Выбери другую
Шрифт:
Глава 23
После чая Артем первым встает из-за стола.
– Мне пора, – говорит, не двигаясь с места.
– Да, конечно, – соглашаюсь я и тоже не двигаюсь.
С загадочной улыбкой он моет свою чашку в раковине и идет в коридор. Будто привязанная, я спешу следом. Не зная, что сказать, наблюдаю, как он одевается, как уже у двери смотрит в пол и напряженно трет лоб.
– Остаться хочу... больше всего на свете, – говорит негромко Артем.
– У меня диванчик на кухне... – роняю рассеянно. – Я полгода на нем спала.
– Диванчик? – хмыкает.
– Он удобный! – не знаю, зачем оправдываюсь.
– На нем я тебя тоже... в фантазиях. – Кадык на горле дергается. – В общем, мы оба не уснем.
– Завтра работа... Наверное, без сна будет трудно.
Я до боли сжимаю пальцы и тоже начинаю смотреть под ноги.
– Тогда давай спать. – Артем делает шаг ко мне и целует. Легко, впервые без языка, словно боится сорваться. – Хотя бы сегодня, – шепчет хрипло и быстро выходит за дверь.
Закрыв замок, я прислоняюсь спиной к стене и с глупой улыбкой прислушиваюсь к шагам на площадке.
– Значит, и на диване... – Кошусь в сторону кухни. – Господи, что я наделала?!
Все с той же улыбкой я захожу в спальню и падаю на кровать. Не представляя, куда деть руки, притягиваю к груди декоративную подушку в виде собачьей морды. Обнимаю ее, как родного человека. И несколько минут лежу, не двигаясь.
Чувствую, как легонько тянет внизу живота, как за грудиной разливается приятное тепло, а мои плечи, которые болят от напряжения уже не первую неделю, вдруг сами собой начинают опускаться. Расслабляются, как после лечебного массажа у самого лучшего специалиста в городе.
***
Утром в фудтраке меня встречают двое. Улыбающийся Артем со стаканчиком моего любимого кофе в руке. И незнакомый мужчина лет пятидесяти пяти, полноватый, с седым хвостиком на затылке и серьгой в ухе.
Он смотрит на меня с нескрываемым любопытством и медленно завязывает за спиной фартук.
– Привет. Это Гриша, – представляет его Артем. – Наш повар. Наконец выздоровел.
– Здравствуйте. Очень приятно, – говорю я, протягивая руку. – Маргарита. Можно просто Марго.
– Как королева! – Гриша кивает с таким видом, словно уже все про меня знает.
– Прошу любить и жаловать. – Артем ставит стаканчик на стойку и притягивает меня к себе. – Впрочем, любить я буду сам, – шепчет в губы и целует. Страстно, горячо, не стесняясь прохожих и своего повара.
Не привыкшая к такой прямоте, я деревенею в его руках. Забываю, как дышать и что здесь делаю. Робко кладу ладони на широкие плечи и лишь спустя несколько бесконечно долгих секунд отзываюсь.
Целую его с такой же жадностью. Вдыхаю потрясающий аромат и облизываю его рот, будто не пробовала ничего вкуснее.
– Эй, полегче! Спалите тут все к хренам! – кряхтит за нашими спинами повар.
Не прерываясь, Артем показывает ему какой-то жест и с явной неохотой отрывается от моих губ.
– Я... пойду, проверю заготовки, – хриплю я, пряча глаза.
– Кофе не забудь, – Артем на миг прикасается лбом к моему лбу и со стоном выдыхает.
– Да, конечно... – пячусь к фургону.
Словно не видел ничего особенного, наш случайный свидетель пропускает меня к холодильнику и с равнодушным видом принимается расставлять на полке одноразовую посуду.
Переставляет тарелки со стаканчиками, так что теперь мне придется каждый раз вставать на носочки. Убирает на самый верх упаковки с салфетками. И роняет на пол мой розовый фартук.
Несколько минут я не реагирую. Суетливо занимаюсь своими делами. Но когда мой кофе оказывается в контейнере для мусора, решаю прервать молчание.
– Простите. Что-то не так?
– Да нет, – Гриша неторопливо открывает холодильник и берет упаковку с булочками. – Все в порядке.
– Вы меня осуждаете? – спрашиваю, набравшись храбрости.
Повар поворачивается. И пару раз удивленно моргает.
– Осуждаете за то, что я с Артемом, – поясняю я.
– А надо? – снова моргает.
– Ну...
Развожу руками, чувствуя себя последней дурой.
– Мне тут вспомнился один старый анекдот, – Гриша на миг прижимает палец к губам, а затем начинает рассказывать: – Идет общее собрание колхоза. В повестке только один вопрос: «Как Катька стала валютной проституткой?». Ее долго осуждают и, наконец, дают последнее слово. Спрашивают: «Как же ты, Катерина, такая серьезная женщина, докатилась?!» А она и отвечает: «Ну, что вам сказать... Повезло!».
Пока я перевариваю сказанное, этот шутник быстро делает новый кофе и ставит передо мной.
– Да, повезло, – наконец прыскаю я со смеху.
– Ну вот! А ты про «осуждаю»! – Гриша пододвигает стаканчик и, подмигивая, произносит: – Пей давай, королева Марго, а то прошлый остыл.
– Спасибо, – смеюсь еще громче.
Буквально складываюсь пополам от облегчения и, забыв, что сегодня накрасила ресницы тушью, начинаю смахивать с уголков глаз слезы.
***
После необычного знакомства работа идет легко. Гриша со скоростью комбайна готовит завтраки, Артем принимает заказы и разгружает продукты, а я обслуживаю столики.
Впервые у нас нет никакой очереди. Никто не ворчит об опоздании на работу. И не жалуется на подгоревшую булочку.
От радости улыбка не сходит с моего лица. Уголки сами тянутся в стороны, и я ничего не могу с собой поделать. Кручусь как пчелка, ношу подносы, убираю за клиентами мусор, раздаю комплименты направо и налево.
Тружусь с таким рвением, какого уже не помню. Чувствую себя частью настоящей команды. При этом без совещаний, без стратегий, без ощущения, что все держится только на мне.
Порхаю под горячим взглядом Артема. Млею от его «случайных» прикосновений. Таю от редких поцелуев. И не сразу замечаю, как перед обедом что-то меняется.
Сначала я не понимаю, что именно. Потом краем глаза замечаю новую компанию. Трое. Мужчины примерно одного возраста, солидные, непохожие на тех, кто обычно питается в уличных забегаловках.
Увидев их, Гриша замедляется у плиты, сжимает губы и кивает Артему.
– Марго, – тот подходит ко мне и сам снимает с меня фартук. – Сгоняй в банк, пожалуйста. Вот папка с документами. Там все подписано, просто передай операционистке в окошко для клиентов.