Чтение онлайн

Робкая заря занималась над горами. Выдохнув дым, Маркел посмотрел по сторонам и вдруг всего в каких-нибудь трехстах метрах, на скальном выступе, заметил фигуру человека. Схватив бинокль, он поднес его к глазам и ахнул: беглец всю ночь был совсем рядом. Вот он опустился на камень возле темного провала расщелины, закурил и, наклонив голову, о чем-то задумался.

Арсений вышел из пещеры и в который уже раз удивился превратностям местной погоды. После грозы, разумеется, похолодало, но пробивающиеся лучи солнца вселяли надежду, что день будет ясным. Отдаленные горные пики сияли вечным льдом, переливаясь на фоне темно-голубого неба. Мир казался удивительно прекрасным, а вот на душе было пасмурно. Спасти-то Ингу он спас, но как быть дальше, представлял с трудом. Бросить нажитое место и вместе с ней вернуться в большой мир, конечно, можно, вот только не повторится ли предыдущая история? Разве он не любил Валю?

Он видел, какие отношения выстроены в его семье. Отец ни разу не дал повода маме усомниться в том, что любит ее. Даже сейчас, когда они уже не так молоды, родители по-прежнему неразлучны. Арсений с детства мечтал о том, чтобы и в его жизни все было построено на тех же принципах, на которых он был воспитан. Арсений боялся того, что уже родилось в его сердце. Инга запала ему в душу, с первого его взгляда на нее. Он не просто спас ее – он завоевал девушку. В добрые старые времена рыцарства одного этого уже было вполне достаточно, чтобы прекрасная дама ответила взаимностью. А что происходит в настоящем мире? Как может получаться так, что девушка симпатизирует одному, живет с другим, замуж выходит за третьего, а встречаться предпочитает вообще с четвертым? По любым моральным нормам подобное просто недопустимо. Только кто может дать гарантии, что так не получится с Ингой? Девушка выглядит вполне зрелой. Не исключено, что она жила именно такой, лишенной всякой морали жизнью, и Арсений ей просто не нужен. До сих пор между ними ничего не было, хотя он уже истосковался без женщины. Впрочем, говорят, с возрастом это проходит. Вопрос, нужно ли это ей, остается открытым. Если бы Арсений мог понять, чего именно хотят женщины, жить стало бы намного проще. Как легко жить в мужском мире! Все ясно и понятно! Чтобы существовать, нужна пища, движение и иногда, когда становится совершенно невыносимо, – женщина. А как у них? Существует же движение феминисток, которые практически отрицают необходимость мужчины в жизни женщины. Или последнее увлечение гедонизмом? Что ж, с одной стороны, удовольствие само по себе конечно же не плохо, но в сочетании с махровым феминизмом, когда роль мужчины становится все больше чисто механической, утилитарной, приходится задумываться над тем, стоит ли вообще выстраивать какие-либо отношения с противоположным полом. Может, свести все общение к примитивному соитию и не думать ни о чем другом? В таком случае где грань между человеком и животным? Хотя если понаблюдать за жизнью зверей, то у них явно просматриваются симпатии и антипатии. Ведь многие живут всю жизнь парами и не расстаются до самой смерти! Причем не только звери, но и птицы. А люди? Сегодня с одним, завтра – уже с другим. Что это? Почему так происходит, или возвращаются времена развращенного Рима? Разве уже сегодня не царит в мире людей вселенский разврат? Новые Содом и Гоморра пришли в жизнь людей и заняли в нем прочное, почти узаконенное место! Что ждет человечество завтра? Слабые, никчемные, женоподобные мужчины и мужественные, самоудовлетворенные женщины? Инга не похожа на самовластную железную леди, скорее в ней видится женщина, нуждающаяся в защите и помощи, но это здесь, в экстремальных условиях. А какая она в большом мире? Там, где нет постоянной угрозы? Кто может поручиться, что она не видит в мужчине только средство для получения удовольствия? «Нет! Она не может быть такой! Иначе мир просто перевернулся с ног на голову! Пусть я не говорил, что уже люблю ее! Но разве она не видит такой простой вещи? Только ради нее я полез в чужую разборку, с единственной целью спасти, сказать ей самые важные слова и любить! Предложить ей стать моей женой? Да! И еще раз да! Прямо сейчас! Пойти, разбудить, поцеловать в сухие, чуть припухшие губы и признаться!» – думал Арсений, глядя, как свет заливает плато, как густой туман, следствие вчерашнего ливня, заполняет низины. Задумавшись, не сразу услышал за спиной легкие шаги. Обернувшись, он встретился взглядом с Ингой и тут же отвел глаза.

– Ты хорошо отдохнула? – стараясь говорить спокойно и даже немного равнодушно, спросил он.

– Да, только снилась какая-то чертовщина. Не могу вспомнить, что именно, но что-то, как мне кажется, связанное с изображениями на стенах пещеры. Как ты думаешь, там, случайно, не захоронение? Страшно как-то спать в могильном склепе.

– Нет, у местных жителей не было обычая устраивать кладбища в пещерах. Здесь основной религией был буддизм. Впрочем, и сейчас многие верят в Будду. Меня удивляет другое. Пещера своего рода храм, а такие не приняты в буддизме. Скорее всего, здесь произошло наслоение древних местных верований и современной религии. Этакий конгломерат из различных богов и течений.

– Ты меня частенько удивляешь. Твоя речь не похожа на речь человека, прожившего долгие годы в горах и не получившего приличного образования. Ты знаешь слишком много для простого охотника и читал такие книги, о которых я даже не слышала.

– Разве я тебе не говорил, что не всегда был охотником? Так что удивляться тут нечему. Лучше давай подумаем, как будем выбираться отсюда. Лошади наши, естественно, убежали. Идти нам придется довольно далеко на своих двоих. Ты готова? Выдержишь?

– Можешь не сомневаться. Я сильная!

– Верю, иначе в горы не пошла бы. Там, за камнями, небольшая лужица, можно умыться. Кофе я сейчас сварю. Придется довольствоваться только галетами и крепким кофе. Тебя устраивает такой завтрак?

– Вполне! Я, знаешь, дома привыкла именно к такому. Позже небольшой ленч, а с утра вечно времени не хватает, мне до работы приходится ехать почти час, вот и выхожу довольно рано. А ты…

– На то, чтобы сварить кофе, у меня уйдет не больше пяти минут, так что времени у тебя немного! – оборвал ее Арсений.

Когда Инга вернулась, кофе действительно уже был готов, на салфетке (откуда у него все берется?) лежали распакованные галеты, а оба рюкзака, старательно упакованные, уже стояли возле камня.

– Мне остается только произнести классическую фразу начинающего актера: «Кушать подано!» – рассмеялся Арсений, заметив некоторое недоумение в глазах Инги.

Кофе, горячий, невероятно крепкий, но, к счастью, сладкий, действительно взбодрил ее. Неясные воспоминания от тягостного сна отошли на задний план, Инга почти успокоилась и теперь с нескрываемым интересом разглядывала Арсения. Слишком многое в нем оставалось непонятным. Он так и не рассказал ей о своих родителях, ни разу не обмолвился о том, чем занимался раньше. Здесь, в этих диких горах, он вел себя словно в родном доме, но эрудиция, не просто связная и превосходная литературная речь наводили на мысль, что учился Арсений не по самоучителю. Такие разнообразные знания, включая и философию, и историю, и основы различных религий, наводили на мысль об элитарном учебном заведении. Что же, в самом деле, загнало такого человека в глушь? С его упорством, волей и знаниями даже в Москве он смог бы добиться очень многого. Почему он живет в глуши? Разве не понимает, что жизнь, настоящая, яркая, увлекательная, проходит мимо? Если Арсений, пусть изредка, выходит к людям, то должен знать, что свет не сошелся клином на этой тайге, горах, диком зверье. Почему он бежит от людей, скрывается в глуши и упорно не хочет жить как все? Беглый преступник? Тогда почему он с ней, а не с теми, кто похитил туристов? У него нет ни одной татуировки – верного признака криминального прошлого. Его тело чистое и крепкое, такому позавидуют многие спортсмены. А уж рассмотреть его всего у Инги была возможность, невзирая на шок и пережитый страх. Странно, что такой замечательный образец мужской породы не приходил ей во снах. Арсений настолько выгодно отличался от ее знакомых мужчин, что становилось немного обидно за то, что он не встретился ей раньше. Впрочем, еще ничего не потеряно! Может, здесь начинается самая интересная часть истории.

Легко забросив на плечи рюкзак, Арсений помог Инге и, привычно взяв в руки карабин, посмотрел на плато.

– Ого! А мы здесь, оказывается, не одни! – негромко воскликнул он, заметив двоих вооруженных людей, спешащих к ним.

Неизвестные мужчины обходили трещину. Их разделяло не более трехсот метров. Подняв бинокль, Арсений только ахнул. Высокий крепкий светловолосый мужчина на первый взгляд не был ему знаком, а вот второй, местный, – именно тот, кто следил за туристами. Сомнений не было. Присмотревшись к высокому, Арсений только зло зарычал, теперь он узнал одного из бандитов. Того, что лапал девушек во время захвата.

– Инга, взгляни, не узнаешь никого? – Арсений протянул бинокль девушке.

Едва она припала к окулярам, как ее лицо побледнело и покрылось испариной.

– Там Маркел! Арсений, бежим! Он убийца! Скорее! У него оружие! Боже! Как он отыскал нас?

– Успокойся! Им еще добрый километр обходить. Мы успеем уйти. Они, как и мы, пешие. Время есть! – постарался успокоить ее Арсений, а сам уже прикидывал, куда двигаться.

Более пологий склон находился именно в той стороне, куда направлялись бандиты. Нет, так необдуманно рисковать не стоит. Арсений решительно направился в противоположную сторону. Траверс предстоял непростой, но лучше держаться от погони подальше.

Маркел едва не захлебнулся от злости, когда уходящая вдаль трещина преградила им путь. Его и беглецов разделяло чуть больше двухсот метров. В горячке он вскинул автомат и попытался поймать в прицел сидящего на камне мужчину. Мушка плясала, не удерживаясь в прорези прицельной планки. Сколько ни пытался Маркел прицелиться, ничего не получалось. Плюнув, он забросил автомат на плечо и быстрым шагом направился в сторону, где трещина понемногу сужалась. Умрой, бормоча молитву, засеменил следом.

Идти пришлось достаточно далеко. В бинокль Маркел видел то место, где есть возможность перебраться на другую сторону. Жаль только, времени на дорогу уйдет много. Частенько поглядывая в бинокль на мужчину, он вскоре был вознагражден – рядом с ним появилась Инга. Хищная улыбка скользнула по обветренному лицу Марке-ла. Он не ошибся! Теперь им не уйти! Главное – подобраться поближе. Тогда и полоснуть очередью, прижать к земле, не дать встать, поливая их из автомата. Добежать, одним рассчитанным ударом опрокинуть этого мужика на землю, избить до полусмерти, скрутить припасенной веревкой. А после, когда уже ничего не захочется, начать убивать их обоих, медленно, мучительно, чтобы перед тем, как отправиться на тот свет, прокляли тот день, когда родились.

Маркел настолько ярко представил себе, как он будет их резать, как ручейками потечет кровь из ран, что жестокий приступ тошноты бросил его на камни. С трудом отдышавшись, он поднялся на подгибающихся ногах и, сделав над собой усилие, пошатываясь, пошел дальше. Уже второй раз за сегодняшний его жестоко тошнило. Решив, что вчера съел что-то несвежее, Маркел на ходу снял с пояса заветную фляжку с водкой, сделал несколько жадных глотков. В голове слегка зашумело, но тошнота отступила. Прикинув расстояние до жертв, он немного расстроился. Парочка уже снялась с места и карабкалась по склону прочь.