменили партийную принадлежность, что тоже не прибавляет им авторитета в глазах беспартийных граждан. Кроме того, нынешние партии это - центральный комитет, денежный мешок, в который сыплют денежки спонсоры от тех или иных группировок капитала (у партийной массы на это денег нет, не говоря уж о малочисленности само?й «массы»), партаппарат и списочный состав, который о своей партийной принадлежности большей частью вспоминает только при сверке списков перед очередными выборами.

Причём, хотя принцип демократического централизма [227] как таковой, лежавший в основе организации коммунистической партии, допускает его употребление для манипулирования со стороны партийного аппарата формированием официального мнения партии, но это возможно только в том случае, если 1) воля людей подавлена или извращена, и 2) он дополняется принципом из куплетов О.Бендера: мне уступают - я не в силах отказаться.

Но этот принцип О.Бендера никогда не был прописан ни в уставах РСДРП - РКП (б) - ВКП (б) - КПСС, ни в уставах общественных организаций советской эпохи, ни в Конституции СССР 1936 г. И как умолчание, отрицающее и подавляющее оглашение, он не принадлежит концепции построения социализма и коммунизма, а является наследием предыстории, он - норма для всех толпо-«элитарных» культур.

Применение принципов демократического централизма в качестве инструмента манипуляции проистекает из либерализма, чью фальшь-демократию русский философ и публицист В.В.Розанов (1856 - 1919) охарактеризовал словами:

«Демократия - это способ, с помощью которого хорошо организованное меньшинство управляет неорганизованным большинством».

Другие характеристики либеральной фальшь-демократии буржуазного либерализма умными и честными людьми ещё более нелицеприятны:

«Демократия - это такое устройство, которое гарантирует, что нами будут управлять не лучше, чем мы того заслуживаем». «Демократия не может стать выше уровня того человеческого материала, из которого составлены её избиратели» (Бернард Шоу).

«Сказать, что лучшее лекарство от болезней демократии - больше демократии, всё равно, что сказать: лучшее лекарство от преступности - больше преступлений» (Генри Луис Менкен, 1880 - 1956, американский журналист, публицист, сатирик) [228].

В связи с возникновением вопроса о различии демократии истинной и фальшь-демократии ещё раз [229] обратимся к фрагментам книги Б.Х.Обамы «Дерзость надежды», в которых он рассуждает о характере Конституции США и её роли в жизни американского общества.

«Почему же… наша собственная республика не только оказалась жизнеспособной, но и стала, так сказать, типовой моделью для многих процветающих ныне государств?

Ответ, к которому я прихожу и который отнюдь не оригинален, требует некоторого сдвига метафор, чтобыдемократия представлялась не домом, который надо построить, а беседой, которую необходимо провести. Под этим углом зрения гениальность замысла Мадисона [230] не в том, что он снабдил нас расписанным некоторым порядком действий, наподобие того, как архитектор последовательно создаёт проект дома. Он наметил лишь общие контуры, дал общие правила, и следование этим правилам совершенно не гарантирует построение справедливого общества и единодушного мнения о том, что верно, а что нет. [231] (…).

Рамки, установленные нашей Конституцией, лишь упорядочивают те МЕТОДЫ (выделено заглавными нами при цитировании), которые мы используем в спорах о будущем [232]. Весь хитроумный механизм - разделение властей, сдержанность и уравновешенность, федеративные принципы и “Билль о правах” [233], - волей неволей вынуждают нас к беседе, к “совещательной демократии”, в которых все граждане вовлекаются в процесс проверки своих идей жизнью, убеждения других в своей точке зрения, создания союзов. Так как власть в нашем обществе сильно размыта, процесс законотворчества в Америке вынуждает нас принять как данность, что мы не всегда бываем правы, и иногда необходимо поменять решение; он заставляет нас постоянно пересматривать наши мотивы и наши интересы и предполагает, что как отдельное, так и общее мнение одновременно и точны, и весьма ошибочны» (стр. 106).

«Отцы-основатели выступали не только против абсолютной власти. В самой структуре, в самой идее упорядоченной свободы содержится отказ от абсолютной истины [234], от непогрешимости любой идеи, идеологии, теологии или “-изма”, тиранического общества, которое повернёт будущие поколения на единый неизменный курс, подтолкнёт большинство и меньшинство к инквизиции, погромам, тюрьмам, джихаду. Основатели, конечно же верили в Бога [235], но в согласии с духом Просвещения верили в разум и чувства, которыми Бог наделил их [236]. Они с подозрением относились к любой абстракции и любили задавать вопросы [237], поэтому в нашей ранней истории теория всегда поверялась фактом и целесообразностью» [238] (стр. 107, все выделения жирным - наши при цитировании [239]).

По отношению к рассматриваемой нами проблематике взаимодействия государственности и общества - прежде всего значимо то обстоятельство, что Конституция США по её характеристике Б.Х.Обамой, предписывает демократию как беседу о смысле жизни, которая должна быть основой практической политики. Эта особенность Конституции США - одна из основ для обеспечения системного единства политически активных слоёв общества и государственности. Беседа по своей сути предполагает развитость навыков собеседников понимать друг друга. И надо понимать, что процедурные дебаты в Конгрессе США или в Сенате - это только надводная, протоколируемая часть всего множества бесед, ведущихся в процессе обеспечения практической политики государственности США.

Кроме того, из приведённого фрагмента можно понять две вещи, недоступные для понимания отечественному юридическому сообществу, политическому и экономическому истэблишменту, подражающим США:

1. Конституция США и их законодательство большей частью ориентированы на нормальный порядок применения законов (в том смысле как это термин был определён в разделе 2.1);

2. Именно вследствие п. 1 Конституция США и проистекающее из неё законодательство могут быть и являются достаточно эффективным средством управления в русле концепции, обуславливающей их законодательство, хотя концепция сама по себе ошибочна, что влечёт за собой принципиально не разрешимые проблемы.