Чтение онлайн

Со временем все обязательно образуется. А потом она, возможно, наберется храбрости и попросит у Артема прощения.

– С доверием совсем беда, – цокает из кухни наш красивый папаша.

– С ним катастрофа, – с волнением смотрю на телефон.

– Тогда вперед делать первый шаг, – Артем взмахом руки показывает мне на дверь спальни, а сам с совершенно спокойным видом достает с полочки чай и ставит чайник.

Друзья, напоминаю - у романа есть прекрасная аудиоверсия. Можно свободно слушать.

Глава 22

Сев на кровать, я делаю медленный вдох, такой же спокойный выдох и перезваниваю дочке.

– Мама, привет! – Лиза машет мне рукой по видеосвязи. – Привет, моя малышка, – посылает воздушный поцелуй Софии. – Как вы там?

– Здравствуй. Мы хорошо. Да... Все хорошо, – путаюсь в словах.

– Хорошо – это не ответ. Хочу подробности! – потирает руки.

– Да какие у нас подробности? Так, суета. Подгузники, смеси и быт.

– И от быта так глаза сияют? – хитро сощуривается дочка.

– Это просто день удачный выдался. И погода наладилась. – Оглядываюсь на окно. За стеклом темно, но в свете фонарей видно, как ветер гнет ветки.

– А я читала, что у вас там штормовое предупреждение.

– Ну... относительно наладилась.

– А у этой погоды, случайно, нет имени? – в голосе дочери появляется игривая интонация.

– Лиза, нет, ну ты что...

– Мам.

– Лиза, прошу тебя.

– Ладно, – смеется она. – Тогда расскажи про подработку. Ты говорила, что нашла что-то.

– Да. Нашла на пару часов, ничего серьезного. За Софию не волнуйся, с ней... – нервно сглатываю, – наша соседка.

– Соседка, значит. Ну, хорошо, – по лицу дочки расплывается улыбка.

– Что-то не так?

Чувствую, как леденеют руки. Проклятая ложь дается с таким трудом, что трудно усидеть на месте. Даже не представляю, как Игорь умудрялся несколько месяцев водить меня за нос. Тут после одной минуты разговора хочется выложить все, как есть, и начать каяться.

– Мам, ты же честная. Не мучай себя, – Лиза читает меня как открытую книгу.

– Родная... – до боли сжимаю пальцы и кусаю щеку.

– Мамулечка, – Лиза переходит на шепот. – Я знаю. – Подмигивает мне в камеру.

От шока я теряю дар речи. Как глупая, выпрыгнувшая из воды рыбешка, испуганно ловлю ртом воздух. И лишь спустя несколько мгновений хрипло спрашиваю:

– Что именно ты знаешь?

– Все, – кивает. – Тема мне позвонил еще две недели назад. Отругал за то, что я молчала о Софии. Орал так, что ухо несколько дней болело.

– Он тебе позвонил? – повторяю медленно.

– Ага. И попросил не торопить тебя с признанием. Рассказал, что ты заболела и вообще тебе сейчас не до разборок.

Я опускаю голову на грудь и дергаюсь от рвущегося изнутри смеха.

Отлично соврала! Титул «Лгунья года» точно мой.

– Ты зря смеешься. Знала бы, как мучительно было молчать, – с улыбкой возмущается Лиза. – К тому же Тема так переживал о тебе...

Она откидывается на спинку кресла и закатывает глаза.

– Да, он очень заботливый, – облизываю пересохшие губы. – Хороший парень. Софии повезло с отцом.

– Мам. – Лиза смеется. – А помнишь, я говорила, что если уходить в отрыв, то только с таким, как Тема?

– Да...

– Мое мнение не изменилось!

– Родная, что за намеки?!

Я из последних сил держусь за образ идеальной мамы. Перед глазами мелькают свежие картинки, как Артем вылизывал меня в душе, как заставил орать на весь дом от сумасшедшего оргазма.

И одновременно мне страшно!

Приличные матери не занимаются сексом с парнями своих дочерей! Они не просят «еще», не царапают спины и не мечтают о повторении.

– Да он с первой вашей встречи на тебя запал! – весело отмахивается дочка.

– Не сочиняй, – прижимаю ледяные ладони к горящим щекам.

– Я тебе клянусь! Мне даже показалось, что во время нашего прощания он больше о тебе переживал, чем обо мне. Жалел, что больше не будет повода увидеться.

– Лиза... ну как ты можешь?

– Если тебе нужно мое разрешение, то я его даю! Нет, даже не даю, а настаиваю! – серьезно произносит Лиза.

Смахивая с ресниц подступившие слезы, я отворачиваюсь от камеры. Кажется, на сегодня я дошла до своего предела и физически, и эмоционально.

Однако выреветься и отмолчаться мне никто не позволяет.

– Привет, Лиза, – здоровается из-за моей спины Артем.

– Привет, Тема, – дочка машет ему рукой, как лучшему другу.

– Не смущай ее так! – кивает в камеру мой защитник.

– Да я все! Больше не буду! – округляет глаза эта заговорщица.

– Вот и молодец. – Он ставит передо мной кружку с черным чаем. И снова поднимает взгляд на экран. – На съемках все нормально? Голову больше никто не дурил?

– Я сделала все, как ты сказал! Послала этого придурка фотографа в задницу и... О чудо! Никто меня не уволил.

– В следующий раз не тяни. Шли сразу!

Я даже и близко не в курсе, о чем они разговаривают. Какой еще фотограф? Что вообще произошло?

С удивлением кошусь на этих двоих и все сильнее чувствую себя не в своей тарелке.

– Слушаюсь, отчим! – театрально берет под козырек моя девочка.

– Ну все, я пошел, не мешаю.

Артем выпрямляется и поворачивается назад в кухню. Уходит как ни в чем не бывало. Будто для него в порядке вещей готовить мне чай, давать советы моей дочке и получать в ответ... отчим.

– Мам, – говорит Лиза напоследок. – Он давно по тебе сохнет.

– Хоть помнишь, какая у нас разница... – запинаюсь. Не могу произнести «в возрасте», словно это какое-то запретное словосочетание.

– Ну и что? «На всю жизнь» у тебя уже было с папой. Сама знаешь, чем закончилось.

– И все равно. Он такой... – оборачиваюсь к кухне.

– Не сдерживай себя. Будь счастливой, сколько можешь. Ты это заслужила, как никто другой.